Чтение онлайн

— Да, Краб.

— А стреляла нахрена?

— Да… как-то увлеклась.

— И эта женщина упрекала меня в охреневании в атаке, — посетовал я. — В общем, слушая мой приказ. Рассредоточится, снизить частоту огня, вести его с разных позиций. Холмы — ни хрена не защита, это прикрытие в плане видимости. И тебе чертовски повезло, Нади, — сообщил я подруге уже личным чатом. — Не рискуй так.

— Да… реально ступила, Ан. Не учла, что разгонники, восприняла холмы как защиту.

Тем временем мы крабили к аванпосту, крабили и, наконец, докрабили. Я распластался на броневой плите, плотно прижимая ложемент — колдунство реально «изымало из реальности» кусок. Так что с полпинка можно было промахнуться. Причём ладно бы в сторону подальше. А вот поближе как-то не хочется.

Мыш прикорнул рядом и таращил на меня сенсоры.

— А что это вы делаете, Краб?

— Хитрый секретный археотех использую.

— А какой?

— Он секретный, блин!

— Понял, Краб. А смотреть можно?

— Смотреть можно, всё, не отвлекай.

И начал я колдунствовать. Точнее, для начала, определять «область эфирной манифистации». На самом деле не самая простая работа, поскольку всё это делалось в воображении, а это субстанция такая. Капризная, прямо скажем, так что налажать можно с полпинка, особенно с новой схемой. Впрочем, колдунец я был уже опытный, а схема хоть и не самая простая, но и не сильно сложная.

И, минуты через четыре, колданул. И… нихера! Чувство колдунства мне выдаёт успешное срабатывание, ум побаливает от перегруза при формировании схемы. А передо мной стена, броневая, чтоб его!

— Вот же задница, — констатировал я, махнув манипулятором, в плане треснуть по броне.

Бред-бредом, чисто инстинктивное движение, от усталости. Я это в миг понял, когда Мыш чуть ли не завизжал «не надо!!!» Мы, блин под стенами вражьей крепости, нам же пиздец неминучий наступит, если спалимся!

В общем как-то уж совсем непотребно извернулся, легонько коснувшись плечом Краба брони, вообще без звука. И с воплем «машу ж вать!» обрушился в аванпост.

Это, уже в падении дошло до меня, я оставил фактически миллиметровой, а то и меньше величины фольгу. Из опасения, что меня заденет.

Обрушился внутрь, хоть манипуляторы выставил. Злобных вражин с лютым стрелялом мою крабскую персону не встречало, просто коридор просторный и металлический. И пыхал огоньками — что-то сгорало.

— Круто, Краб! — констатировал Мыш, вместо того чтобы ржать.

Хороший парень, оценил я, поднимаясь и беря на прицел обе части коридора.

— Внутри, жду.

— Выдвигаемся.

— Сэр, бегите! Самоуничтожение! — появилась надпись перед глазами.

— БЕГОМ!!! ЗА ХОЛМЫ ВСЕ УКРЫТЬСЯ И ЛЕЧЬ! ПРИКАЗ! — в секунду дошло до меня.

Придал Мышу ускорение пенделем. Ну, не помешало, в любом случае, скажем так. И втопили мы к холмам.

На полукилометре от аванпоста, который, к счастью, не стрелял, от холмов резануло сенсоры отражённым светом, а потом, вместе с жутким грохотом, от которого вибрировал Дос, нас накрыло взрывной волной.

Точнее — подхватило, пронесло несколько сотен метров и закувыркало.

— Вот жопа, — ощупывал я себя, который был относительно цел.

И Краб тоже, только тонна грязюки налипла.

— Мыш, цел?

— Цел, Краб. Только кабель…

— Хер с ним, — констатировал я, включаясь в боевой чат. — Целы-живы? — уточнил я, отслеживая телеметрию.

— Целы! Живы! — последовали ответы.

— Сам-то как, Краб?

— Нормально, что со мной сделается.

— А с чего они подорвались?

— Пидорасы, потому что! — ответил я. — Я вот затрофеить хотел, такой домик охренительный был! А они подорвались, козлы!

— Не совсем так, сэр. Внутри аванпоста не было герметичных перегородок, — доложил Мыш..

— И чё? Ой, бля… — дошло до меня и аж передёрнуло. — Сгорели?

— Именно, сэр.

— Ну, блин… тогда ладно, не пидорасы, — с содроганием представил я ощущения человека, сгорающего в кислороде, но всё же инициировавшего самоуничтожение. — Но идиоты! Блин, перегородок не поставили нормальных.

— Рассчитывали на внешнюю броню, сэр.

— Я и говорю — идиоты. И обидно! Я этот бункер затрофеить хотел, — окинул я взглядом перекорёженный, светящийся калёным металлом остов. — Ну и хрен с ним, — махнул я клешнёй и потопал с Мышом к Утюгу.

Вопрос сожжёных сертцев не поднимался, да и не факт, что кто-то догадался, что и к лучшему. А вот Дживс, приближающийся к звёздной системе, почему и смог заскочить в бункер, смог собрать некоторое количество информации. К сожалению, крайне урезанной, но тем не менее.

Например, бункер не был чем-то неизвестным и невозможным. Стены этого летучего гроба были усилены тем же самым полем, как у нас в пробойниках. И не менее обычный, пусть и археотехничный гравигенератор. Вот что было в бункере вкусным — так это реактор. Дживс не успел разглядеть, спасая мою крабскую жизнь, но был уверен, что самоуничтожающийся реактор был тригинским. Не на антивеществе, но были и другие технологии у Автократии.

Ну а мы вернулись к месту развёртывания комплекса, после чего Лори, оседлав Утюг, полетела собирать подбитые Серпы и раков.

Через сутки мы возвели максимально возможные в рамках текущих возможностей укрепления, подключив и строительные мощности Контади. Серпов у нас оказалось восемь: два не поддавались ремонту и шли на переплавку. Поголовье рачья не понесло урона.

А вот вышедший на планетарную орбиту Кистень, точнее Дживс, принёс ни хрена не отрадные новости.

— Автоматизированный производственный комплекс, сэр. Функционирующий менее чем на процент от плановых параметров, но рабочий.

— Это, блин, хреново, — констатировал я. — Что там клепается?

— Гравитационные исказители, сэр.

— Это фигня в гравигенераторе?

— Именно, сэр.

— Понятно, на своём товаре летали.

— Ваши когнитивные способности продолжают поражать меня, сэ-э-эр.

— Во-во, поражайся. Много производится?

— Не более десяти единиц в стандартный год, сэр.

— Понятно почему гоняли шлюп. И всё равно это… до хрена. Небось выходные параметры раз в пять помощнее текущего уровня?

— В двадцать с лишним, сэр.

— Точно хреново. Серт за такую вкусняшку будет держаться всеми своими держалами. Устроит тут звёздные войны, блин, — призадумался я.