Чтение онлайн

— Вы сказали «были близнецами», — перебила Герти, глядя на него широко распахнутыми глазами. — Так её всё же принесли в жертву?

— Нет, не принесли. Слушай дальше и всё поймёшь. Так вот, тогда я ещё не умел путешествовать по Равнине, пришлось идти через Рёбра. Преследование продолжалось долго, несколько недель, и в конце концов похитители доставили Беатрису в обиталище старой ведьмы на одной безлюдной Грани невдалеке от Основы. Там я повстречал королеву Ингу — тогда она была ещё принцессой. Инга тоже преследовала чёрных магов, но других, которые похитили сестру её мужа, Цветанку. Как оказалось, и Беатрису и Цветанку везли в одно и то же место.

— К старой ведьме?

— Да. Похоже, она занимала очень высокое положение в иерархии Тёмных Братств. Но Инге было безразлично положение этой ведьмы и её приспешников. Она быстро разобралась с ними и освободила Беатрису с Цветанкой. Их не успели принести в жертву, но… В общем, буквально в последний момент та ведьма что-то такое сотворила, и в результате Беатриса с Цветанкой поменялись телами.

— О Боже! — потрясённо произнесла Герти. — Вы хотите сказать, что в Беатрису вселился разум сестры короля, а в Цветанку — разум вашей сестры?

— Да, — кивнул Марк.

— И нельзя было вернуть всё обратно? Ведь король и королева — Великие. Неужели они не смогли ничего сделать?

— Прежде всего, они не Великие, — возразил Марк. — Да, они приняли Вселенский Дух, но от этого не перестали быть людьми. Я много общался с ними и знаю, что говорю. Король и королева просто высшие маги, обладающие невероятным могуществом. А слухи о том, что они стали Великими, распространяет Инквизиция. Ей это выгодно, да и обычным людям спокойнее живётся при мысли, что Великие по-прежнему правят земным миром. Но мы-то с тобой не обычные люди. Мы колдуны, и нам ни к чему этот самообман. Нет больше на свете Великих — ну и шут с ними, проживём без них. Как на меня, королева Инга и король Владислав гораздо лучше любых Великих.

— Однако, — заметила Герти, — они не смогли исправить того, что сотворила какая-то чёрная ведьма.

— Могли, но не захотели, — уточнил Марк. — Инга сказала, что это очень рискованно, особенно для Беатрисы. Её тело, более взрослое, чем Цветанкино, наверняка не выдержало бы ещё одного переселения душ. Так что пришлось оставить всё как есть. А Беатриса и Цветанка постепенно привыкли к своим новым телам.

— И вы получили двух сестёр, — внезапно сообразила Герти. — Ведь Цветанка теперь ваш близнец.

Марк вздохнул:

— Да, конечно. Цветанка моя сестра по крови, а Беатриса — по духу. И одновременно они обе — сёстры короля Владислава. У них появилось сразу две семьи.

Герти вопросительно взглянула на него:

— Вы говорите об этом так грустно… У вас с ними проблемы? Вы не ладите?

— Почему же, хорошо ладим. Я их очень люблю, они меня тоже. Вот только… — Марк снова вздохнул. — Мне чертовски не хватает прежней Беатрисы. Моей близняшки, с которой мы были так тесно связаны.

— А теперь уже не связаны?

— Увы, нет. Получив другое тело, Беатриса стала постепенно меняться, отдаляться от меня. Наша особая эмоциональная связь всё больше ослабевала, а через два года исчезла совсем. Мы перестали чувствовать друг друга, как раньше.

— А мысленно разговаривать?

— Конечно, можем. Но это совершенно другое. Обмениваться мыслями умеют все мало-мальски обученные колдуны.

„Я тоже умею“, — послала ему мысль Герти. — „Вы ведь слышите меня?“ [21]

„Да, слышу,“ — ответил Марк.

Мысленный контакт с девушкой не вызвал у него ощущения дискомфорта, как это обычно бывало, когда он общался с посторонними людьми. Наоборот, ему было приятно прикосновение к разуму Герти — хоть и не в такой мере, как с Беатрисой, Цветанкой или королевой Ингой.

„Раньше я так разговаривала только с мамой,“ — продолжала Герти. — „И она остерегала меня, что с мыслями надо быть осторожной. Мол, обычно ничего хорошего в этом нет, а с некоторыми людьми бывает даже противно.“

— Твоя мать была права, — произнёс Марк вслух и мягко, но решительно разорвал контакт. — Как правило, большого удовольствия это не доставляет.

— Но с вами получилось нормально… Или нет? — в голосе девушки явственно прозвучал страх. — Вам было противно?

— Ни в коем случае. Ощущения у собеседников всегда одинаковые. Но слишком увлекаться не стоит. Мы с тобой ещё мало знаем друг друга и в любой момент можем всё испортить.

— У вас с Беатрисой испортилось, да?

Марк отрицательно покачал головой:

— Как я уже говорил, дело не в мысленном общении… Хотя и с ним у нас не так хорошо, как прежде. Когда-то мы могли разговаривать, даже находясь на разных Гранях. А теперь не слышим друг друга, если нас разделяет больше десятка миль. Но главная проблема не в этом, а в той особой близости, которая была между нами раньше и которая ушла безвозвратно. Мы стали обычными братом и сестрой, каких много на свете.

— И потому вы уехали из Вечного Города? — с неожиданной проницательностью предположила Герти. — Надеетесь, что разлука поможет вам смириться с потерей?

— Отчасти да, — признал Марк. — Но есть и другие причины.

О них он говорить не стал. А Герти не спрашивала — поняла, что он всё рано не ответит.

Свен Ларссон очнулся, лёжа на кровати в небольшой затемнённой комнате. Единственное окно было задёрнуто шторой, сквозь плотную ткань которой слабо пробивался дневной свет. Кроме кровати, в комнате был ещё шкаф, а также пара стульев. Этим вся её меблировка и ограничивалась.

На Преисподнюю это место нисколько не походило; на Небеса — тоже. Значит, он был в обычном мире, земном…

«Где я?» — лениво заворочалась в затуманенном мозгу Ларссона первая мысль.

А вслед за ней пришла и вторая:

«Неужели я жив?…»

Он осторожно пошевелился под одеялом. Тело слушалось его, боль отсутствовала. Руки были на месте, ноги тоже, все кости, кажется, целы. Только мышцы немного затекли да ещё во рту и горле пересохло — а в остальном, похоже, полный порядок.