Чтение онлайн

Лес превратился в иной мир. Темный, но живой и дышащий. Таинственный и спокойный. Стволы и ветви выбегали навстречу, мелькали сероватыми росчерками. Под ногами шелестела листва, хрустел сушняк. Отовсюду доносилось пение сверчков, порой раздавалось хлопанье крыльев.

Несколько раз я спотыкался, чуть не врезался в деревья. Соня поддерживала, переливчато смеялась. Я улыбался и разводил руками: ну не виноват, совсем ошалел от радости. Хотелось петь и хохотать от переполняющего счастья, упасть на колени и просто прижиматься к ногам ведьмы. Тревоги и страх казались мелкими и незначительными. Я знал, что вернуться. Знал — придется трудно. Но сейчас позволил себе окунуться в омут ликования и восторга.

И хотя вроде бы шли медленно, но время пролетело как мысль. Не успел я очнуться, как показались хорошо знакомые деревья, кусты, рытвины и канавы. Мы у дома. Еще минут десять ходу и выйдем к подворью избушки.

Мысль немного отрезвила. Предстоящий разговор настроил на серьезный лад, притушил эмоции. Помимо воли я начал продумывать, что скажу и как скажу. В воображении уже разговаривал с Вадимом. Просил прощения, винился, рассказывал и доказывал.

Соня остановилась. Я почувствовал дрожь, вынырнул из воображаемого мира. Посмотрел с беспокойством и удивлением.

— Что? — резко спросил я.

Ведьма тряхнула гривой волос и распахнула глаза. Во взгляде страх и замешательство, даже испуг.

— Слышишь? — охнула Соня.

Повернула голову, напряглась. Я мазнул взглядом по окрестным зарослям, навострил уши. Но как бы ни напрягал слух, ответом была лишь тишина. Обычные звуки — шелесты и шорохи ночного леса. И хотя рядом с избушкой, но голосов не слыхать.

Я хотел переспросить, но тут уши уловили странное шипение и треск. Далеко, на грани слышимости. Я насторожился, напряг мускулы. В сознании раздался тревожный звоночек, по спине пробежался холодок.

В сумраке сверкнули зеленые глаза. Девушка яростно зашипела и задрожала. В вечерней тишине особенно громко прозвучали выстрелы. Прогремела автоматная очередь, раздалось несколько одиночных — винтовки. И в тот же миг по лесу разнеслась целая какофония звуков: крики, вопли и ругательства, выстрелы, сухие хлопки, грохот взрывов. Прибавился странный треск и тяжелый низкий гул. Далеко за деревьями полыхнуло. В фиолетовое расцвеченное тусклыми звездами небо поднялся столб грязного красноватого пламени, комья земли и полыхающие обломки. Следом над кронами взвились клубы желтоватого фосфоресцирующего дыма.

В мозгу произошло короткое замыкание. Мысли пропали, испуганно спрятались. Но сразу заметались, смешались и зажужжали. Опасения подтвердились, Старейшины сделали упреждающий ход. Отыскали быстрее, чем предполагал Данилов и Велимир… Что делать, черт побери?!

Ведьма вырвала ладонь, рявкнула короткое «Проверю. Жди», и прыгнула с места. В лицо ударил поток воздуха, глаза засыпало сором. Я охнул от неожиданности, стряхнул пыль и мусор. Увидел темный силуэт среди ветвей. Соня ловко скакала по сучьям, перепрыгивала, иногда летела. Стремительно двигалась в направлении избушки.

— Черт! — взвыл я. — Стой! Назад!..

Грохот взрывов и автоматных очередей заглушил голос. Я выругался, резко рванул с плеча лук, одним движением наложил стрелу на тетиву. Оттолкнулся пятками от земли, помчался длинными прыжками.

Ветви немилосердно хлестали по щекам, из сумрака то и дело вылетали стволы. Но я удачно огибал, бежал практически по памяти. Сердце разрывалось. Кровь толкалась в виски, стучала в ушах. Сумрак смазался и раскачивался. Лишь шестым чувством я определял направление.

— Соня! — закричал я. — Соня, вернись!..

