Чтение онлайн

– Это мы проверим. Мать в Москве? А ты тут один что делаешь?

– Умерла мама, весной ещё. Простыла. Сиротой я стал. Решил попутешествовать, прежде чем к родственникам дальним отправляться. А тут война. К ним поеду.

– Кто такие?

– Некрасовы, село Кожанка, Фастовского района. В ста километрах от Киева живут. Кстати, мой дядька, Юрий Некрасов воевал в Финскую, в плен генерала взял, награждён Золотой Звездой Гороя. Разведчиком он был. Сейчас в Москве, в больнице лежит со сломанными рёбрами. Я только вчера об этом узнал, поэтому билет и купил на Москву. Некрасовы в столицу недавно переехали.

– О Некрасове я слышал. Он ещё самолёт угнал у финнов.

– Он немецким был.

Тут в кабинет заглянул капитан, сообщив:

– Всё готово.

– Отлично, - вставая и беря фуражку со стола, сказал полковник.
– Идём, покажешь, что в воздухе умеешь.

– Охохоюшки-хо-хо.

***

Эти два дня в полку у летунов пролетели мигом. Мои продукты были в столовую отправлены, всё равно испортятся, а перед отправкой, повара свежих выдали, на неделю хватит. А когда меня сегодня повезли в город на станцию, я сбегал и вещмешок свой забрал. В общем, меня в купе заселили, тут ехала семья, до Ростова, вот капитан Смолин, тот самый на чьём истребителе я немцем сшибал, очень просил за мной присмотреть, помогая убирать вещи на багажную полку. А соседей было пятеро, я шестой. Те с тремя детьми ехали.

А вообще в полку я поднимался в небо шесть раз, ведя учебные бои. В том то и дело, меня решили испытать. Посадили в «ишачок» с заблокированным вооружением, против меня Смолин выступил, мы поднялись в небо, в стороне звено охраны барражировало, ну и провели учёный бой. Все командиры что с земли наблюдали за нами, Смолин был согласен с их мнением, были убеждены, что действовал я в первые минуты очень неуверенно и явно неумело. Тот трижды выходил ко мне в хвост. Однако за сорок минут что мы в воздухе гудели моторами, я освоился и пользуясь силой, и тем, что выдерживаю высокие нагрузки, стал крутить фигуры пилотажа, подсмотрев их у Смолина, дважды сам заходя капитану в хвост. Сбросить меня тот так и не смог. Это их заинтересовало, и вечером ещё один учебный бой устроили. Сам комдив против меня. А он сильный лётчик, многому меня в пилотаже научил. В этот раз я ещё больше опыта набрался. А на следующий день четыре вылета, причём во время третьего, я засёк высотный разведчик, куда рвануло три «Мига» черноморцев. Сбить не сбили, но прогнать смогли.

В общем, хорошо время провёл, мне эти полёты как награда от комдива была. Однако тот на этом не остановился, написал наградной лист на меня, командующий Крымскими войсками был на построении полка, торжественно орденом «Красной Звезды» наградили, и наградное удостоверение выдали. А вообще отличные ребята, и обещание выполнили, сотрудников НКВД не было. Хотя с особистом дивизии я общался, но это другое дело. Того тот ракетчик интересовал. Ответил, что на дно отправил, мол, концы в воду. Так что доказательств нет. А так шла война, по радио только об этом и говорили. Сейчас же меня Смолин отвёз на вокзал, на аэродроме многие провожали, и вот устроил в купе. Орден у меня на рубахе закреплён был, не поймут если носить не буду, вот и сделал это. А единственный документ у меня, это наградные корочки к ордену, и два экземпляра газеты с моим фото, где командующий награждает. На заднем фоне истребители стояли в линеечку. Это фотограф попросил так встать для памятного снимка. Газета свежая, армейская, ещё пачкает пальцы чернилами. Сегодня вышла, но я успел отхватить себе. Наконец мы простились, поезд уже трогался, так что капитан спрыгнул на перрон и выглядывая из проёма тамбура, я махал ему рукой, и только концы пионерского галстука развивались. Хороший мужик капитан. Наконец проводница закрыла дверь, и я вернулся в купе.

Полка моя верхняя, вещи на месте, так что получив бельё, сырое, я расстелил его, снял обувь и устроившись на полке, задумался. Внизу детишки игрались, старшая дочка у соседей моих лет была, но особо они не мешали. Орден видели, видно, что любопытно, но вопросы пока не задавали. Размышлял я о сложившейся ситуации. Сожалел ли я что вышел в свет? Однозначно нет. Тем более статус орденоносца, мне ещё может пригодится. Да и статья в газете о моём подвиге, там так и написано, тоже выложена отлично. Комсомольцы полка предлагали принять меня в комсомол ранее срока, но идея не нашла поддержку, мне двенадцать с половиной. Рано. А вот потом можно без испытания, уже заслужил. Колёса стучали по стыкам рельсов, вагон покачивался убаюкивая, но спать особо не хотелось. Я и так отлично за ночь выспался. Есть тоже не хотелось, девчата в столовой лётной части закормили перед отправкой. Вот единственное что мне не нравилось, было отправлено письмо в Москву на имя Некрасовых, телефонограммой, чтобы встречали блудного родственника. Но главное, Некрасов Юрий тут существовал. Это моё прошлое, полковник это подтвердил, вспомнив ту историю с генералом, прочитанную в газетах.

