Чтение онлайн

Губы повстанца искривились в усмешке. Очевидно, решив, что так будет даже забавней, он легонько повел дулом пистолета и прицелился в меня.

Я даже не подумала закричать. Я вообще была не в силах шелохнуться. Все, что я успела увидеть, – это серый пиджак Максона, когда он бросился ко мне.

Я полетела на пол, но не в ту сторону, куда должна была. Максон промахнулся, пролетев передо мной. Уже лежа на полу, я вскинула глаза и увидела надо мной Аспена. Он подбежал к столу и с разбегу перевернул кресло, в котором я сидела, а сам прикрыл меня сверху своим телом.

– Все, сейчас я его прикончу! – закричал кто-то. – Найдите короля!

Послышались торжествующие возгласы. И новые крики боли. Их было так много! Едва я вышла из оцепенения, как меня вновь оглушил шум. Кресла и тела с грохотом падали на пол. Гвардейцы перекрикивались, отдавая друг другу приказы. В воздухе свистели пули. Это был настоящий ад.

– Ты ранена? – перекрывая шум, прокричал Аспен. Кажется, я мотнула головой. – Не двигайся.

Он поднялся, принял устойчивую позу, прицелился и несколько раз выстрелил. Взгляд у него был сосредоточенный, но тело казалось расслабленным. Судя по тому, куда он метил, к нам пытались подобраться еще повстанцы. Если бы не Аспен, им удалось бы добиться своего.

Бегло оценив ситуацию, он снова бросился на пол:

– Надо вывести ее отсюда, пока она окончательно не впала в истерику.

Он подполз к Крисс, которая истошно кричала, заткнув уши. Схватив ее за руку, он свободной рукой дал ей пощечину. От потрясения Крисс на миг умолкла, и этого времени ей хватило, чтобы она услышала приказ Аспена и поспешила за ним к выходу из зала, прикрывая голову руками.

Стало тише. Видимо, большая часть народа уже выбралась из зала. Или погибла.

И тут я заметила неподвижную ногу, торчащую из-под парчовой скатерти. О боже! Максон!

Я нырнула под стол и обнаружила там Максона, который тяжело дышал. На груди у него расплывалось большое алое пятно. Он был ранен пониже левого плеча, и, похоже, очень серьезно.

– Ох, Максон! – заплакала я. Не зная, что еще предпринять, я скомкала подол платья и заткнула им рану. Он слегка поморщился. – Прости меня.

Он с усилием поднял руку и положил ее поверх моей руки.

– Нет, это ты меня прости, – выдохнул он. – Я чуть было не сломал жизнь нам обоим.

– Тебе сейчас лучше не разговаривать. Просто не теряй сознания, ладно?

– Посмотри на меня, Америка.

Я несколько раз сморгнула и взглянула ему в глаза. Он улыбнулся мне, превозмогая боль:

– Разбей мое сердце. Разбей хоть тысячу раз, если хочешь. Все равно оно всегда принадлежало только тебе.

– Ш-ш-ш, – шикнула на него я.

– Я буду любить тебя до последнего вздоха. Мое сердце бьется только ради тебя. Я не могу умереть, не сказав тебе об этом.

– Пожалуйста, не умирай! – задохнулась я.

Он выпустил мою руку и погладил меня по волосам. У него почти не осталось сил, но я поняла, чего он хочет. Я наклонилась и поцеловала его. Этот поцелуй был воплощением всего, что было во всех наших поцелуях. Всей неуверенности. Всей надежды.

– Не сдавайся, Максон. Я люблю тебя. Пожалуйста, не сдавайся.

Он судорожно вздохнул.

Под стол нырнул Аспен, и я пискнула от ужаса, не сразу узнав его.

– Крисс в убежище, ваше высочество, – доложил Аспен. – Теперь ваша очередь. Можете встать?

Максон покачал головой:

– Это пустая трата времени. Уводи ее.

– Но, ваше высочество…

– Это приказ! – ответил Максон так властно, как только был способен.

Максон с Аспеном обменялись долгим взглядом.

– Есть, сир.

– Нет! Я не пойду! – уперлась я.

– Пойдешь, – сказал Максон. Голос у него был усталый.

– Хватит, Мер. У нас нет времени.

– Я никуда не пойду!

Быстро, точно вдруг исцелившись, Максон приподнялся и схватил Аспена за мундир:

– Она должна жить. Ты понял меня? Она должна жить, чего бы это ни стоило.

Аспен кивнул и с неожиданной силой схватил меня за руку.

– Нет! – закричала я. – Максон, пожалуйста!

– Будь счастлива, – выдохнул он и в последний раз сжал мою руку, прежде чем Аспен потащил меня прочь, не обращая внимания на протесты.

Когда мы добрались до двери, Аспен прижал меня к стене:

– Заткнись! Они тебя услышат. Чем раньше я доставлю тебя в убежище, тем скорее смогу вернуться за ним. Будешь делать, что я говорю, поняла? – (Я кивнула.) – Так, пригнись и не шуми, – велел он и, вытащив пистолет, снова потянул меня за собой.

Мы огляделись по сторонам. В дальнем конце коридора кто-то убегал в противоположную сторону. Как только он скрылся из вида, мы двинулись по коридору. За углом лежало распростертое тело гвардейца. Аспен пощупал пульс и покачал головой. Потом нагнулся и, забрав у убитого пистолет, протянул мне.

– Что я буду с ним делать? – прошептала я с ужасом.

– Стрелять. Только убедись, что стреляешь не в своего, прежде чем спускать курок. Тут настоящий дурдом.

На протяжении нескольких следующих минут мы, пригибаясь, перебегали от одного угла к другому и тыкались в двери убежищ, которые были уже заняты и заперты. Похоже, бой переместился на верхние этажи и за пределы дворца, потому что хлопки выстрелов и крики теперь звучали глухо, точно из-за стен. И все равно, услышав даже малейший шум, мы останавливались, прежде чем продолжить движение.

Аспен заглянул за угол:

– Там тупик, так что двигаемся дальше.

Я кивнула. Мы быстро добрались до конца короткого коридорчика, и первое, на что я обратила внимание, было яркое солнце, бьющее в окно. Неужели солнце не знало, что мир летит в тартарары? Как оно могло светить в такой день?

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, – прошептал Аспен, нащупывая замок. На наше счастье, дверь подалась. – Ура! – Он вздохнул и потянул ручку на себя, скрыв из вида половину коридора.

– Аспен, я не хочу туда идти.

– Ты должна. Ты нужна людям целой и невредимой. И… я хочу, чтобы ты кое-что для меня сделала.

– Что?

Он замялся:

– Если со мной что-нибудь случится, пожалуйста, передай…

Поверх его плеча я увидела, как из-за угла в конце коридора показалось что-то красное. Не раздумывая, я вскинула пистолет и, направив его на человека с красной повязкой, спустила курок. В тот же миг Аспен втолкнул меня в убежище и захлопнул дверь. Я очутилась одна в темноте.