Чтение онлайн

Бомбы ложились кучно, подбрасывая самолеты, ломая им крылья, разнося в щепки строения, перелопачивая взлетку, накрывая бегущие фигурки в форме мышиного цвета, а потом стали рваться бочки с горючим.

Двухсотлитровые цилиндры подлетали на огненных тучках, крутились, кувыркались, лопались…

Одна из бомб удачно попала в склад боеприпасов и устроила настоящий фейерверк.

Вторая девятка бомберов несла в своих утробах контейнеры, загруженные колбами с зажигательной смесью «КС».

Вот они стали валиться, некоторые колбы «не дожидались» земли, сталкивались и разбивались прямо в воздухе.

Смесь возгоралась, образуя гирлянды белого дыма.

Они жгутами шли к земле, и вскоре белесую пелену чада «КС» пробили столбы черного смрада от горящей техники.

Классика!

А «пешки» неторопливо выходили из пике с разворотом и ложились на обратный курс.

Отбомбились, пора домой.

– Вижу самолеты противника! – доложил Котов.

– Группа, набираем высоту.

– «Колорад»! – воззвал Долгушин. – «Худые»! Много!

– Хорошо. Идем с набором!

Пронизывая пелену чада, затянувшую аэродром, показались «худые» – добрый десяток немецких истребителей расходился веером.

Трассеров заплелось столько, что жутко было даже подумать о том, чтобы приблизиться.

А надо, куда денешься…

Григорий быстро уменьшил шаг винта, дал сектор газа на форсаж и энергичным разворотом атаковал «мессера» в лоб.

Очередь он послал буквально в упор.

Едва не задевая «Мессершмитт», Быков проскочил вплотную под ним и взмыл на вертикальную «горку».

В верхней точке он свалил «Як» на правое крыло и стал искать противника правее себя – гансы, после лобовой атаки, наверняка пойдут левым боевым разворотом. Их так учили.

И точно, вон они!

Не теряя времени, Григорий поймал в прицел зловредный «месс», но тут подоспела верхняя пара «Фокке-Вульфов» – правее крыла «двенадцатого» пронеслась трасса.

Быков снова рванул вверх, да так, что в глазах потемнело.

В верхней точке зрение быстро восстановилось.

– «Фоккеры» с запада! Четыре… нет, пять штук!

– Седьмой, это «Колорад». Отходите на курс девяносто!

Быкову было хорошо видно, как «мессеры» зашли в хвост «Яку» с тактическим номером «7» – его пилотировал Микоян.

– Пока никак! – пропыхтел Степан. – Давят, гады!

Григорий бросил свой самолет на выручку, посматривая за истребителями Володьки Орехова и «Котика».

– Группа, внимание. Разворот на курс девяносто. Атакуем все!

Первым от руки Быкова пал «месс», что выворачивался впереди, уходя в «полубочке».

Очередь порвала «худому» брюхо, доставая до самого капота. Мотор пыхнул языком пламени, и винт тут же «проявился» – серебристый диск оборотился лопастями.

«Мессер» повело вниз, но тут самолет Котова, с изображением драчливого полосатого кота, пересекся с недобитком и дал по нему «контрольную» очередь.

«Худой» вспыхнул весь, от носа до хвоста, и стал валиться, распадаясь на части прямо в воздухе.

Вдруг, откуда ни возьмись, еще один «месс».

Быков развернулся на него неглубоким виражом, будто заманивая в бой, стараясь подставить врага под удар Орехова.

Немец повелся, бросился на «двенадцатый», не замечая ведомого.

А Орехов тут как тут – подловил немецкий истребитель на вираже, да и всадил в него порцию снарядов.

Хоть и малый, но калибр сказал-таки свое слово – загорелся «Мессершмитт», как растопка.

– Есть!

– Седьмой, держись!

Якушин с Микояном, как на качелях, болтались, шныряя по воздуху, увертываясь, зажатые «мессерами».

«Колорад» с ходу проредил строй «зажимальщиков», снося одному из «худых» кабину вместе с пилотом.

Обезглавленный «Мессершмитт» вошел в штопор, и так до самой земли, далекой и очень твердой.

Готов.

– «Колорад»! «Мессер» на хвосте!

Самолет Григория моментально пошел в «горку», сделал «бочку» со снижением, но к умелому пилотажу не стремясь.

В итоге получилась «кадушка» – так опытные пилоты называют неумелое выполнение этой фигуры, когда переданы элероны, опускается нос самолета и теряется высота.

Но именно эта нарочная «жопорукость» и спасла «Колорада» – его «Як» из-за «кадушки» ушел под своего преследователя, оказываясь за счет прибранного газа ниже «месса» метров на полста и в хвосте.

Сразу дав газ, Григорий сделал «горку», ловя немца в прицел.

Очередь. Вздрог. Вонь.

Сбит!

Правее «Колорад» увидел трассу – стреляли по нему.

Сейчас возьмут поправку…

Григорий резко закрутил со снижением неуправляемую «бочку». Потом поддернул «Як» на «горку» и навскидку ударил очередью по «животу» «Ме-109».

Не убил. «Ранил».

Чуть довернув, Быков повел группу в набор высоты.

Однако и немцы так просто сдаваться не собирались – «мессы» с «фоками» разбились на пары и навязали «Якам» бой.

– Седьмой, тяни наверх.

– Тяну…

– Смотри хвост!

– Внимание, группе разворот. Курс ноль.

– Хользунов! Едрить твою… Уходи! «Фоккеры» сзади!

– У Батова мотор встал! Прыгнул!

– Кот, прикрой его!

– Хользунов сбит!

– Т-твою ма-ать…

– Готов второй! Зажгли свечечку!

– Володька, уходим вниз. Переворот.

– Я Седьмой, пробую набрать высоту.

– Миша, сзади сверху еще двое. Разворот!

– Кот, отходи под нас.

– Пятый, отбей!

– Уже!

– Пятый, набери еще метров двести.

– Я Пятый, принял.

– «Худые» на хвосте!

– Аллес капут.

Быкову стало жарко.

За бортом самолета было зябко и сыро, а с него пот тек.

Саднила шея, но все это были пустяки, дела житейские.

Шел бой, и его горячка владела Григорием, затмевая все болячки и недомогания.