В ответ раздались новые хлопки, крики и ругань. Пару раз, кажется, слышал бешеный рев Данилова, однажды — крик Вадима. Визжали девушки, орали парни. Выстрелы следовали один за другим. Слышались металлические удары, скрипы и треск. Среди деревьев замелькали отблески пламени, короткие яростные вспышки. Лес озаряли голубоватые всполохи — то ли световые гранаты, то ли магия.

Буквально за минуту я пролетел половину расстояния до избы. Но не рассчитал, сослепу споткнулся о невидимый в темноте корень и покатился по земле. Ударился лбом о твердый ствол, охнул. Вскочил на колени, бросился обшаривать листья в поисках лука. Оружие нашел сразу, немедля потащил новую стрелу из колчана. И тут услышал тихие шаги, хруст сучьев. Вскинул голову, мигом натянул тетиву.

Взору предстало удивительное и отчасти ужасающее зрелище. Среди деревьев клубился желтоватый светящийся туман. Быстро раздавался в стороны, стремительно поглощал лес. Деревья и кусты тонули в плотном мерцающем мареве, исчезали. В облаках желтой мглы виднелись смутные всполохи, плясали яркие искорки. Дохнуло холодом, ноздри уловили тревожный и резкий запах.

Желтоватые клочья дрогнули, разверзлись. Из мглы бесшумно вышел незнакомец, одетый в черный кожаный костюм. На поясе две кобуры с огромными пистолетами, грудь пересекали широкие ремни. Из-за спины выглядывала рукоять клинка. Лицо скрыто глухой маской, толстыми очками.

Я интуитивно вжался в ствол ближайшего дерева, постарался слиться с тенью. Продолжал держать тетиву натянутой, целился в шею. Незнакомец остановился, повертел головой. Бесшумно сдвинулся. Посмотрел прямо на меня и положил руку на рукоять пистолета.

«Заметил! Почувствовал присутствие! — полыхнула мысль. — Черт, что делать? Бежать поздно, выдам себя с потрохами. Наступать? Стрелять?.. Слишком опасно».

Внезапно послышался тяжелый топот, треск. В тумане мелькнула смутная фигура, искры разрядов. Громыхнуло, короткая автоматная очередь разрезала мрак. Враг развернулся, сделал неуловимый жест рукой. В кустах вспыхнуло жаркое пламя. Дикий крик боли огласил лес. Из зарослей выскочил «храмовец». Не разбирая дороги, бросился прочь. Но почти сразу споткнулся. Остановился и рухнул на колени…

Спецназовец напоминал полыхающую головешку. Огонь вгрызался в плиты брони, одинаково легко пожирал керамику, металл и плоть. Звонко хрустнуло, лопнуло. На сухие листья с мокрым хлюпаньем вывалились горящие кишки. Сквозь сморщенный потрескавшийся шлем проглядывали мышцы и кости. Брызгала горячая дымящаяся кровь, лопались внутренние органы. За несколько секунд человек истончился, обратился подобием горелой спички. Рухнул на листья чадным ворохом обугленного мяса и железа.

Слева раздался яростный вопль, снова раздались выстрелы. Мглу рассекла длинная череда огненных росчерков. Пули ударили в плечо и грудь неизвестного воина. Но не пробили, а срикошетили от уплотнившегося голубоватого сияния. Незнакомец развернулся, выхватил пистолеты. Раза три низко рявкнуло, в тумане сверкнуло. Из-за деревьев вывалился другой «храмовец». Засвистело и загромыхало, в воздух взвились длинные щепки. Враг пошатнулся, попятился под вихрем пуль. Но извернулся, выстрелил в ответ.

Я видел очень ясно и четко, словно в замедленной съемке. Первая пуля оторвала спецназовцу руку, вторая перешибла бедро. Но боец даже не успел упасть. Третий и четвертый выстрелы угодили в грудь. Разворотили броню, бросили уже мертвое тело на дерево. На землю обильно брызнула кровь. Затрещали искры, и пошел дым. «Храмовец» сполз по стволу, безвольно уронил голову на грудь.

Стычка заняла лишь несколько мгновений. Враг неуловимо быстро сместился в сторону, слился с темнотой. Я услышал тихое сопение, шорох ткани. Ноздри терзала противная вонь паленой плоти.