Чтение онлайн

– Вот мы и узнаем, что ты за фрукт, магистр Закрытого города, – сказал сам себе Квентис. Настроение помаленьку улучшалось. Наплевать, что за все время отцовского правления не было войн! Если кто-то угрожает Великой Империи, он, Квентис Добрый, сам поведет полки на врага… Не беда, что никогда раньше этого не делал…

Щурясь, Квентис смотрел в бесконечную синюю даль. И, то ли показалось, то ли было на самом деле – у самого горизонта чистое небо было подернуто мутной завесой.

А еще… Он невольно протер глаза. Среди легких облаков кувыркалась, играя, белоснежная крылатая фигурка.

Рот наполнился горечью, и Квентис поспешно захлопнул окно. Он не был слепцом, чтобы не разглядеть – кто именно рассекал крыльями небо над Аллареном.

«Только снежного дракона не хватало», – подумал он и занял свое место на троне.

… Шеном Тэр вернулся подозрительно быстро, потный и запыхавшийся. Розовые пальцы сжимали кусок пергамента, неровно обрезанный и даже не свернутый, не говоря уж о печати…

– Вашвеличство, – выдохнул министр, – вот… извольте прочесть…

Квентис нетерпеливо впился глазами в старомодные завитушки ответа.

«Я ценю то внимание, которое вы уделяете Закрытому городу», – писал маг, – «и точно также я знаю, что происходит на границах империи. Нелюдь, орды нелюди идут к Алларену, ваше величество, а с запада – еще и кочевники, что расплодились немыслимо среди тучных полей за топями. Вы приказываете отдать моих воспитанников на растерзание тварям? Увы, мой император. Вы не получите ни одного из них. Мир доживает последние дни перед очищением, и я не вижу смысла в том, чтобы пытаться остановить так удачно начатый процесс. Кроме того, вы сами отчасти виноваты в происходящем. Если бы не отравленный Дэйлорон, если бы не ваше желание отхватить кусок пожирнее да побогаче – пожалуй, эти земли протянули бы еще столетие-другое. Но вами был избран иной путь – а потому сейчас мы имеем то, что имеем. За сим остаюсь преданным вам – Магистр Закрытого города».

Квентис в недоумении еще раз перечел письмо. Затем взглянул на дрожащего Шенома Тэра.

– Ты… видел его? Магистра?

Министр кивнул.

– Да, ваше величество. Он сам встретил меня у ворот. И он… ох… говорил я, что нелюдь треклятая… Он вручил мне ответ до того, как прочел ваше письмо!

Квентис скрипнул зубами.

– Предатель… Собирай отряды моих личных гвардейцев, Шеном. Мы идем штурмовать Закрытый город – ибо мое терпение иссякло.

– …Это старинная игра, – сказал Варна, расставляя на доске костяные фигурки, – наверняка вы знаете ее… Когда-то сам магистр Дэйлорона сиживал со мной по вечерам за хат-мо… Хе-хе, давно это было. Ну, а нам-то что? Лишь бы время скоротать.

Дэйлор вдруг огляделся по сторонам и добавил шепотом:

– Знаете, а отражений как бы поубавилось. Или… я просто привык к ним за все эти годы.

Золий молча взял маленькую сгорбленную фигурку слуги, повертел в руках и поставил на место.

– Я вот все думаю, магистр, – вновь заговорил Варна, – а можно ли еще повернуть все вспять? Нет, я вовсе не собираюсь… Чисто теоретический интерес, знаете ли. Когда у меня была возможность читать книги, я как-то больше уделял внимания теории сил и общей магии. Предсказания казались мне бредом давно выживших из ума стариков, а сами пророки заслуживали хорошей порки и высылки за пределы страны, чтобы не будоражили молодые умы. А вот теперь…

И он беспомощно развел руками.

– Теперь мне кажется, что всю свою жизнь я занимался вовсе не тем, чем следовало, – он вдруг запнулся, виновато поглядел на Золия и добавил, – ну, я подразумеваю жизнь до того, как стал одним из разделяющих… До того, как… Ильверс д’Аштам привязал меня к Отражениям. Все-таки одаренным он был магом, весьма и весьма, и мог достичь высот…

Варна замолчал; его взгляд затуманился воспоминаниями. Магистр молча расставлял фигурки на доске.

