Чтение онлайн

— Всё, тут вряд ли кто-то будет, — решил Никита.

Последние двадцать минут мы на внедорожнике тряслись по кочкам, переезжая с одной едва заметной лесной дороги на другие, ещё менее заметные. В конце концов даже свернули с этой просеки и преодолели несколько холмов, прежде чем сын императора решил остановиться. Понятия не имею, кстати, каким образом мы будем возвращаться, ибо я наш путь не запомнил. Слишком много поворотов и съездов.

Ещё с полчаса пришлось потратить на попытки привести бандюгана в чувство. «Мозголом» здорово сработал на его разуме. Никаких щитов он не успел включить, хотя парочку довольно дорогих амулетов я вытянул из его карманов. Да и сами перстни, как оказалось, весьма неплохие артефакты, так что их тоже пришлось снять. Один из них вообще слазить не хотел. Я уже подумывал вытянуть нож и палец отрезать. Кольцо, словно услышав мои намерения, тут же выскользнуло и улетело куда-то в открытое окно. Ну и ладно, так даже проще.

— Вы кто такие? — попытался задать вопрос очнувшийся мужик.

Стойкий, ничего не скажешь. Или, что вполне возможно, попросту умеет скрывать свои эмоции. Он, по крайней мере, никак не отреагировал на своё пробуждение где-то в лесу, лишь внимательно осмотрел нашу троицу. Промелькнуло в его глазах узнавание, когда он на моём лице задержался, но решил вести свою игру.

— Не угадал, вопросы тут задаём мы.

— Мальчик, ты понятия не имеешь, куда решил…

Всегда думал, что подобные фразы — какое-то клише из фильмов. Ну сказал он этот бред, дальше что? Мы, типа, должны офигеть и испугаться? Отдать ему ключи от автомобиля, упасть на колени и просить извинения? Полнейшая же бредятина, которая рассчитана фиг знает на кого. Нет бы играть испуганного и забитого дурачка, который готов на всё, лишь бы остаться в живых. Не, понты дороже всего, вот и будет огребать за подобное.

На первый раз ограничился тем, что влепил ему ногой по почкам. Удобно это делать, учитывая, что мы посадили его к дереву и обвязали верёвками.

— Есть желание выговориться самому или мне потребуется и дальше силу применять? Я этого очень не люблю, предпочитаю договориться на взаимовыгодных условиях.

— Это ты про тот момент, когда развязываете меня, а потом начинаете совокупляться друг с другом? — сквозь боль усмехнулся он.

Решил повыёживаться, используя столь сложные слова, как «совокупление»? Потрясающе!

Что, бить его и пытать? Совсем не мой метод. Я его и в лес вывез с надеждой на то, что он сразу поплывет и расколется. Нет — придётся поступать иначе. Причем я бы не сказал, что гуманнее.

Совсем недавно «медведь-пятнадцать» на практике показал мне, как вторгаться в чужой разум. Пусть я этого раньше и не пробовал, но подозревал, что когда-то надо будет начать свои эксперименты. Что ж, вот он, этот самый момент.

Я спокойно уселся напротив мужичка и внимательно посмотрел в его сторону. Он лишь нагло усмехнулся в ответ, показывая, что совершенно меня не боится. Ой, зря он это, очень зря. Я сам себя боюсь в некоторых моментах, он вообще трястись должен. Не понимает, наверное, что я планирую делать, вот и не переживает особо.

Внутренним взором залез в свой резерв, который уже полностью восстановился. Отыскал там магический источник, связанный с магией разума, и попытался провести линию между нашими головами.

Поразительно, насколько легко у меня это получилось. Такое ощущение, словно я всю жизнь только этим и занимался. Не прошло и секунды, как в магическом зрении образовался нужный отрезок, после чего мы оба провалились внутрь разума бандита.

«Что это? Где я?», раздался громкий гул, идущий отовсюду.

Подозреваю, что место, в котором мы оказались, отражает если и не душу, то хотя бы представление человека о самом себе. Ничем иным не могу объяснить, что мы оказались на многокилометровом кладбище с огромным количеством могил.

Некоторые надгробные камни содержат полную информацию о погибших. Годы жизни, фотографии, даже заметки какие-то около них есть. На других написана дата смерти и висит портрет. Хватает абсолютно пустых надгробий…

«Так, отлично, а дальше что?», пытаюсь понять, что мне делать дальше. «Пятнадцатый» тогда умудрялся проникать вглубь моего разума даже не видя моего ментального воплощения. Чем я должен быть хуже?

Едва я в своей голове окончательно оформил, какие мысли и воспоминания этого бандита мне нужны, кладбище поплыло и начало рассасываться.

«Пошёл вон из моей головы!», неподалёку появилась странная фигура, стабилизируя мир, который уже начал трещать по швам.

«Неужели это и есть ментальное отображение человека, который сидит передо мной?», опешил я, поглядывая на существо.

Мало, что могло в нём выдать человека. Скользкое аморфное создание, которое перекатывается с места на места. Вместо того, чтобы обойти две могилки, чуть ли не вплотную приставленные друг к другу, он вытянулся и пролез в отверстие шириной сантиметров в двадцать, не больше.

«Ну да, вполне подходит под его род деятельности. Надо уметь лавировать, преодолевать все препятствия, причем не привлекать к себе полицию и тайную стражу, то есть быть максимально скользким типом, что он и демонстрирует», хмыкнул я, осматривая это существо.

Зеркала рядом нет, но я вижу часть своего тела. Сам я предстал чуть ли не в той же форме, что и перед «медведем-пятнадцать». Если и есть отличия, то я их не замечаю.

Ладно, чего это я тут осматриваюсь? Действовать надо быстро, пока этот чудик окончательно не понял, что мы в его разуме. Пусть он совсем и не маг, но для защиты мозга им быть и не надо. Достаточно иметь развитую фантазию, а дальше уже само пойдёт.

— Подчиняйся и показывай то, что мне надо! — грозно заявил я.

— Прочь из моей головы! — истерически заявила перекатывающаяся туда-сюда фигура. Он то и дело пытался принять человеческий облик, но эта желеобразная масса каждый раз рассыпалась, превращаясь в огромную каплю.

Ладно, я буду действовать исходя из того, что умею в реальном мире, а там уже глянем, как оно пойдёт. В первую очередь мне надо победить этого чудика, чтобы открылся полный доступ к его воспоминаниям. Раз так, то этим и займёмся.

Привычным движением превращаю руки в огненные плети, которыми начинаю раз за разом наносить удары по желеобразной массе. Как бы бандит не пытался, но у него не получается убежать от меня.

Вот он пробует ускользнуть за какую-то ограду — я мысленно сношу её, оставляя себе простор для манёвра, лишая его очередного укрытия. Несколько минут — он тупо замирает и не двигается даже под моими ударами. Что, все так просто? Теперь он будет выполнять мои команды?

Не разрываю связь, которая нас соединяет, но выскальзываю по ней в своё тело, выпадая в реальность.

— Рассказывай, где ещё у вас такие перевалочные базы, — требую я, после чего он реально начал называть адреса…

Бандит рассказал нам очень и очень много весьма занимательной информации, от которой мы чуть ли не в осадок выпали. Причем не только я, но и Никита. Он до этого момента особо и не представлял, во что мы влезли, а тут ему показали всю полноту картины. Своей памяти я полностью не доверял, так что снимал всё это на телефон.