Чтение онлайн

Комендант, похоже, не спал. Лицо серое, под глазами круги. Максимус сильно постарел за одну ночь — на лбу появились новые морщинки, во взгляде поселилась усталость. Воин протянул мне посох и сумку с книгами, сказал:

— Забирай. — Голос хриплый, похож на рычание злого цепного пса. — Надеюсь, поможет тебе.

— Не сомневайтесь, — ответил я.

Осторожно положил сумку на кровать рядом с собой. Принял посох, провел рукой по гладкому древку. По руке побежало тепло, вымыло боль из тела, вселило бодрость и уверенность в собственных силах. В голове сразу же раздалось ласковое мурлыканье, очень радостное и немного укоряющее — почему ты так долго? Я соскучился.

Я не удержался и глупо улыбнулся, не в силах скрыть радость. Как же мне не хватало тебя, дружище! Теперь уж натворим дел!.. В голове опять замурлыкало, словно призрачный кот потерся о ногу. Хорошее ощущение. Будто рядом со мной есть верный друг.

— Я думал, ты сбежишь, — сказал комендант, с отвращением глядя на мою радостную физиономию. Еще бы — смерть в ухо дышит, а дурак улыбается.

— Как видите, не сбежал, — ответил я.

— И не собираешься? — поинтересовался Максимус.

— Нет, — отрезал я.

— Зря! — рыкнул воин. Развернулся и ушел, чеканя шаг. «Нечто терзает коменданта, — подумал я. — Вот только что? Нервничает и злится, явно прогоняет. Отвести бы его в сторону и поговорить по душам, но Максимус не из тех, кто легко открывается, будет упорствовать и молчать. Раньше за ним такого не замечал. Очередная загадка…»

Я не стал забивать голову ненужными мыслями. Поднялся с койки и отправился в донжон. После легкого завтрака вновь вышел за ворота и взялся за работу. Целый день без отдыха ворочал бревна, перекидывал горы мерзлой земли. Краем глаза замечал мечущихся командиров, мчащихся в разные стороны гонцов и разведчиков. К обеду начали приходить подкрепления из соседних крепостей. По сотне, по две в ворота крепости въезжали конные копейщики, заходили мечники и арбалетчики. Ближе к вечеру прибыл маленький отряд людей, запакованных в странные кожаные доспехи. А вслед за ними прибыла повозка, укрытая тентом. Из разговоров товарищей по лопате я узнал, что это огневики — специальный отряд, владеющий ручными огнеметателями.

Работы прекратились, лишь когда начало темнеть. Я с облегчением отбросил опостылевший инструмент и отправился на крепостную стену. Есть почему-то не хотелось, а холода я не испытывал по той простой причине, что укрыл свое тело согревающим заклятием. Вертеться под ногами у воинов — себе дороже. Затопчут, затолкают и обругают. Поэтому я решил просто постоять на своем любимом месте.

С высоты стены открывался хороший вид. Лишь отсюда я смог оценить всю грандиозность проделанной работы. Вправо и влево, сколько хватало глаз, тянулись временные бревенчатые стены, земляные валы и траншеи, защищенные рядами длинных острых кольев. Конница не подберется близко. А для пехотинцев приготовят сюрпризы арбалетчики со своими сложными многозарядными механизмами, огневики и простые ратники. Замысел Максимуса был прост и элегантен. Встретить всю армаду войск имперцев, принять удар на временные укрепления, истребить как можно больше. А потом отойти за стены крепости и держать глухую оборону.

Внизу раздался гул и скрежет металла. Я вздрогнул, перегнулся за каменный зубец и стал наблюдать, как из ворот крепости выползает железное чудовище на четырех колесах. Тяжелый огнеметатель — вершина технической мысли Свободных Земель. Сложная магомеханическая машина, предназначенная для войны.

