Чтение онлайн

Когда все ушли, я собрал разбросанное на столе золотишко обратно в рюкзак и поднял его в нашу с Элиан спальню — она была самой большой и самой удобной комнатой на втором этаже. Дамы к тому времени дожидались меня, сидя молча за круглым столом. Посредине стола горел леадорский бронзовый светильник, потому как уже смеркалось. Возле графини Олли Уэсси лежал сам магический свиток, ценность которого многие определяли равной большому сундуку с золотом. Хотя, у каждого здесь своя оценка. К примеру, Агатушке «Дар Корхана» как бы вообще не нужен, и многие другие древнему пергаменту предпочли бы пару бутылок эля с жареной чесночной колбаской.

Прежде чем сломать печать на свитке, эльфийка разложила перед собой листки со вспомогательными текстами, затем сложила руки жестом Мэрэилин и сосредоточилась. Мне показалось, что Элиан волнуется. Латея напротив была спокойной и наблюдала за происходящим с улыбкой, будто за подготовкой к забавной детской игре.

Открыв глаза, Элиан сказала:

— Вы же понимаете, что сила свитка распределиться между нами троими примерно поровну. Но есть еще кое-что… Некая величайшая способность Корхана. Какая именно мы не знаем. Возможно даже способность не одна. Тот из нас, кому она будет предложена в дар, может ее принять или отвергнуть. Если отвергнет, то она будет предложена другому. Имейте в виду, эта способность может дать не только особую силу, но и стать тяжелой жизненной ношей. Наперед мы не можем знать, что предложит нам Корхан. И помните, что это очень серьезно: принять его силу мы уже решили, все, иначе не сидели бы здесь, а вот способность — прежде, чем согласится, следует подумать, но думать недолго. Итак, начнем, — ногтем, она поддела печать и осторожно развернула свиток.

— Элиан, есть хотя бы предположение, какую способность он может предложить? — слова эльфийки насторожили меня. Почему она не говорила б этом раньше, если это действительно важно и за особой способностью могут скрываться какие-то неприятные моменты?

— Нет, Серж. Я лишь могу сказать, что любая награда имеет обратную сторону. К примеру, богатство. Разве богатым людям во всем легко и приятно жить? Проблемы богатых бывают намного тяжелее, чем людей небогатых. Или, к примеру, власть. Госпожа Латея, несомненно, понимает меня, и подтвердит, что далеко не каждый разумный человек захотел бы оказаться на месте княгини Славиной. — Элиан переглянулась с Латеей, которая отчего-то нахмурилась. — Ведь все мы знаем, как ей тяжело.

— Ваше сиятельство, думаю, все мы — люди достаточно разумные и в состоянии сделать особый выбор. Можно начинать, — сказала Латея.

Эльфийка кивнула и развернула свиток. Возможно, мне почудилось, но я почувствовал, как на меня дохнуло необычным ветерком. Этаким электрическим, так, что волосы зашевелились на голове. Элиан начала читать на древне-нурмийском звонко, выделяя каждое слово паузами, от чего эти слова становились осязаемыми и полными величественной силы. Меня охватило волнение. Огромное волнение, в котором смешалось осознание значимости происходящего и волшебная сила самой графини Олли Уэсси. И почему прежде я не замечал в ней такого? Нет, замечал, но не придавал такого большого значения. Эльфийка открылась мне прежде неизвестной стороной, и я подумал, как же хорошо, что я выбрал эту прекрасную и очень необычную женщину!

Когда Элиан дочитала содержимое свитка, делая последние слова особо громкими, значимыми, стол и нас всех троих охватила вибрация. Знаки, написанные на свитке, начали бледнеть и исчезать. Вибрация стала столь сильной, что мне захотелось закричать от ощущения силы, переполнявшей меня. Тут же свиток обратился в пламя и языки черного дыма, из которого проступила темная мужская фигура — фигура нурмийца с рогами над лысоватой головой и огромными, светящимися желтым огнем глазами, облаченного в леопардовую шкуру и золотой нагрудник.

— Ты ждешь мой Дар? — обратился нурмиец к Элиан. Его слов не было слышно — они звучали будто громкие мысли, вспыхивающие в голове. При этом я ясно понимал, что такова его речь.