Он прекрасно знал историю Варны. Когда-то – а если более точно – то около шестисот лет назад Варна д’Кташин был лучшим учеником Великого Магистра Дэйлорона, выжившего из ума и одержимого желанием уничтожить весь род людской. Великий Магистр поставил забавный магический эксперимент, результатом которого явился Магистр Отражений по имени Ильверс, и отошел к предкам. Место его занял Варна, но тоже ненадолго: всего лишь попытка избавиться от Ильверса – и Отражения получили нового раба, разделяющего бремя. Шли годы, складываясь в десятилетия, а те – в века; число разделяющих бремя менялось, и один лишь Варна, то ли в силу своей природы дэйлор, то ли по прихоти Ильверса, был так привязан к Отражениям, что сделался их вечным спутником. По крайней мере, за столетия, проведенные в Закрытом городе, дэйлор совершенно не состарился, и сейчас выглядел именно таким, каким и увидел его в первый раз Золий, ученик Закрытого города…

– Вы знали Норла д’Эвери? – в свою очередь спросил Магистр. И, получив в ответ утвердительный кивок, продолжил, – этот благородный вампир всегда считал, что для каждой безвыходной ситуации есть по крайней мере один благоприятный для большинства исход. Заметьте – для большинства. То есть мир был бы спасен, а мы бы с вами продолжили влачить прежнее существование. Вы этого действительно хотите?

Дэйлор нервно провел рукой по черным с проседью волосам. Скорбно стукнулись друг о дружку костяные бусины, что украшали четыре его косы.

– Я же оговорился – чисто теоретически, Магистр. Мне-то уже ничего не нужно, кроме покоя в долине предков. Я устал, слишком устал за все эти годы.

…Фигурки на доске хат-мо наконец заняли исходные позиции.

– Ваш ход первый, Магистр. Раньше-то вся игра шла через магию, а теперь, вот, руками приходится двигать.

Золий переставил фигурку знаменосца на зеленую клетку, что означало неприкосновенность.

– Давайте по душам, Варна, – рек Магистр, – на самом деле я не знаю, можно ли повернуть вспять начавшуюся агонию мира. В отличие от вас, я читал хроники дэйлор, читал все эти бредовые предсказания, коим многие были склонны верить, и вот что я скажу: все записанное настолько туманно, что толкования напрашиваются самые разнообразные, даже противоречащие друг другу. Помните строки о Последнем магистре? Ну да, да… Как же вы их можете не помнить? А ведь совсем рядом было записано кое-что еще, запамятовал… И если на краю времени, на пороге мира будет отдано стражу чистое сердце во имя всех живых, все начнется, так и не завершившись. Кажется, так. Сказано, безусловно, красиво, но – много ли истины в этих словах?

Варна лишь пожал плечами.

– Теперь, наверное, уже все равно поздно. Мир катится в пропасть, а мы с вами, наконец-то, завершим долгое, долгое путешествие.

И исполненным грации жестом передвинул лучника на клетку атаки, а оттуда – под бок к знаменосцу.

– Верно, – Золий сделал еще один ход, – мы с вами скоро завершим путешествие. Все когда-нибудь заканчивается, мой дражайший Варна. Для кого-то раньше, для кого-то позже…

– Здесь душно, – дэйлор беспокойно огляделся, – не возражаете, если я открою окно?

– Сделайте одолжение.

Варна бесшумно пересек кабинет и ловко распахнул рамы. Сонная тишина комнаты тут же взорвалась гомоном, лязгом, конским ржанием…

– Ничего себе, – в изумлении дэйлор обернулся и посмотрел на Золия, – похоже, к Закрытому городу стекается гвардия Императора.

Золий усмехнулся. Ах, мальчишка, мальчишка… Что двадцать лет назад, что теперь. Думает, что средоточение зла в магистре Закрытого города?

Он тоже выглянул в окно: далеко внизу, вокруг черного кольца стен, кипело, пенилось людское море. Пехота, кавалерия, две осадные башни, таран, которые приволокли невесть откуда…

– Похоже, Квентис Добрый всерьез решил штурмовать Закрытый город, – пробормотал Варна, – что будем делать?

– Ничего. Пусть приходят и берут, что пожелают. Им это уже не поможет а мне и вовсе безразлично.

Гилларду отчаянно хотелось, чтобы все происшедшее осталось всего лишь сном. Ведь то, что привидится во сне, к утру растворится в предрассветной дымке, словно мед в кипятке, и самое страшное, что может остаться – неприятный, горчащий осадок.

К несчастью, происходящее было реальностью, которая вовсе не собиралась таять подобно туману на солнце.