Чтение онлайн

– Империя в моём лице выражает восхищение мудростью Вашего Величества, не пожелавшего раздувать конфликт из-за мелкого недоразумения, и благодарит за понимание.

Король кивнул и промолчал. Его племянник многозначительно кашлянул.

Посол, чувствуя ползущий по спине холодок, повторил:

– Выражает и благодарит, да…

А что ещё сказать, если в письме императора прямо указано на необходимость замять дело и сохранить мир? Потом, может быть, Груманту придётся сторицей заплатить за унижение и уступки, но империя пока не готова к войне с ним. Королевство оказалось слишком сильным и способно больно ударить в ответ на недавний гномий бунт, организованный… Стоп, в этом даже самому себе нельзя признаваться!

Джеронимо Первый сделал глоток вина и вернул бокал на стол:

– А что-нибудь по существу?

Граф Форбарра улыбнулся краешком рта:

– И мне было бы любопытно услышать.

Посол собрался с духом и выпалил:

– Виновные в неспровоцированном нападении на виконта Оклендхайма наказаны, Ваше Величество!

– Все наказаны?

– Да, все восемнадцать человек. Командир следственной центурии оштрафован в пользу пострадавшего на двадцать марок, разжалован и отправлен младшим писцом в канцелярию наместника Галлиполиды. Его подчинённые переведены в городскую стражу Берестейла.

– Пусть сжалятся над ними Небесные Боги, – со странной ухмылкой прокомментировал известие граф Форбарра. – У императора сил много!

А Его Величество Джеронимо Первый кивнул послу:

– Хорошо, я удовлетворён ответом. Передайте императору мою искреннюю благодарность за быстрое разрешение мелкой проблемы. Да, и ещё напишите, что всё прогрессивное человечество в лице благородного дворянства Груманта осуждает бунтовщиков и желает Его Императорскому Величеству скорейшей победы в гражданской войне.

Императорский посланник не понял половину королевского высказывания, но уловил главное:

– Бунтовщики? Какие бунтовщики?

– Вы разве не знаете о восстании в Галлиполиде? Надо же, какая досада…

– Простите, Ваше Величество, – имперский дипломат изменился в лице, превратившись из просто бледного в очень бледного человека. – Мне ни о чём таком не сообщали.

– Сообщат чуть позже. Видимо, в Лунгдуме не придают большого значения этой досадной мелочи. Ведь это мелочь, правда? Бунтом больше, бунтом меньше… Что могут сделать пятьдесят тысяч мечей против всей мощи великой империи?

– Сколько-сколько?

– Ну, может быть, и чуть больше. И мечей на всех не хватит, половина копьями и дубинами вооружится.

Посол неимоверным усилием воли справился с эмоциями и поклонился:

– Простите, Ваше Величество, но мне нужно…

– Утюг забыли выключить?

– Что?

– Уже ничего. Аудиенция закончена.

Граф Форбарра убедился, что за посланником империи плотно закрыли двери, и принялся рассуждать вслух:

– Итак, чем нам выгодна сложившаяся ситуация? Если не учитывать прибыль от продажи ржавого хлама из арсеналов, то ничем. Разве что будущие трофеи недорого скупать, но… Но кто их продавать будет, если вся добыча уйдёт в оплату за поставленное нами оружие? С другой стороны, ослабленная волнениями в Галлиполиде империя на некоторое время перестанет… А толку? Её армия закалится в боях и получит необходимый опыт, что сыграет против нас. То есть выгоды нет! Но если ты, дядя, обращаешь на это пристальное внимание, то она есть. А где?

Король слушал племянника и молча улыбался. Фридрих замечательный полководец, лишь немного не дотягивающий до гениального, а вот политик из него никудышный. Неужели не может понять, что любое уважающее себя государство должно подкладывать свинью соседям просто из любви к искусству? Да так подкладывать, чтобы те радовались щедрому подарку и просили добавки. И в идеале – померли от несварения желудка.

В принципе Его Величество ничего не имел против империи и с удовольствием жил бы с ней в мире и согласии. Маленькому Груманту трудно тягаться с раскинувшейся почти на половину известного мира державой. Но так уж получилось… нельзя оставлять безнаказанным болезненный удар, а то сам себя уважать перестанешь. На мнение соседей наплевать, но им наглядный урок тоже не помешает.

– Фридрих, всех галлиполийцев из нашей армии сведёшь в один корпус.

– Но у нас в армии их нет.

– Это ты так думаешь! А если поискать, то при желании кого хочешь можно найти, хоть бывших подданных абиссинского негуса. Стоит только сильно захотеть.

Граф быстро сообразил:

– Точно, соберу всех черноволосых и носатых, выдам каждому имперские дворянские грамоты…

– Документы необязательно. Они в Груманте необходимы, а в империи благородному человеку принято верить на слово.

– Да? Не знал… Тогда назначу наследников последнего герцога Галлиполиды. Как думаешь, штук пять хватит?

– Должно хватить.

– А как звали последнего?

– Их там трое было, и все они погибли в устроенной ими самими войне за герцогскую корону.

– Придётся больше наследников назначать. А меня добровольцем отпустишь?

– Нет.

– Плохо, – вздохнул граф. – Хотел пушки с собой взять, а кому другому ты их не доверишь.

– С ума сошёл? – удивился король. – Никто не должен заподозрить наше участие в восстании, а ты собираешься использовать оружие, однозначно указывающее на Грумант.

– Я просто предположил…

– Забудем об этом. Тем более сейчас в империи находится виконт Оклендхайм с супругой, а их совместное разрушительное действие превосходит любые пушки в любых количествах. Мы постараемся сделать так, чтобы императору пришла в голову мысль отправить на подавление восстания студентов тамошнего Университета. У тебя есть агенты влияния в непосредственной близости от Его Императорского Величества?

– Обидеть хочешь? – усмехнулся граф Форбарра. – У меня всё есть!

Всю следующую неделю племянник Его Величества посвятил подготовке добровольческого корпуса и неоднократно успел проклясть тот день, когда дядя взгромоздился на трон Груманта. Раньше именно герцог Ланца занимался всеми вопросами, а жизнь командующего пограничной стражей протекала весело и беспечно, особенно если сравнить её с нынешней. Тогда времени хватало на попойки с сослуживцами, на охоту, на охмурение прекрасных дам… даже на личное участие в вылазках против ближайших к границе эльфийских кочевий. Сейчас же выспаться некогда.

Одно радует – выбил из короля почётное право возглавить добровольцев. Можно сказать, с кровью вырвал. И можно будет в боях и походах отдохнуть от утомительных тайных интриг, обязательных для должности главы разведки и контрразведки. Насколько легче и приятнее идти в атаку на острие рыцарского клина! Там хоть есть шанс умереть красиво и почётно, а не от брезгливости при допросе с пристрастием очередного имперского шпиона.

Как будто им, сволочам, королевство мёдом намазано! Как мухи слетаются! Прихлопнешь десяток в одном месте, и тут же в другом новая стайка жужжит. Крутятся, вынюхивают, дохнут в пыточных подвалах, а всё равно лезут. То пытаются выведать секрет алхимического состава для королевских пушек, то хотят сами огнедышащие жерла украсть, то Его Величеству яду в вино нальют. Вот уж неугомонные!