Элиан молчала с напряжением глядя на магического гостя. Возможно, сам он и был Корханом.

— Дар Корхана… — нурмиец усмехнулся, оглядел каждого из нас, снова вернулся к Элиан: — Прими дар врелса! Почти вечная жизнь, сила и молодость! Это так подойдет твоей светлой коже!

— Нет! — Элиан решительно выставила ладонь перед собой.

— Тогда ты, княгиня! Тебе это нужно! — он быстро повернулся к Латее. — Тебя многие хотят убить. В ответ убей их всех! Превращения тебе к лицу! У тебя такая светлая, юная кожа и глаза… любой будет очарован ими и сам даст тебе кровь!

Я видел, как Латея разволновалась. Знает ли она, что такое «врелса»? Это существо из нурмийских легенд, в которое превращались некоторые особые маги, наделенные силой Гаргула. Человек, ставший врелса, жил тысячу лет, не старея. Убить его можно было лишь отрубив голову. Но чтобы поддерживать в изменившемся теле силу, врелса требуется в ночи полной луны пить человеческую кровь. При этом врелса нельзя считать вампирами: они едят обычную еду; их тело совершенно живое, хотя чуть более прохладное, чем у обычных людей; они могут жить самой обычной жизнью.

— Нет… — негромко сказала Элиан, видя нерешительность Латеи и пытаясь ее отговорить. — Не соглашайся!

— Да, княгиня! Да! Тебе это нужно! — настоял нурмиец.

— Да, — согласилась Латея. — Мне нужна долгая жизнь!

— Всего лишь долгая? Для тебя откроется сама Вечность! — с великой важностью произнес нурмиец. Из груди его вырвался энергетический поток, светящийся алым, и вошел в грудь Латеи.

Латея побледнела, белые губы затряслись. Через миг на ее месте сидела княгиня Славина, а нурмиец исчез. Вместо магического свитка на столе осталась горстка рыхлого пепла. Наверное, княгиня некоторое время оставалась без сознания.

Она открыла глаза, лишь когда я закурил, и табачный дым коснулся ее ноздрей.

— Ты сейчас не Латея, — предупредил ее я.

— Я знаю, — Ольга Васильевна зябко дернула плечами. — Как же это неприятно…

— Вам, ваша светлость, скоро станет нехорошо. Несколько дней вы будете болеть. Так говорится в древних свидетельствах, — сказала Элиан, взяв из моей пачки сигарету. — Врелса — очень редкое явление даже в древней Нурмии, о них мало свидетельств. Вы очень рискуете, сделав такой выбор.

— Чем я рискую? — княгиня побледнела еще больше, но эта бледность вряд ли была вызвана ее испугом. Ее самочувствие ухудшалось все больше.

— Ваша жизнь хоть и станет очень долгой, но она будет полна трудностей. Главная трудность — кровь. Вы же не будете выходить в полнолуния на охоту, чтобы… — начала пояснять эльфийка.

— Латея будет. Она всегда любила шляться по ночам, особенно в полнолуния, — прервала ее Славина. — Серж, проводи меня во дворец. Боюсь, сама не дойду. И не хочу никого трогать из дворцовых. Тем более посвящать их в свое состояние.

— Может останешься у нас? Или я сбегаю, найду карету возле Гостиного двора, — я знал, что экипажи там дежурят даже по ночам, только плата за извоз повыше. — И, если тебя увидят в городе, пойдут всякие пересуды.

— Плевать на пересуды. Мне нужно во дворец. Просто проводи меня, — Славина обхватила голову руками и застонала. — И не вздумайте никому сказать, что я приняла дар врелсы!

— Ты же понимаешь, что в Вятиче все равно пойдут слухи, что в городе появилась врелса. И ее описание будет очень похожим на внешность Латеи, — я жадно затянулся, думая, что Ольга своим выбором встряла в скверную историю. Настолько, что мы пока не можем предвидеть, к чему все это приведет. Долгая, может вечная жизнь!.. Поддался бы я такому искушению, если бы нурмиец предложил мне? Наверное, нет. Хотя искушение было бы сильным. Но стать темной, кровавой легендой Вятича или любого другого города… Нет, я бы отказался. Правда, у Славиной есть огромное преимущество: она может менять внешность, снимая с себя подозрения.