Чтение онлайн

Царица задала еще несколько вопросов, как выглядел малыш, были ли какие-то приметы особые, после чего покосилась на Василису. Девушка только кивнула, что да, родители это настоящие. Не обманывают.

– Ну-ка девушки, принесите родителям их малыша, – распорядилась Марфа Матвеевна.

Вскоре служанка вошла в горницу, неся на руках ребенка. Тот бы не очень доволен, что его забрали от игрушек, но, едва очутился в руках отца и матери, недовольство его прошло.

– Одного я не понимаю, – решила задать вопрос Агафья, – отчего Арина Романовна родную кровь чувствовала, коли люди эти не родня ей.

– От того, что сила чужая ей глаза застила, – пояснила Василиса. – Коли то простое колдовство было бы, она б распутала его, а против божественной силы нам противопоставить нечего. А наши боги вмешиваться не стали, не до того им было, они к своей войне готовились.

Агафья только кивнула. Все войну большую ждали, и радуются теперь, что малой кровью отделались.

– А что с Марфой будет? – спросила Василиса.

– Елизар рассудит, – коротко ответила царица, после чего поднялась со своего кресла и сделала знак собравшимся следовать за ней. Понятное дело, нашедшие своего ребенка родители ничего не заметили. А остальные только рады были оставить их наедине со своим малышом.

– Вот и закончилась эта история, – улыбнулась царица. – Врагов победили, справедливость восстановили, родителей малыша нашли.

– Восстановили, да не всю, – покачала головой Василиса. – Никита наказания не понес. А ведь без него это дело не обошлось.

– Почему же не понес, – возразила колдунье Марфа Матвеевна. – Ты же сама его наказала. Проклятье на него такое наслала, что на людях показаться стыдно. Кстати, весть от настоятеля Соловецкого монастыря пришла. Нет более стрельца Никиты, есть отныне послушник Никита, готовящийся постриг в монахи принять. Как Елизар сказал, за все свои дела выбрал он себе добровольно затворничество. Пусть там и остается.

– И то дело, – покивала Милица. – В ином месте паломницы бы в искушение вводились, а на острова редко кто прибывает. Только когда совсем нужда заставит. Да сошлют кого, ежели провинится перед государем. Так что, считай, Вася, отправила ты добра молодца, одного из лучших воев, пусть и провинившегося серьезно, в ссылку пожизненную.

– Разве что, – согласилась девушка. – А раз все так хорошо закончилось, надобно Арину Романовну найти да отметить это дело чайком да с пирогами. У меня как раз молодая мята свежая подсохла.

Пока Марфа Матвеевна отдавала распоряжение, Василиса побежала в свой домик за травами. Уже скоро она покинет его, вернется на кощеево подворье, там и до свадьбы рукой подать.

А во дворе все так же стояли, взявшись за руки, Анютка и жрец и о чем-то тихо разговаривали.

Эпилог.

Тишина. Лепота, я бы сказала. Пусть не долго, пока дети спят, но иногда так мало для счастья надо. Бабочки порхают, птички поют. Из трубы избушки фиолетовый дым поднимается. Стоп, почему фиолетовый-то? Опять Арина Романовна что-то мудрит. Ну, зачем я ей про некоторые химические элементы рассказала. Ждали бы они своей участи, когда Менделееву, или еще кому в этом мире, таблица периодических элементов присниться. Нет, дернули черти, али еще нечисть какая. Ну да что уж теперь, пусть ее.

Прошло уже шесть лет, как я попала в другой мир, где по прежнему правит род Рюриковичей, а Романовы только-только начали свой путь на службе царю не как боярский род, а как верные дворяне. Нет, в том, что история пошла немного иначе, моей вины нет, все здесь задолго до моего появления иначе пошло. Одно наличие богов, о которых на моей далекой родине только в сборниках мифов прочитать можно, да сказочных персонажей о многом говорит. Так что утверждать, будто одна попаданка могла поставить все с ног на уши, глупо. Хотя, в чем-то и мое влияние проявилось. Пусть это всего лишь женская мода. А именно мода на нижнее белье. Казалось бы – мелочь, а за последние пять лет все женщины постепенно к ней пришли. Ну и на продукты заморские. Картошку уже второй год сажают активно да нарадоваться на урожай не могут. Помидоры у каждого пятого в парнике самодельном, а то просто в грядках открытых растут. Да и прочие фрукты-овощи прижились, скоро в Европу продавать будем.