На длинном металлическом стволе играли блики и отсветы заходящего солнца. Огромные колеса месили мерзлую землю, оставляли за собой глубокие колеи. От машины тянуло холодком опасности, ощущением смертоносной мощи. Я когда-то читал об этих орудиях. В прошлую войну с империей именно они помогли отбить нападение. Посеяли панику в войсках скифрцев, смешали ряды…

Принцип их работы довольно прост. В утолщении ствола находится большая камера. Туда заливается специальная масляная смесь, потом нагревается заклинаниями до невероятной температуры. Магия дает толчок, и огненный шар, напоминающий маленькое солнце, летит на довольно большие расстояния. Кроме того, есть режим близкого боя, когда непрерывная струя пламени создает непроходимую стену. А всю тяжесть амуниции возит на себе большой лафет, приводимый в движение магическим движителем и системой механических передач. В общем, машина поистине чудовищна. С ее помощью можно легко уничтожать неприятельские армии, захватывать города… Единственный недостаток — сложна в изготовлении и обслуживании. Скорострельность тоже небольшая. Если бы не это, Свободные Земли могли бы не бояться вражеских набегов.

Огнеметатель тяжело развернулся, медленно пополз к нише в земляном валу. Он напоминал сердитого жука-навозника. Я напряг зрение, разглядел маленькую фигурку человека, сидящего на краю лафета. Маг дергал рычаги, вертел какие-то ручки, нажимал педали. Гул немного стих, но тут же вновь ударил по ушам. Я опустил взгляд — из ворот выезжала целая колонна огнеметателей. Они постепенно расползались по линии укреплений, занимали свои места.

— Любуешься?

Вопрос застал меня врасплох. Я обернулся и столкнулся взглядом с Фераном. Офицер подошел ближе, оперся локтями о каменный зубец. Посмотрел вдаль, усмехнулся каким-то своим мыслям.

— Любуюсь, — согласился я.

— Только что вернулся отряд разведчиков, — сообщил лейтенант как бы невзначай. — Имперцы готовы к наступлению. Уже сворачивают палатки, чистят оружие.

— Значит, завтра будет бой, — догадался я.

— Да, — кивнул Феран. — Причем место прорыва наметили именно здесь. Остальные крепости тоже подвергнутся осаде. Но лишь для того, чтобы не прислали нам помощь.

— Будет жарко, — хмыкнул я.

— Да, — согласился воин. — Уж не знаю, выживем ли…

В голосе прозвучала такая тоска, что я невольно повернулся и всмотрелся в лицо командира. Феран был спокоен и печален. Живой огонь, что всегда горел в темных глазах, потух. Во взгляде лишь пепел пожарищ, реки крови и смерть.

— Выживем! — сказал я нарочито бодро. — У нас есть все для победы: крепкие руки, техника и отличное оружие…

— Но нет веры и сильных духом людей, — пробормотал Феран.

— Что? — воскликнул я, с непритворным изумлением посмотрев на командира. И куда подевалась его обычная веселость и бодрость?

Феран вздохнул, виновато посмотрел на меня, словно извиняясь за минуту слабости. Развел руками, постарался придать лицу обычное выражение. Но получилось у него плохо.

— Просто слышал разговоры солдат, — сказал воин угрюмо— Боятся. И сражаться не хотят. Кто-то при мне ляпнул: нам не платят за то чтобы мы умирали. Другой сказал: под рукой имперцев тоже было бы неплохо. Как бы не побежали…

Я горько улыбнулся, закусил губу. Вот она, трусость Свободных! Не хотят защищать свои дома, детей и жен. Проще спрятаться в норку, махнуть рукой и сказать: «А пошли вы! Нам и так хорошо». Надеюсь, их удержит хотя бы устав, вера в командиров и долг.

— Не побегут, — уверенно сказал я. — Дисциплина не даст.

— Хотелось бы верить, — хмыкнул Феран — Но такие разговоры мне не нравятся.

— Страх — это очень естественно, — сказал я, стараясь поддержать командира — Но он быстро превращается в злость. Главное — правильно направить.

— Это я умею, — кивнул лейтенант, улыбнулся с облегчением. — Прорвемся!

— Обязательно! — поддакнул я. А сам подумал, что надежда — последняя опора для павших духом, но честных и сильных людей, правда, иногда она лишь иллюзия. Но если приложить определенные усилия, можно сотворить чудо.