Соседи всё же не выдержали, к обеду пригласив к столу, сами те поели, а сейчас детей кормили, я тоже припасы достал, ну и стали расспрашивать. В ответ я сунул им один из экземпляров газеты, и те прочитали статью. Та на первой странице во весь разворот, с фотографией. Заканчивается статья на второй. Правда, от вопросов меня это не спасло, рассказал свою версию. Так что меня поблагодарили за защиту города и поздравили с наградой, а дальше я вернулся на полку и вскоре задремал. Как Симферополь проехали уже и не помню, хотя стоянка там долгая была. Но так и почухали дальше и в шесть утра я сошёл на вокзале Ростова. Билет мне подтвердили, поезд на Москву через два часа будет, так что стал ожидать снаружи вокзала. Тот полон был, душно и сесть негде. Ушёл подальше в сквер где и устроился в тени на лавочке. А когда возвращался две бутылки лимонада в магазине купил. Поезд уже подали к вокзалу, толпы народа штурмовали его. А когда я продрался к своему вагону, то протянул проводнику свой билет. В этот раз мужчина был.

– Всё в порядке. Сорок второе место. Бельё получите после отправки, - буркнул тот.

– Ага.

Прорвавшись в тамбур, крики остались позади, я проверил поклажу, не порезали ли, и направился к нужному купе. Открыв дверь, я с удивлением обнаружил что все места заняты, включая мою верхнюю полку слева.

– Доброго утра, - сказал я и посмотрел на мужчину лет сорока, худого и жилистого, что занял мою полку.
– По билету это моё место.

– Кто успел, того и место, - усмехнулся тот.

– Я мастер спорта по самбо. Или освобождаешь полку, или со сломанными руками вылетаешь из вагона. Выбирай.

– Ты не обнаглел малец?
– спросил другой мужчина, их трое сидело на нижней полке, напротив них старушка с девушкой и ребёнком. На другой верхней полке ещё один мужик был. Хм, и на багажной ещё один устроился, я поначалу его не рассмотрел.

– Вот что. Говорю без шуток. Предъявляем билеты, если на это купе, остаётесь. Нет билета, пошли вон отсюда.

– Серёг, выкини пионера отсюда. И билет у него забери, - сказал тот что на нижней сидел.

Отреагировал я мгновенно, влетел в купе и тремя ударами отправил в нокаут эту тройку снизу. Те что сверху устроились, тоже задёргались, и тоже отхватили от меня. Чистые нокауты. Правда, тому что на моей полке лежал, как и обещал, я сломал обе руки, со смещением. После этого бросив свои вещи на багажную полку, того что там лежал я уже спихнул вниз, взял двух за шкирки и протискиваясь мимо других пассажиров в коридоре, добрался до тамбура.

– Поберегись!
– крикнул я, и проводник метнулся в сторону, а мимо него наружу пролетели два тела.

Потом за второй парой сбегал и третьей, освободив наше купе. А старушка с девушкой и ребёнком имели билеты. Сразу показали.

– Что же вы их не выпроводили?
– спросил я.

– Таких бугаёв выпроводишь. Две наши полки заняли, - проворчала старушка, и неожиданно поблагодарила что избавил от наглых попутчиков.

К нам заглядывали, спрашивали есть ли свободные места, на что уже я интересовался наличием билета именно в наше купе, ехать в тесноте я не собирался. Милиция или те наглецы так и не появились, и наш поезд покидая Ростов устремился в сторону Москвы. Тут глубокий тыл - и несмотря на то что немецкие бомбардировщики нет-нет, но устраивают налёты на тыловые города, в безопасности нашего маршрута я был уверен. Поэтому изрядно поразился, когда ночью наш поезд встал в степи и стоял на месте до самого утра. Я вышел спросить у проводника. Оказалось, мост разрушен, с обеих сторон скопились составы. Ремонтный поезд подойти не может. Сейчас поезда отгоняют назад, на узловые станции, освобождая путь. Наш к мосту первым подошёл, чудом не сверзился вниз, какой-то доброхот остановил, махая белой тряпкой. Я не поленился, выглянул, сзади путь ещё занят, поэтому выйдя в открытую дверь, тут несколько пассажиров снаружи курило, и сбегал вперёд, посмотреть, что у моста происходит. Действительно разрушен, его осматривали несколько мужчин, тут были и в железнодорожной форме.

– Диверсия, - сразу определил я.
– Это не налёт. Был подрыв моста.

Говорил я больше для себя, но кто-то из присутствующих услышал. Вот один мужчина в костюме и плаще, не смотря на жаркую ночь, спросил:

– Почему ты так решил?

– Тоже мне нашли откровение. Взрыв снизу был, потому обломки рельсов вверх заданы. При взрыве бомбы была бы большая воронка и вниз вдавлены. Да и рельсы бы волнами пошли. А тут ничего такого нет, точечный подрыв. Диверсионная группа работала. А это странно. Степи кругом, поискать на самолёте, можно будет обнаружить. Зачем так рисковать? Да и мосток плёвый, через овраг, однопролётный. Дня за два отремонтируют. Кстати, а его разве не должны были охранять, всё же важный объект на транспортной магистрали?