Что касается меня, то я по-прежнему учусь у местной Яги, Арины Романовны. Вроде много чего успела узнать, а все равно нет предела совершенству. Ну и она у меня чему-то учится, куда без этого. Все-таки в плане медицины в ряде вопросов я могу фору дать местным жителям. Но это в свободное время. Потому что в основное я жена и мама двух милых деток. Уже осенью после победы над войском неведомого, а теперь вполне популярного бога, с моей легкой руки ставшего называться Халком, мы с Кощеем поженились. Через год я родила ему сына, а еще через два – дочь. Костя на малышей не нарадуется. С сыном постоянно занимается, воспитывает, а вот дочка из папы только что веревки не вьет, управу на нее только я найти могу.

Марфа Матвеевна родила очередную девочку. Елизар Елисеевич долго ворчал, что на приданом разориться, но видно было, что доволен. Прежде всего, тем, что сыновья не станут за престол враждовать. А то история всякие прецеденты ведает. Елисей и Анастасия поженились в прошлом году, и уже скоро планируют обрадовать родителей внуками. Об этом они пока только мне по большому секрету рассказали, но долго такие секреты хранить не получится.

Старший жрец из тех, что голосили на улицах Городца, крестился, стал зваться Петром. Оказалось, что он хорошо управляется с лошадьми, и быстро стал первым помощником главного конюха. С учетом того, что сам главный конюх уже давно мечтает на отдых уйти, не долго Петру в помощниках ходить. Анютка стала его женой. Мать ее не очень довольна была, но против царицы не пойдешь. Живут молодые отдельно, на царском подворье, но если теща о помощи просит, зять не отказывает. Правда, в разумных пределах. На шею себе садиться не позволяет. Все ж таки не простой крестьянин, царю-батюшке служит.

Ждан и его родители остались в Городце. Отец его ездил домой, забирал все, что пригодиться может, а дом отдал кому-то из родни. Сейчас он тоже на царской службе. Первым егерем стал. Бояре не в восторге от того, что их теснить начали, но поделать ничего не могут. Младший Хвостов вовремя понял, куда ветер дует. Покуда остальные спорили да посохами стучали, сменил костюм, бороду укоротил, чтобы не мешалась, да занялся делом. И другие молодые бояре, кои поумнее будут, с него пример берут.

А Горыныч все-таки слетал в Сину, сиречь Китай. Там познакомился с молодой драконицей, но отношения не сложились. Зато по возвращении, где-то в районе Каменного пояса, в прямом смысле столкнулся с очаровательной ящеркой, разве что с одной головой. Девушкой она оказалась острой на язык, но хозяйственной. Так что скоро в лесной пещере нашего певца навели порядок. К тому же ей понравилось пение Змея. Очень быстро она стала его продюсером, и в ближайшее время их ждут выступления в ряде городов Московии и в Европе. Вот такая активная дама. Стоит ли говорить, что эти концерты перестали быть бесплатными, и теперь его можно услышать или за плату, или на церковных богослужениях. А деньги от выступлений переводятся в созданный Елисеем фонд помощи людям, пострадавшим от пожаров, наводнений или неурожая.

Бабка Матрена все так же живет и здравствует. Правда бегает не так шустро, но, как и прежде, языкаста не в меру. Разве что с бывшим жрецом вежлива да предупредительна всем на удивление. А еще очень ей мои картинки нравятся. Показывает она мне интересные виды Городца, где еще бывать не доводилось, да рассказывает, кем что да когда построено было. Только и успеваю истории ее записывать. Как наберется много – попрошу Елизара Елисеевича, чтобы книгу издали.

Кеша так и живет у нас. С котом Василием попугай не то, чтобы подружился, но благополучно сосуществуют. Один не пытается птицу съесть, второй не дергает шерсть из кошачьего хвоста. Кстати, оказалось, что это не он, а она. Но выяснили мы это, когда наша птичка неожиданно снесла нам яйцо. Жаль, без птенчика. Но сюрприз все равно тот еще был. Пришлось некоторым фразам переучивать, и теперь она будит нас криком «Кеша хор-рошая!», намекая, что Яга уже напекла блинов, пора завтракать, пока дети все не съели.

Я бы еще многое рассказала, но, кажется, дети проснулись. Пора бежать, пока они ничего не натворили. Все-таки потомство Яги и Кощея – это та еще гремучая смесь. За сим откланиваюсь, не поминайте лихом Василису, дочь Иванову, жену Кощееву.

Узкие шины инвалидного кресла тихо шуршали по отполированному граниту пола. Холл в офисном здании был огромным. Весь первый этаж — сплошное стекло и бетон. Лишь в самом центре — четыре толстенные колонны, держащие на себе вес здания. Между ними находился пост охраны. Серьезные ребята, не ведомство, а небольшая частная армия. Все вооружены огнестрелом и наверняка готовы его применить. Взгляд цепкий, намётанный. Такие не пропустят ни с пистолетом, ни даже с газовым баллончиком. Хорошо, что у меня не было ни того, ни другого.