Чтение онлайн

Фургон сбавляет ход и останавливается. Я выглядываю в окно. Вот и пустующее здание, а возле него эти самые «личности вызывающей наружности». Глядя на них, я понимаю, что с Тэтсуо мне здорово повезло — он где-то откопал самых настоящих бандитов… вернее, личностей, которые выглядят как бандиты — вот не отличишь. Молодцы. Как надо выглядят — кожаные куртки, татуированные пальцы, бритые затылки или наоборот — вызывающе длинные волосы, свисающие на лицо. Мотоциклы тут же рядом стоят. Из-под кожаных курток в карман брюк — длинные цепи. Личности стоят у своих мотоциклов и о чем-то переговариваются, курят и смеются. Я боялся, что сцена «банда стоит у охраняемого здания» будет выглядеть нарочито, неправдоподобно… но эти отрабатывают на все сто. Все естественно, натурально. Наверное, потому, что они так и привыкли вечера коротать — стоя и болтая о том, о сем. Попивая пивко и дымя дешевыми сигаретами и плюясь на асфальт.

Телефон в моем кармане вибрирует. Я достаю его. Сообщение от Тэтсуо — «Скоро будете?». Быстро набираю ответ «Уже тут». Открываю дверь фургона и выхожу наружу. За мной — Сора, Сомчай и Косум. Все мы одеты в черные костюмы, кроме Соры, которая в своем сером. У всех на лицах — черные очки. В общем только музыки не хватает. Сбоку уже суетятся операторы из второго фургона. Камера, мотор, экшн!

— I’m all out of gum… — бормочу я себе под нос.

— Чего? — не понимает Сора.

— Ничего. Сора, гляди — эти плохие дяди обижают Кимико — говорю я и киваю на стоящих у мотоциклов «подозрительных личностей». Сора аккуратно кладет катану в ножнах себе на плечо и движется вперед с грацией линкора, выходящего на боевой курс. За ней движемся и мы. «Подозрительные личности» прекращают общаться и поворачивают свои головы. Да, все идет, как и задумано… хотя червячок беспокойства свербит и напоминает мне что никогда и ничего не идет по плану. Надеюсь, что я ошибаюсь… или что это будет несущественное отхождение от плана.

— Эй вы! — бросает в толпу слова Сора, которая сейчас не просто Сора-тян, а мечник, пришедший нанести добро и причинить справедливость: — кто тут у вас главный? Вызываю его на поединок! Один на один или все вы вместе — не имеет значения! Ну?!

— Это так и должно выглядеть? — задумчиво спрашивает меня Косум, глядя как из здания выходят еще люди. С бейсбольными битами и велосипедными цепями. Многовато каскадеров Тэтсуо нанял… мог бы так и не беспокоиться… нам бы и меньше хватило для картинки.

— Кто тут бросает вызов Большому Та? — раздается громоподобный голос и мы видим, как над толпой вырастает гигант. Бычья шея, два метра ростом, бицепсы, которые больше чем у Сомчая раза в два наверное. В руке у гиганта — здоровенный тесак для рубки мяса.

— Ну… хорошо, что это постановочный бой — бормочет себе под нос Косум: — а то я уж забеспокоилась…

POV Санта (San Ta), Третий Та, он же Такамару Дзюса

Санте вся эта идея не нравилась с самого начала. Нет, посидеть в Шелтере, покурить травку там или выпить пивка, да старый добрый сунь-вынь замутить с Марикой всегда было в кайф. Марика не ugly bitch какая, Марика соска, ее папаша из больших шишек, у нее всегда лавэ на кармане и шмотки круче-гуччи.

У Марики и кожа была чистая и пахла она не бензом и выпивкой, она парила вейпы с жижей из травы, которую барыжили Коркни на углу шестьдесятой и Стрит. Большой Та, так тот вообще от Марики балдел, считал, что она удачу приносит.

Сам Санта к Марике дышал ровно, был не прочь переспать с girl на продавленном матрасе в Шелтере или на заднем сиденье автомобиля или вывезти ее за город и устроить дикий сешн и сунь-вынь вместе с Большим Та, братьями Ре и Марикой. И от того, что он отлично осознавал всю пропасть между Марикой и ними — его eldak стоял как кол, разве что не дымился. Натягивая Марику и глядя как, она наклоняется и расстегивает молнию на ширинке у Большого Та — он всегда представлял как она ходит в Рождество по Центральной Авеню, вся чистенькая и красивая, в своем дорогом белом пальтишке и меховой горжетке, с последней модели смартфоном и какой-то парень из ее класса — пытается ухаживать за ней и мечтает о ее поцелуе… знал бы он, что она этими самыми губами вытворяет.

