Чтение онлайн

– Что именно вы хотели обсудить, ваше сиятельство?
– поинтересовался я, переглядываясь с Романовым.

– Можно просто Алексей, мы всё-таки в стигме, - с улыбкой отозвался мужчина.
– А разговор пойдет о насущном, Захар, и как столп империи ты обязан об этом знать. Вы слышали, что сейчас многие наши недруги концентрируют силы именно в смежных стигмах? Как раз по этой причине и затихли сражения на границах. К тому же многие западники и амеры в этом им потворствуют и всячески помогают. Есть данные, что Ясака и Хиго нечто замышляют, а Персия и Афганистан в этом деле играют не последнюю роль. И по слухам это нечто грандиозное.

– Подлые предатели… - презрительно фыркнула Морозова.

Концентрация сил? Это… интересно. Неужели какой-то подвох?

– Как понимаю, присутствующие в стигме уникумы здесь не просто так?
– задал я очевидный вопрос.

– Ты весьма прозорлив, - кивнул утвердительно Долгоруков.
– Для любой стигмы пять столпов уже достаточно много, а с нашей стороны здесь уже находится десять, если же брать общее количество со всех форпостов, то таких как вы, я и Настя здесь около сорока.

Трепещи Ракуима! Солидная цифра. Пятерых столпов достаточно было, чтобы смести те несколько шаек химер, а здесь их пятьдесят. Я уже весь в предвкушении…

– И к чему именно они готовятся?

– Бытует всего два мнения, - стал объяснять княжич.
– Либо они намерены захватить форпост и атаковать империю со стороны стигмы общим фронтом, либо же они хотят дестабилизировать врата в нашем полисе изгоев, то есть уничтожить их просто-напросто…

– А это уже приведет к масштабному взрыву с внешней стороны и истребит всё живое в радиусе трёх-четырёх сотен миль, - закончила вслед за Долгоруковым Анастасия.

Занимательно. Весьма занимательно. Похоже, кое-кто играет по-крупному. Жаль только, что мои планы расходятся с желаниями каких-то отродий. Видимо, старый пень Фумайо зажился на этом свете. Пора его кончать. Лишь нужно придумать как…

– Нам сказали, что другие столпы сейчас где-то километрах в тридцати, - подал голос Ростислав.

– Там не только они, но и около тысячи изгоев, - объяснил Долгорукий.
– Правда, большинство рассредоточено по всей стигме и занимаются они отнюдь не охотой. Война ведется точечно по всей мнимой границе пораженных территорий. Наших людей пытаются уничтожить таким образом, а уже после прорваться сюда, но как видите местные обитатели многое усложняют. Радует лишь тот факт, что усложнят они работу не только нам, но и нашим недругам.

Разговор затянулся до самой полуночи, и возвращались мы на свой постоялый двор с Ростиславом полные задумчивости. Ведь вырисовывающиеся перспективы портили все мои планы по совершенствованию рунного тела. Правда, шагая и мусоля мысли в голове до меня дошел один неоспоримый факт, так как ранее я даже не удосужился об этом узнать у Романова.

– Ростислав, ответь честно, а ты когда-нибудь… убивал?

Пару мгновений стояла мёртвая тишина, был слышен лишь слабый шелест ветра и отголоски гомона разгуливающих изгоев, но уже пару вдохов спустя парень отрицательно покачал головой.

– Тварей стигмы да, а вот людей… людей нет, никогда.

– Сможешь убить, если понадобится?
– спросил вполне спокойно я.

– Смогу!
– твердо ответил парень, глядя мне в глаза.
– Не сомневайся во мне.

– Это радует, - подбодрил я Романова, хлопнув того по плечу.
– Потому как с утра мы отправляемся на охоту и вернемся в форпост еще не скоро.

***

Первое кольцо. Москва.

Главная резиденция рода Трубецких.

Покои княжны Трубецкой.

– Алиша, твой Зеантар гад, мерзавец и подлец!

– Куня, он такой же мой, как и твой, - не осталась в долгу девушка, на миг оторвав взгляд от пары свитков, которые были разложены у неё на постели.

– Уехал в стигму и даже не попрощался. Негодяй! Не навещал нас в академии. Даже в гости не звал!
– возмущенно заявила Потёмкина, продолжая мерить покои подруги быстрыми шагами.

– Последнее я думаю лишнее, - вяло запротестовала Алина.
– Мы и так ведем себя в его усадьбе, как в своём доме.

– А ведь он опять ничего не затребовал от моего рода за свою помощь с Нассау, - не унималась княжна.
– Я спрашивала у деда! Хотя он говорит, чтобы я не вмешивалась в их с Захаром дела.

– Зная Зеантара, думаю, что он по итогу может затребовать нечто более ценное, чем обычные деньги, либо земли.

– Нечто более ценное?
– нахмурилась Прасковья.
– О чем ты?

– Понятия не имею, - пожала плечами Трубецкая.
– Но ты сама в курсе, какие он может выкинуть идеи.

– Да! Тут ты права!
– хлопнула в ладони боярышня, хитро сверкнув глазами.
– Кстати, не напомнишь, в какую стигму отправился этот мерзавец?

– Куня, что бы ты ни задумала, лучше выбрось это из головы. Вспомни, что случилось с Ростиславом, - резко подняв голову, рассудительным тоном заявила Алина.
– Идёт война. Сейчас неподходящее время, чтобы играть в изгоев. И в стигму Захар отправился отнюдь не на отдых.

– Сейчас я говорю тебе не о том, чтобы стать изгоями, - лукаво усмехнулась Прасковья, широко улыбнувшись, - а чтобы податься в стражи. Мы магини. Нас возьмут. Одарённые нужны всюду. Головин сам не единожды говорил, что тебе и мне необходима практика, к тому же внутри форпоста вполне спокойно. А внук графа Шувалова нам в этом поможет. Надеюсь, ты со мной?..

Смежная стигма Долгоруковых-Шереметевых.

Дикие земли Катаклизма.

Условные территории древнего клана Хиго и Ясака.

Две декады спустя…

Романов носился по горному ущелью и добивал раненых изгоев амеров, прямо-таки как ледяной бес по снежным просторам, а его морозные окровавленные клинки вскрывали вражескую защиту, подобно консервным банкам. Всё же среди магистров даже находясь не на пике своих сил, парень был тем не по зубам. Причем убивал цесаревич с таким безумным и свирепым видом, что в данный момент под руку ему лучше было не попадаться.

Хотя в глубине души я прекрасно его понимал. Месть и самоудовлетворение - это приятное и незабываемое чувство. Лишь дураки говорят о том, что после такого выплеска эмоций остается пустота. Ведь это полный бред. Бездна мне свидетель. На таких эмоциях я жил долгие-долгие годы во время реанорской охоты.

– Зачем… вы на нас… напали?
– обессилено простонал архимаг, пытаясь защититься от меня обрубком оставшейся руки, пока сам он еле стоял на ногах, да и от резерва амера остались лишь крупицы магии.