Чтение онлайн

Коридор вывел их в зал круглой формы. С потолка свисало несколько люстр, и выбитым зубом во рту чернел вентиляционный люк с выломанной решеткой. Потолок был грязен донельзя, и о том, что его когда-то белили, можно было только догадываться. Стену по периметру украшали пять дверей.

— Площадь звезды! — буркнул Свин.

— Хоть что-то вспомнил, — мрачно пошутил Картазаев.

— Ну, че ты ко всем цепляешься, Придурок? — возмутился Мика. — Санта, скажи ему!

Санта молча оглядел их и сказал:

— Надо разделиться.

Картазаев возразил, что делиться не надо, потому что его сразу насторожило, что дверей оказалось ровно по числу членов их небольшой команды, да и то, что инициатива шла от Санты, тоже вызвало подозрения, но, как водится, Картазаева опять никто не послушал.

— Правильно Санта говорит, а то мы это бензин сутки проищем, — заметила Калерия.

Сутки мне нельзя терять, подумал Картазаев. У него оставалось часов десять не больше. Делиться, так делиться.

И они разделились.

Картазаеву достался крайний левый ход. Договорившись, что все вернутся назад не позже, чем через тридцать минут независимо от того, найдут они бензин или нет, двинулись в путь и разошлись каждый своим путем.

Почти сразу Картазаев уткнулся во вторую дверь, открыв которую, попал в комнату, бывшую, скорее всего, складом никому не нужных вещей. Лопнувшие трубы и батареи, ржавые бочки, неопрятные кучи рваной ветоши и просто кучи.

Повезло, дерьмо застарелое, не воняет, подумал Картазаев, пробираясь мимо завалов. Он выбрался на более или менее свободное место и внутренне содрогнулся при виде застывшей человеческой фигуры.

— Это я, Санта.

— Моли бога, Санта, что успел предупредить, мне не хватило пустяка, чтобы спустить курок, — пробормотал Картазаев. — Что за шутки, мужик?

— Наши ходы соединились.

Действительно, в этом месте в стене имелось боковое ответвление, из которого, скорее всего и вышел Санта. Там было темно, и вились струйки пыли.

— Как ты быстро. И как ни на что не наткнулся? Ведь темно, — Картазаев подошел вплотную и решился спросить напрямую, ведь когда они еще будут наедине, без сопровождения сопливых гвардейцев. — С кем ты, Санта?

Тот равнодушно пожал плечами:

— С тобой, как видишь.

— Давай поговорим откровенно. Ты знаешь, кто я?

Санта кивнул.

— Обидно получается. Про меня все знают, мозги мне просканировали, а про тебя никто ничего не знает. Ходит тут Исусик, в Вольде детишек брошенных собирает, на тварей всяких охотится: на хохотунов да крысоловов. Вроде во всем личность положительная. Только не бывает личностей полностью положительных. И ты тоже не исключение. К еде не притрагиваешься, по пятницам куда-то исчезаешь. Сегодня кстати что? Четверг? Значит, завтра тоже исчезнешь? А если мы в бою будем? Если твоя помощь нужна будет?

Санта хотел пройти дальше, но Картазаев успел схватить его за плечо и задержать. Ощущение оказалось не из приятных. Секунду назад гибкое, похожее на ртуть плечо, вдруг затвердело в сталь.

— И почему ты все время молчишь?

Оставив все его слова, сказанные в сердцах, без малейшего внимания, Санта указал наверх и сказал:

— Потолок.

Картазаев оборвал свою тираду и пригляделся. Ну не было в потолке ничего такого, что привлекло бы внимания. В меру грязный, в углу вентиляционный люк с вырванной решеткой. Несколько люстр.

— Это не люстры, — проговорил Санта.

И тут до Картазаева дошло. И ему стало так жутко, как не было жутко никогда в жизни. Заледенели кончики пальцев, потом руки до плеч, и холод распространился дальше, до самого сердца.

— Уходим! Только тихо! — быстро проговорил он.

Им следовало как можно быстрее слинять из этого гиблого места, где, судя по всему, действительно давно не жили люди, но было нечто другое. Отталкивающее, мерзкое, нечеловеческое.

Над ними висели коконы.

Пока Картазаев пятился, он не спускал с них автомата. Коконы висели величественно, и смотрелись абсолютно чужеродной вещью среди обычной человеческой архитектуры.

Убравшись в коридор, Картазаев заметил, что Санта не выглядит испуганным, а ждет, пока он тут перестанет размахивать заряженным оружием.

— Ты знал? — спросил Картазаев, вешая автомат за спину. — Что это?

В ответ Санта прижал палец к губам, потом указал на дверь рядом с собой. Изменившись в лице, Картазаев саданул ногой со всей дури. Дверь оказалась дерьмовой, фанера, и лишь то, что она распахнулась от удара, не позволило ей переломиться пополам.

За дверью открылся чулан, на полу кто-то беспомощно барахтался.

— Кто такой? Звание? Задание? — выкрикнул Картазаев.

Когда ему не ответили, передернул затвор, но был остановлен Сантой.

— Поднимайся, — проговорил тот без интонаций.

Неизвестному удалось подняться лишь с превеликим трудом. Что и немудрено. Весу в парне было далеко за сто. Шеи нет из-за свисающих щек, глаза щелочки.

— Хорошо вас тут кормят, видать, — заметил Картазаев. — Что тут делал? Подслушивал?

Толстяк, не отвечая, продолжал взирать на них сквозь щелочки глаз с невозмутимостью Будды.

— Не будешь говорить? — понял Картазаев. — Отказываешься принципиально. Врешь, будешь.

И опять был остановлен Сантой.

— Посмотри на его рот, — подсказал он.

Картазаев посмотрел, потом, не веря себе, даже сунул палец, который уткнулся в гибкую кожную перепонку. Губы у толстяка были, а ротового отверстия нет.

— Ему что, рот зашили? — не понял он.

— Это не человек.

Картазаев внутренне крякнул.

— Говорить он не может, но слышать то слышит. Бензин где? Бочки! Канистры! — прикрикивая, он тряс толстяка за плечо. Энергично.

Тот закивал головой и указал пальцем в даль.

— Не надо туда ходить, — встрял Санта.

— Нам нужен бензин, — возразил Картазаев и, обращаясь к толстяку велел. — Веди. И без фокусов.

Санта пошел с ними, хотя Картазаев разрешал ему остаться.

Вскоре они вышли в комнату, где в полу имелись кольца с продетыми цепями.