Марика — shalava. Настоящая shalava, а не из тех, что делают вид. Те, что делают вид, просто кидают тебя на лавэ и высасывают твои бабосы из кошелька быстрее чем пылесос «Бьянка» — мелкий бисер. Настоящие shalava — они любят сунь-вынь, трах-тибидох, обожают ходить в штыковую атаку, все это харево, вампуку и перепихон. Деньги Марике были не нужны, она сама их тебе дать могла. Валом у нее денег обычно.

Потому троица, или как их называют на улицах Три Та — не имела ничего против Марики. Та приходила в Шелтер после школы, швыряла портфель в угол, закидывала ноги на стол и закуривала вейп, если ни у кого не было косячка с травкой. Швыряла на стол смятые купюры — если кончилось пиво или жратва — и Большой Та послушно тащился за едой и выпивкой. Иногда они играли в игры, иногда валяли дурака, пару раз Большой Та разбирался с ее незадачливыми ухажерами — ему это словно доставляло удовольствие. Нравилась она ему.

Вот только, когда Санта услышал о Плане Который Сделает Нас Богатыми — он сразу был против. Нет, нет и нет. Это вот сейчас они никому неинтересны — говорил он Маленькой Та (Си Та), кто мы такие? Да никто, троица хулиганов на улицах города. Повезло, что дядя Большого Та, такой же огромный самоанец, как и сам Большой Та — умер в позапрошлом году и здание от него осталось, Шелтер — это все что у них есть. Они и вечеринки тут могут устраивать и деньги собирать и даже беглецов, которые из дома сбежали — приютить. За деньги, конечно. Что-то приносит барыжничество жижей или травкой, но это так, смех. На радарах у фараонов они не засвечены. А эта shalava Марика, что предлагает? Это ж от десяти лет строгого режима, и на секундочку — может быть и bang! — в башку! А тело на органы! Какой в pizdy киднэппинг?! Да ему eldak класть на то, что она себея предлагает стырить — все равно фараоны к стенке могут поставить. Они ваши приколы не улавливают, обвиняк в рожу, браслеты на лапы, морду за решетку и прощай жизнь кентовская. Здравствуй нары и щербатая стенка. Не, Марика, иди ты в pizdy со своими «деловыми предложениями». Нам только trouble с фараонами не хватало, вот у Маленькой Та просроченных квитанций по штрафам с парковки в неположенном месте — на машину хватит, если это ей выплатят. И у него алименты на сына в Сибуе. Большой Та в прошлом году привлекался за дебоширство, а ведь это он тебя, Марика, отбивал, когда ты в «Магнолии И» какому-то мажору на голову тарелку надела и вином полила, а у него кенты дернулись резко.

— Послушай, Третий Та — наклонилась к нему Марика: — вы мне нравитесь, но я же могу и уйти. Я же могу вон, к братьям Ре или к Коркни обратиться. Это бизнес-предложение. Все выиграют.

— Третий, ну ты чего? — гудит своим басом Большой Та: — давай поможем Марике. И деньжат поднимем. У меня за аренду должок второй месяц.

— Ага и подставим свою шею под топор. — ворчит Санта: — нас повяжут и…

— Да кто вас повяжет! — закатывает глаза Марика и выдувает вверх струю пара из своей электронной сигареты: — никто даже заявления писать не будет! У моего papa сейчас тяжелое политическое положение, ему только скандала не хватало! Вам даже делать ничего не надо — изобразите из себя страшных и тупых громил, каковыми вы и являетесь!

— Shalava ты, Ма-тян — говорит Маленькая Та и забирает из рук у Марики ее вейп, затягивается и пускает струю прямо ей в лицо, Марика вдыхает пар и улыбается, облизывая губы.

— Shalava— соглашается она: — а вы все — нищеброды. Я хоть богатая shalava… ну или буду богатая после этого. Не с вами, так с другими.

— Рокерасы разводить не будем — постановляет Маленькая Та: — по-любасу тема жирная, скок на миллион, я против Марики ничего не имею. Девка она правильная, когда от нее troubles были? Ой, да иди ты в жопу, Третий, я знаю за что ты рокерас бросить хочешь. В тот раз в баре это ж ее краш сидел с какой-то shalava крашенной в блонд, как гяру из «Унесенные Ветрами Токио», она была в своем праве и ты это знаешь! Надо было этому fraery яйца открутить!

— В pizdy — говорит Санта, или Третий Та. Он прекрасно знает, чем все это закончится. Сейчас они проголосуют, и он опять останется в меньшинстве.

— В pizdy вашу демократию — повторяет он: — если вы все дебилы и укурки, кто-то же должен вас удерживать от глупостей… и все ради чего? Вот сколько там у ее papa дома в сейфе лежать может? Максимум несколько десятков тысяч…

— Пятьдесят миллионов триста пятьдесят тысяч. Это в иенах. А есть еще доллары. — говорит Марика. Наступает тишина.