Чтение онлайн

Огонь, рожденный магией, был вполне осязаем. Он вгрызался в ткань, норовя добраться до дерева, под нею скрытого. И это отвлекало.

– Скажем так, нас свели заинтересованные люди.

– В чем заинтересованные?

– В переменах, дорогой внучок. Мы слишком долго жили мирно…

– И ты стал нести убытки?

– К сожалению. Не только я. Многие… эти новые эдикты, указы, ограничения. Требования. Будто он забыл, кто есть опора трона.

– Император? Значит, в этом дело? В порушенной гордости?

– Обязательная служба… и не в гвардии. На полях! Людям, которые ведут свой род от первых поселенцев, пришлось бы работать на какую-то чернь!

Гнев выплеснулся темной волной. Грязной волной, которая доползла до ног Чарльза, попытавшись укусить, но вспыхнула и осыпалась жирным темным пеплом.

– Управление магическими ресурсами. Слышал?

– Нет.

– И не должен был. Дурацкий нелепый проект, но парламент поддержит. Слишком его боятся…

Дед прервался и предложил:

– Поговорим?

– Передумал?

– Возможно, ты не такой и пропащий… Силу имеешь.

– И что?

– Сила. – Дед сжал кулак. – В ней все дело. Сила была дарована нам богами. И они поставили нас над прочими, дабы защищать и оберегать их.

– Где-то я это уже слышала, – в сторону пробормотала Милисента. – В тот раз все закончилось очень хреново.

В этот будет не лучше.

– И мы обязаны беречь эту Силу! Мир спасет лишь чистая кровь. Но…

– Дети умирали, так? – Чарльз потер переносицу. Глаза слезились, то ли от дыма, то ли от вони, наполнившей кабинет. – Или не рождались? Те, которые вам нужны. И это являлось проблемой, пока не появился тот, кто готов был предложить решение.

– Именно.

– А мы тут каким боком?

Не стоит расслабляться. Дед… он не Змееныш.

Умнее.

Опытней.

И явно задумал что-то. Стоит, усмехается, глядит этак снисходительно.

– Или… конечно, кто-то из моих кузенов собирается жениться? И полагаю, на дочери императора?

Голова деда чуть склонилась.

– Он неплохая ведь партия. Знатен. Происхождение безупречное. И с императором в родстве состоит, хотя и не таком близком, чтобы это стало помехой.

– Ты не так и глуп, как казалось.

Сомнительный комплимент.

– Репутация. Манеры. И внешностью кузенов боги не обидели… – Чарльз чувствовал, как нарастает напряжение и Сила деда клубится на кончиках его пальцев. – Он сделал предложение и его приняли? И… дальше что? Родственник императора – это хорошо, но не настолько, как сам император… или принц-консорт? Если вдруг случится беда с императором и его наследником… кто следующий на очереди?

– Тот, кто полагает себя истинным наследником, – процедил дед.

– Значит, Змееныш – лишь инструмент. А тебя он кем считает? Другом? Советником?

– Тем, кто приведет его ко власти.

– И полагаю, ненадолго. Так, чтобы все успели ощутить на своей шкуре всю его дурость. А потом появится герой и спасет страну.

– Именно.

– Августа же… ты мстил нам. Маме, мне… и Августе. Конечно, как же, мама должна была вернуться в отчий дом, покорная и несчастная. А она посмела жить себе, и весьма неплохо. Еще и нефть на землях. Нефть ты ей точно не простил.

– Дрянь.

– Ну да… конечно…

Сила хлынула и…

Грохнул выстрел. Прямо над ухом. Так, что Чарльз оглох ненадолго.

– Извини, – сказал Эдди, убирая револьвер за пояс. С фраком тот не слишком сочетался. – Но мне этот придурок мертвым больше нравится. А то ишь, заморочил…

– Что?

– Глянь. – Эдди похлопал застывшего некроманта по щекам, легонько так, но голова того мотнулась, а глаза моргнули. И выражение в них появилось осмысленное.

– Что тут… – Орвуд потер лоб.

– Милли, ты как?

– Я ничего. – Милисента пожала плечами. – Я думала, что вы просто беседу беседуете.

С ревом встряхнулся орк.

– Это дедушка Чарльза, – пояснила Милисента, указывая на покойника, лоб которого украшало ровное темное отверстие.

– Прости. – Эдди, кажется, смутился. – Я вас искал. Смотрю, стоите, слушаете этого вот… и не сдержался. Я ж не знал, что вы тут… по-родственному.

– Ничего. – Чарльз потер лоб.

А ведь ноет голова, такой характерной болью, которая случается после направленного воздействия. Дед был менталистом?

Дед…

Был.

И странно, что Чарльз не поддался внушению. Или поддался бы, но не сразу? Или… дело не в нем, а в Милисенте, которая теперь стояла, разглядывая покойника с немалым интересом. Нет бы как приличной девице в обморок упасть.

Хорошо, что она – не приличная девица.

Тьфу, что за бред в голове-то?

– Внизу там что?

– Да суета. – Эдди оглядел кабинет и, переступив через мертвеца, обошел стол. Портрет императора он попросту снял и, постучав по железной двери сейфа, который обнаружился за картиной, поинтересовался: – Динамит есть?

– Да как-то не захватил, – признался Чарли, чувствуя себя отчего-то виноватым.

– Плохо. Я так вскрывать не умею. А ты?

– И я…

– Тоже плохо.

– Ну извини, я все-таки граф!

– Вот-вот, мог бы и научиться. У вас там, небось, сейфов всяко больше, чем на Западе… – Эдди постучал по дверце, покрутил замок и задумался.

– Позвольте мне, – вызвался некромант, окончательно придя в себя.

– Умеешь?

– Есть одна мысль, но… попрошу вас отступить.

Орвуд задержался над телом, критически его оглядывая.

– На будущее, если вас не затруднит, стреляйте в сердце. Или в живот.

– В голову надежнее.

– Но это делает невозможным допрос.

– Так покойник же.

Орвуд пожал плечами, мол, случается и такое.

– Порой покойника разговорить легче, чем живого. А он, полагаю, знал весьма многое… осмотрите стол, пожалуйста.

И Чарльз вновь согласился, что мысль здравая. Правда, ничего толком обнаружить не удалось. Стопка чистых листов бумаги. Нетронутые перья. Чернильница без чернил. Вот в нижнем ящике он наткнулся на папку, перехваченную алыми тесемками. Папка была толстой, а листы в ней – исписаны мелким почерком.