Чтение онлайн

— Да-да-да, — закивала дамочка. — Я все поняла. Жду ваших… э-ээ… рекомендаций.

— Записывайте, — сделал повелительный жест ладонью Брок.

— Я запомню.

— Если забудете — претензии не принимаются.

— Да-да-да, разумеется! — В голосе Венеры Адамовны слышалось жгучее нетерпение.

— Итак, первое. Вы должны мне… то есть, нашему агентству, шестьсот восемьдесят рублей. Вообще-то, по прейскуранту семьсот, но вам, в силу, так сказать, трагических обстоятельств, мы делаем скидку.

— Да вы что?! — подскочила потерпевшая. — Охренели?..

— Ну, не хотите скидку, пусть будет семьсот, — пожал плечами Брок.

— Да за что такая сумма?! Вы же ничегошеньки не сделали!

— Но-но-но! — погрозил сыщик пальцем. — Кто вам дал право делать столь оскорбительные выводы? Помните, как поется в песне? «Наша служба и опасна и трудна, и на первый взгляд как будто не видна…» Так вот, заметьте, на первый взгляд! А на самом деле — о-го-го!

— Семьсот рублей!.. — будто и не слышав, ни речи, ни пения Брока, всплеснула руками женщина.

— Шестьсот восемьдесят, — напомнил сыщик. А потом досадливо сморщился и махнул рукой: — А, черт с вами!.. Так и быть, понесу убытки. Шестьсот пятьдесят.

— Триста, — буркнула Хренько.

— Вам напомнить классиков? — поднял Брок одну бровь. — «Мне кажется, торг здесь неуместен».

— Идите вы знаете куда?..

— Но-но! Это не я. Это классика отечественной литературы.

— Это классический грабеж.

— Ну, если вас не устраивают наши расценки, посетите другое агентство.

— Другого нет.

— Вот видите! А вы говорите — грабеж. Да я, как монополист, мог бы диктовать любые цены. Допустим, те же семьсот, но не рублей.

И тут не выдержал молчавший до сих пор Мирон:

— А чего же, если не рублей, Олег Константинович?

— Долларов, например.

«Ассистент» захохотал вдруг столь неожиданно и громко, что дамы взвизгнули, а сыщик подпрыгнул.

— До… до… — между взрывами хохота пытался выговорить Мирон. — Долларов!.. Ой, ха-ха!.. Ой, уморили, Оле… Оле… Оле…

— Вы не на футболе, молодой человек! — от обиды перешел на «вы» сыщик.

— …г Константинович, — сумел наконец выговорить Мирон. — Простите… — Он утер слезы, отдышался и сказал: — Вы так остроумны, я даже не ожидал. Представляю, какие у нас в офисе станут красивые зеленые стены, если мы станем брать гонорар в до… до… долларах!.. — Он снова затрясся в хохоте, на сей раз, правда, недолгом.

— Это почему же? — поинтересовался насупленный Брок.

— А куда их еще девать, кроме как стены оклеивать?

— Он у вас что, ненормальный? — спросила у сыщика госпожа Хренько, впервые взглянув на Мирона с неприязнью.

Брок открыл уже рот, чтобы подтвердить опасения посетительницы, но вовремя вспомнил, что нанесет этим урон престижу фирмы. Поэтому сказал все же иное:

— Мой ассистент в полном порядке. Просто у нас столь большой наплыв клиентов, в том числе иностранных, которые расплачиваются валютой, что нам эту валюту, вы не поверите, уже некуда девать. — Хренько разинула рот, а сыщик поспешил закончить: — Поэтому давайте все же остановимся на рублях. Шестьсот — и точка.

— Вот, держите, — Венера Адамовна вынула из сумочки и протянула Броку пятисотрублевую купюру. — И держите крепче, пока я не передумала.

Сыщик сделал каменное лицо и даже отвернулся.

— Прошу освободить помещение и не отнимать более нашего времени.

— Тьфу, да подавитесь вы! — достала недостающую сотню дамочка.

— Александра, зачисли в приходную кассу, — велел Брок дочери. Сашенька взяла у женщины деньги и сунула в карман джинсов. Подошла затем к столу, села за компьютер и быстро распечатала ведомость, которую дала на подпись клиентке. Та расписалась, забрала выданную квитанцию и несколько смягчилась:

— Я уж думала, у вас тут все мимо кассы…

— Не надо нас обижать, — вздернул подбородок сыщик. — Мы солидная фирма, стоящая, между прочим, на страже закона.

— Ладно, простите, — буркнула Венера Адамовна. — Погорячилась я. Давайте перейдем к делу.

— Еще к одному? — удивился Брок.

— А разве это мы уже закончили? — помахала квитанцией Хренько. — Вот это, что ли, и есть результат?

— А это, вы знаете, философский вопрос, — вновь уселся в кресло и сцепил пальцы сыщик. — Как посмотреть. Для меня, если говорить откровенно, да.

— Но… — раскрыла рот Венера Адамовна.

— Но мы работаем не за страх, а за совесть! — торжественно и пафосно, словно диктор советских времен, продекламировал Брок. — А посему — записывайте дальше. На чем мы там остановились?.. Ага. Итак, второе. Сами, я чувствую, вы насчет отверток не очень… Может, у вас сосед мастеровитый имеется?

— Это еще зачем? — запунцовела Хренько и опустила глаза.

— Чтобы бра вашу разобрать. Или… бру?.. Даже, скорее, не всю… не все… не всего… короче, не столько бра, сколько ее… его… тьфу ты!.. выключатель данного осветительного прибора.

— Ах, в этом смысле! — обрадовалась Венера Адамовна. — Как же, как же, есть у меня такой сосед. Вовчик. Он-то мне эту… настенную лампу и подарил. И на стену повесил, и подключил — тоже он.

— Тогда тем более! — довольно потер Брок ладони. — В таком случае, удача сама прет к нам в руки. Так вот, попросите соседа, чтобы он разобрал выключатель и почистил контакты. Записали?

— Я запомнила.

— Отлично! Тогда третье. Пусть сосед собирает выключатель, а вы затыкайте в это время щели в окне ватой.

— Не получится, — сказала вдруг Сашенька.

— Почему? — удивился Брок.

— Отвертка будет занята.

— Ах, да. Ну, тогда подождите, пока сосед соберет выключатель, и заодно уж поэксплуатируйте его по полной программе. Пусть он потом освободившейся отверткой тщательно заткнет все щели в раме. Используя для этих целей вату, ветошь, поролон или иные подручные средства.

— А… зачем?

— Записали? — повысил голос сыщик.

— Я запомнила.

— Превосходно! А вот потом… — Брок вдруг смутился, бросил виноватый взгляд на дочь и, пошарив в карманах, протянул ей десять рублей. — Сашенька, золотко, набрось шубку, сходи, купи мне пирожок. Проголодался я что-то.