Чтение онлайн

Той же крадущейся походкой я ступил на твердый бетон перед логовом скреббера. И невольно остановился, вглядываясь в обозначенную командиром кучу. Да, это было нагромождение какого-то заводского хлама – я видел перевернутые станки, какие-то непонятные агрегаты, драные картонные коробки, их прорех которых торчали детали новых моторов… Я видел груду железа и картона, в котором не замечал и намека на затаившуюся внутри огромную тварь.

– Он там. Иди, – подсказала наставница, почуяв мои колебания. – Не видишь, потому что твоей Наблюдательности не хватает для скреббера.

«Куча большая! Где он? Слева? Справа? В центре? Куда подходить-то?» – возопил я мысленно.

– Слева, – подсказала Шпора.

И после ее слов я действительно приметил в левом углу кучи легкое шевеление.

Крадучись, приблизился на трехметровую дистанцию. Вытащил из кармана банку тушенки, аккуратно положил круглым боком на пол – из дырок в крышке тут же потекли капли жира и даже я почувствовал пряный аромат тушеного мяса – разогнулся и одновременно: дернул связку колец на гранатах и крутанул ногой банку в сторону кучи.

Дальше все случилось, как и обещал Свин, молниеносно.

Из кучи хлама наперерез катящейся банке метнулось многосуставное копье-щупальце, пробило банку и тут же метнуло добычу в мгновенно распахнувшуюся прямо среди хлама метровую пасть, полную кинжалоподобных зубов. Мои гранаты полетели следом за банкой. Пасть не успела до конца захлопнуться, и грянувший тут же взрыв отшвырнул меня от демаскированного монстра.

Двадцать тысяч форы к Физической броне сгинули в одно мгновенье. Ослепленный и оглушенный, я почувствовал острые вспышки боли в животе, груди и боку, догадался, что часть осколков, пробившись через защитную ауру, продырявило тело. Сквозь застилающий глаза кровавый туман увидел, как стремительно рванула к вниз шкала Здоровья. И выдохнул окровавленными губами второй свой козырь:

– Левак.

Шкала Здоровья мгновенно замерла на месте, и через секунду уверенно поперла обратно вверх.

Я почувствовал спровоцированную «Чужой лапой» трансформацию конечностей и головы. Тяжкие последствия контузии сгинули, как дурной сон. В голове прояснилось. Первым вернулся слух, и я едва снова не оглох от оглушительного грохота автоматных очередей. Сразу стало понятно, почему раненый скреббер не бросился меня добивать – его отвлек вступивший в бой отряд. Еще через пару секунд прозрел единственный правый глаз, и я увидел разворачивающуюся рядом яростную схватку людей с монстром.

Куча, с опустевшим левым краем, теперь представляла собой странную кособокую конструкцию. Выбравшийся из нее скреббер оказался до отвращения похож на гигантскую десятиметровую сколопендру, и теперь он волчком вертелся перед кучей, пытаясь достать наворачивающего круги Свина ударами передних многосуставчатых лап-щупалец. Командир же, демонстрируя чудеса интуиции, каждый раз исхитрялся выскочить из-под, казалось, уже пробивающего спину «копья».

С развороченный взрывом башки страшилища беспрерывно во все стороны летели брызги ярко-рыжей крови, заполняющей широкие трещины в черепном панцире. Нацеленные в эти трещины пули помощников Свина, не позволяли ранам регенерировать, и затянувшаяся возня с неуступчивой мелюзгой страшно бесила раненого скреббера.

Оставив шустрого Свина на потом, скреббер метнулся к автоматчикам и ударами двух передних «копий» пришпилил к полу Пастуха и Овечку. И если старику тварь всего лишь перебила ногу, присту – пробила левую грудь, в клочья разорвав сердце. Овечка умерла мгновенно. Люсьен, прекратив стрельбу, бросилась к мертвой девчонке. А озверевший от горя Пастух, призвав из инвентаря на смену отлетевшему автомату, револьверы, стал в упор отчаянно расстреливать раны скреббера из обоих стволов. Скреббер по новой вскинул кровавые «копья» готовясь добить огрызающуюся букашку. Но тут наполнил о себе опрометчиво оставленный в тылу командир, и скребберу стало не до Пастуха.

Запрыгнув на спину грозной твари, Свин мощнейшим ударом своего чудо-ножа пробил толстый пластинчатый доспех и, следом за ножом, по локоть погрузил руку в плоть скреббера.

Как же в этот момент тварь заверещала!

Изогнувшись под немыслимым углом боковые щупальца заколотили по спине, пытаясь сбросить лихого наездника. Но Свин не сдвинулся с места и под градом ударов продолжал кромсать ножом нутро твари, уже полностью погрузив руку в плоть скреббера.

Увы, командир переоценил свои силы. Выносливости и Физической брони у скреббера оказалось куда как больше, чем у высокоуровневого игрока. Очередной удар вывернутого дугой «копья» навылет пробил тело Свина, и командир забился в смертельных конвульсиях.

Отчаянно завизжавшая Люсьен, оставив не воскрешенную Овечку, призвала из инвентаря фигуристую секиру с сияющим лезвием и бросилась спасать своего Свина.

– Стоять! – рявкнул ей вслед Пастух, вскидывая револьверы. – Сперва моя девочка. Спаси ее, и она поднимет Свина…

Но Люсьен его не услышала.

Нанесенная командиром глубокая рана все же сильно ослабила скреббера – иначе, чем еще можно объяснить случившееся дальше чудо. Люсьен не только успела отреагировать на брошенные наперехват копья-щупальца, но ее читерская секира играючи перерубила оба «копья», и, прорвавшись к боку твари, Люсьен вторым могучим ударом отсекла у основания убившее Свина щупальце.

Легко уклонившись от вялой попытки скреббера дотянуться до обидчицы соседними щупальцами, Люсьен запрыгнула ему на спину, беспрепятственно взвалила на плечо мертвого командира и, соскочив с ним на пол, двинулась в свободный угол комнаты.

Скреббер за ее спиной зашатался и рухнул на пузо, беспомощно карябая бетон вдруг ослабевшими лапами.

Грохот рухнувшего исполина приглушил парный звук револьверных выстрелов. Под левой лопаткой Люсьен расцвело кровавое пятно, и не дойдя метра до угла, она рухнула на бетонный пол вместе со своей драгоценной ношей.

– Сука! Ты первой нарушила договор! – прохрипел Пастух.

На голос старика неожиданно отреагировало щупальце, скребущее бетон в метре от его раненой ноги. Распрямившись в копье, оно пробило грудь сидящего старика. Глаза Пастуха закатились, и он не увидел, как начинает осыпаться пеплом налившееся чернотой тело Овечки.

Последний удар красноречиво доказал, что скреббер, хоть и сильно ослаб, но по-прежнему жив и смертельно опасен.

Поэтому, подбираясь к нему, я старался не шуметь, но костяные пятки топтуна, которыми меня, в соответствии с поднявшимся уровнем, наградил Дар, сводили на нет все старания.

Разумеется, скреббер меня услышал и среагировал на приближение, ударами двух ближайших копий-щупальцев. Ожидая такой «ласковой» встречи, один удар отразил Шпорой, а от второго увернулся – на собственном опыте убедившись в сильно просевшей скорости твари.

Моя шкала Духа Стикса заполнилась достаточно для активации третьего Дара.

– Пухом! – шепнул я.

И, оттолкнувшись, взмыл над поверженным исполином, уходя из-под удара уже сразу трех «копий».

Теперь у меня было ровно пятнадцать секунд для реализации авантюрного до безумия плана.