Чтение онлайн

— Если позволите, я вас оставлю, — сказал Рольфсон, едва заметно смягчившись лицом, словно какая-то мысль перестала грызть его изнутри. — Вам есть о чем поговорить. Миледи, позаботьтесь, чтобы наш гость чувствовал себя как дома.

Он снова посмотрел на пистолеты и бережно положил их в коробку, пояснив:

— Заберу потом.

А потом вышел, провожаемый очень пристальным и задумчивым взглядом Маркуса.

— У тебя презабавный муж, драгоценная, — сообщил некромант, когда дверь за капитаном плотно закрылась. — Как вы уживаетесь?

— С трудом, — хмуро сообщила Ло. — Кстати, не хочешь сказать, о чем вы говорили?

— О сущих пустяках, — беззаботно отозвался Бастельеро, снимая камзол, потому что в комнате становилось откровенно жарко. — Но, кажется, договорились, что для вашей семейной жизни я опасен не больше, чем какой-нибудь надоедливый братец, любящий совать длинный нос в дела сестры. А теперь, драгоценная, скажи, какого Баргота с тобой случилось? Ты сама на себя не похожа, похудела и побледнела сильнее, чем после госпиталя, и мужа зовешь по чину, а не по имени.

— Долго рассказывать, — вздохнула Ло, но под взглядом Маркуса сдалась.

Следующие полчаса она честно и подробно рассказывала о дурных снах, странном исчезновении Артура Бейласа и не менее странных следах, оставленных им, о визите вольфгардского ярла и метке Волчицы, которая помогла спастись от серой гнили, а на закуску — о недавнем случае с волкодавами. Говорить о вражде с Тильдой Ло, разумеется, не стала: не хватало еще жаловаться на девчонку, которая к тому же попросила прощения. Маркус слушал внимательно, как из знакомых Ло умел только он, словно в мире не было ничего более важного, чем собеседник. И она без тени сомнения знала, что теперь все будет хорошо. Он здесь, он примчался, почувствовав, что с ней творится неладное. И как прекрасно, что ей не нужно выбирать между ним и мужем, потому что…

Потому что она не хочет выбирать, поняла Ло. Если раньше ей было плевать, что подумает, скажет или сделает капитан Рольфсон, то с недавних пор она приняла необходимость учитывать его мнение. Более того, оно стало ей важно. Если бы еще капитан открывался ей не только в минуты опасности!

— Я чувствую, что между Артуром и предателем существует связь, но доказать и даже объяснить не могу, — закончила Ло. — Я даже не уверена, что лже-Артур — это СС, но и других объяснений у меня нет. Маркус, я в полной растерянности. Пожалуйста, скажи, что тебе удалось что-то узнать!

— Я привез список, драгоценная, — сказал некромант, доставая лист плотной бумаги из внутреннего кармана камзола. — Как ни странно, он довольно короток. Всего двенадцать имен, а если нам нужны только те, кто надолго покидал Дорвенну, еще меньше. Например, Сигрэйн Сэвендиш — почтенный стихийник девяноста лет от роду, живущий в столице в окружении внуков и правнуков. Явно не наш лже-Артур. Сайрус Сомерсет — молод, но недавно женился и тоже все время на виду.

— Ты прав, — вздохнула Ло, — я об этом просто не подумала. Есть перо?

Взяв поданное некромантом зачарованное бесчернильное перо, она вычеркнула оба имени. Потом, по подсказкам Бастельеро, еще три, обладатели которых были вне подозрений…

— А Саттерклифа ты зачем написал? — удивилась она, наткнувшись на хорошо знакомую фамилию. — Ах, Саймон… Но тем более! Он же погиб!

— А ты не говорила, что тебе нужны только живые, — резонно отметил некромант, полностью подтверждая мнение, что маги фиолетовой гильдии не видят особой разницы между разными состояниями человеческой души. — Я внес в список всех магов с нужными инициалами за последние сто лет. Кстати, нам повезло: архивариус Ордена сказал, что одно время давать ребенку имя на ту же букву, что и фамилия, считалось плохой приметой, так что на это решались очень немногие родители…

— Вообще-то Саймон Саттерклиф вполне подошел бы по возрасту, — вздохнула Ло. — И погиб как раз в это время… Да простит меня магистр Антуан за подобную глупую подозрительность. Но он ведь был не боевик. Разумник, кажется… Что-то у него было со здоровьем, он учился дома, верно? Я его почти не знала: тихий скромный юноша, даже странно, как он оказался поблизости от военных действий. Так, а вот Сэлли Сворн — это кто?

— Девица из зеленых, в столице не живет, — сообщил Маркус. — Про мужчин и женщин ты тоже ничего не говорила, драгоценная. Хм… я не думаю, что целительница могла достоверно изображать мужчину-боевика, — вычеркивай, пожалуй. Сколько осталось?

— Шесть, — задумчиво посчитала Ло, все время возвращаясь взглядом к одной и той же строчке. — Маркус, у меня странное чувство… Хорошо, пусть мне будет стыдно, но если только предположить, что… Да нет, глупость. Разумник не мог пользоваться боевой магией. Даже слабенькой — просто не мог. Но у СС был такой маленький резерв — поневоле задумаешься о всяких глупостях вроде двойной звезды. Или обмена телами… Но зачем Артуру это было нужно? И куда он отправился вместо крепости?

— Видимо, туда, где ждали его компаньона по этой интриге? — предположил Маркус. — Я искал его братьев, но они год назад уехали в Итлию, оказывается. Не повезло… Но знаешь, я бы скорее поставил на покойника, чем на кого-то из тех, кто живет в окружении хорошо знающих его людей. А умер примерно в этот период только один человек. Тот самый, у отца которого как раз была возможность добраться до ключа к Руденхольму.

Ло снова глянула на третью строчку в списке, облизнула вдруг пересохшие губы и прошептала:

— Маркус, ради Благих, ты понимаешь, о чем говоришь? Чтобы Глава Ордена… Он не мог! Баргот побери, Саттерклиф — воплощение честности, его репутация вне подозрений, как и положено великому магистру. Ты с ума сошел! — сорвалась она на вскрик.

Бастельеро молча пожал плечами, и это нежелание настоять на своем говорило больше, чем любые попытки доказать правоту.

— Хорошо, допустим… Только допустим, что это был Саймон…

Ло сплела пальцы, глядя на предательский листок, так мирно лежащий у нее на коленях.

— Допустим, они с Артуром зачем-то поменялись… Молодой Саттерклиф приехал в крепость. Бред, зачем разумнику выдавать себя за боевика? Он не сможет этого делать!

— Ну так Артур вроде и не блистал на этом поприще? — уточнил Бастельеро. — Судя по тому, что ты говоришь, магом он был слабеньким, а у Бейласа резерва хватало.

— Хорошо, допустим, — угрюмо согласилась Ло. — Бейлас заменил его. Где и зачем — вот вопрос!

В мысли ей упрямо лез мягкий вкрадчивый голос с гортанным вольфгардским выговором. «То ли боевик, то ли некромант… Когда парня начали резать на ремни, он заорал про выкуп. За него, мол, дадут очень много».

— Маркус, если даже так, великий магистр ничего не знал, — упрямо сказала она. — Зачем бы он стал выкупать такой страшной ценой не своего сына, а Артура? И зачем потом бы мстил за его смерть? Лже-Артур исчез из крепости два года назад! Хочешь сказать, все это время Антуан Саттерклиф принимал настоящего Артура за своего сына? Он же разумник! Его не обманешь сменой внешности!