Чтение онлайн

Но нужно отдать юноше должное, как и подобает аристократу-изгою, тот даже успел накинуть на себя штаны с рубахой и не стал светить трусами.

– Захар? Ты совсем офонарел?
– прошипел с кислецой в голосе парень, невольно зевнув.
– Время видел? Нам через несколько часов нужно выдвигаться, чтобы группу Рахимова менять. Тебе чего вообще?

– Простите за вторжение, ваше высочество, - спокойно изрёк я.
– Но имеется важный разговор и боюсь, что до завтра он не потерпит. Не выслушаете меня?

– Прямо сейчас?
– приподнимая одну бровь, спросил цесаревич, параллельно с этим косясь вправо и протяжно выдыхая.
– Хотя ладно, черт с тобой. Заходи!

– Предлагаю проследовать в мою комнату. Пусть Анастасия Егоровна отдыхает. Не будем мешать ей нашими пересудами.

– Иди… - раздался из чрева комнаты сонный шепот Морозовой.
– А то я уже устала от тебя…

– Тск! Женщины!
– с наигранным недовольством и цоканьем отозвался цесаревич, скорчив вселенскую гримасу негодования и в очередной раз невольно зевнув, со всем трепетом прикрыл за собой дверь.
– Пойдем, а то мне и самому интересно узнать, чего у тебя там важного на ночь глядя случилось.

– Ну и? Колись, давай, - с тяжелым вдохом заговорил Ростислав, вальяжно падая на одно из кресел и запрокидывая ноги на второе, а затем поднял на меня донельзя изучающий взор.
– Зная тебя и твой характер разговор будет действительно важным. И касается он далеко не тривиальных вещей. Не так ли?

– Вы весьма проницательны, ваше высочество, - усмехнулся я, опершись на подоконник и уперев свой взгляд в пол.
– Я никогда не сомневался в вашем мышлении.

– Завязывай давай уже с «высочеством», - отмахнулся уныло юноша.
– Честно сказать, чаще всего меня обижает такое твоё обращение. Особенно после всего, что ты сделал лично для меня и моего рода.

– Боюсь… этого будет маловато, - обронил тихо я, поднимая глаза на Ростислава.

– О чём ты?
– нахмурился резко парень.
– Что-то случилось? Какие-то проблемы?

– В какой-то мере да. Возникли проблемы…

– Что за проблемы?
– стал взволнованно допытываться юноша, а затем тот изумлённо приподнял брови.
– Значит, мне не показалось. После собрания у дядьки ты ходишь сам не свой. Всё дело в тех двоих, что на нас напали? Мне и самому сейчас не верится в то, что я говорю, но… неужели ты испугался?

На такое умозаключение цесаревича я совсем тихо рассмеялся себе под нос и печально усмехнулся:

– Поверь на слово, Ростислав, не родился еще тот человек, который смог бы меня напугать.

– Тогда в чем дело?
– вдруг не выдержал Романов.
– К чему эти прелюдия? Я впервые вижу тебя настолько нерешительным. Я твой друг. Расскажи и я постараюсь помочь…

Сучья кровь! Мастера Уартерата на меня нет, потому как цесаревич во многом прав.

– Я не боюсь тех двоих, - расслабленно проговорил я, прикрывая веки.
– Я опасаюсь того, что может принести появление этих двух существ.

– Ты… Стоп! Что?
– осекся напряженно тот, внезапно прищурившись.
– Ты сказал существ? Разве они не люди?

– Это не люди, Ростислав. И никогда ими не были. Эти двое необычайно сильные существа из очень далёкого для тебя мира, - честно признался я.
– Они прибыли из моего мира…

На целое мгновение в комнате воцарилась мёртвая тишина, а затем разлепив веки, я невольно встретился взором с необычайно шокированными глазами будущего императора.

– Твоего… мира?
– хрипло прошептал он, медленно приподнимаясь с кресла.
– То есть ты…

– Да. Я не Лазарев Захар и никогда им не был, - видит Бездна, впервые в жизни слова мне давались со вселенским превозмоганием.
– Благодаря стараниям княгини Осокиной и рода Осокиных, Лазарев Захар умер несколько лет назад на третьем кольце в трущобах Царицына.

– Тогда, кто… - взволнованно прошептал Романов, выпрямляясь во весь рост и с опаской глядя на меня, - …кто ты такой?

Придите на мой зов и явите себя…

Ярость молния… Мощь пространства… Непоколебимость тьмы… Сила ветра…

В следующий миг юноше пришлось ошарашенно отшатнутся прочь, потому как на его глазах стали твориться немыслимые и необъяснимые вещи. Сразу четыре призванные стихии заплясали вокруг моего тела подобно беснующимся феям Зеленвальда в одинаково плавном и текучем ритме.

– Моё настоящее имя Зеантар Ар-Ир Ор'Реанон…

А затем в моей ладони начала медленно формироваться сила, которую за две жизни я мало когда использовал по разным на то причинам. Но от увиденного глаза Ростислава лишь сильнее расширились, а сам он изумлённо сглотнул и пристальнее уставился на происходящее.

Приди и явись на мой зов свирепая стихия льда… Я приказываю тебе…

Ледяные потоки Реанора… Эфир льда… Клинок холода…

– Я последний в своём роде реанорец, - спокойно произнес я, передавая хрупкое орудие в руки ошарашенного Романова.
– И последний из ныне живущих носителей Высшей речи…

Говорил я ровно и без остановки на протяжении пары часов. За всё это время цесаревич не проронил ни единого слова. Уточняющие вопросы были не в счет. Тот молча слушал и не сводил взгляда с клинка холода в своих руках, а его пальцы то и дело плавно передвигались по льдистому лезвию.

Без вранья, само собой, не обошлось. Но это я делал уже непосредственно для самого Ростислава и частично для Русланы.

– Ушам не верю… - просипел неверяще парень, качая отрицательно головой и всё также не сводя глаз с меча.
– Мой друг и зять — непостижимый иномирный убийца, за которым охотятся обозлившиеся боги из другого мира. Кому рассказать - не поверят. Бред какой-то… Даже моя бабка тебя не смогла расколоть. Не могу поверить… Ты столько времени водил всех за нос. Почему ты не рассказал всё сразу?
– вдруг раздраженно повысил голос юноша.
– Почему?! Я постарался бы тебе помочь! И это я молчу о сестре! Она вышла замуж за лжеца!..

– Ростислав, скажи мне, что сделала империя с альвами?
– вопросом на вопрос ответил я.

Взгляд цесаревича разом ужесточился, рот открылся, чтобы что-то произнести, но уже в следующий миг тот обессилено выдохнул и откинувшись на спинку кресла упер глаза в потолок.

– Узнала о них всё. После позаимствовала все знания и лишь в конце дала кров, - сдался вдруг тот.

– Так вот всё, что есть здесь, - спокойно отозвался я, стуча себя по виску.
– Это в миллион раз опаснее того, чем обладал дом Тёмного Течения. Без необходимой силы меня бы выпотрошили как рыбу на разделочной доске. От этих знаний лишь один вред… Я не избавился от них сам лишь по одной причине. Без них я потеряю всё, что у меня когда-либо было. Я потеряю и забуду самого себя и семью… А насчёт своей сестры можешь не беспокоиться.