Чтение онлайн

Нам предстояло ехать около тридцати пяти часов, меняя лошадей каждые двадцать пять километров на почтовых станах. Там за время смены, мы могли немного отдохнуть и перекусить. Кроме того, еда была у нас с собой, если захотим есть во время перегона.

В районе Покрова, мы должны были остановиться на пять-шесть часов. Немного поспать, хорошенько передохнуть и продолжить путь уже до Москвы.

На окраине столицы, нас должен встретить управляющий и проводить туда, где мы останемся на нужное нам время.

Настя увлеклась и принялась пересказывать какие-то забавные истории из придворной жизни, которые якобы произошли с её преподавательницей этикета. Как я понял, та была фрейлиной какой-то княгини. Все забавности сводились, кто кому наступил на ногу или на подол платья.

Черт! Платье! Где Настя его возьмет? Хотя что это я? В столице не найти магазина? Какие к черту магазины готового платья в этом веке? Портной! Сшить платье за два дня? Мысли метались словно испуганные курицы. Я никогда не задумывался, как тяжело быть женщиной, вхожей в высший свет. Поздравляю Никита, теперь тебе предстоит это узнать.

— Настя, — перебил я девушку. — Где мы возьмем тебе платье?

Девушка замолчала, непонимающе на меня уставилась. Наверняка задаваясь вопросом, как это я перескочил от рассказа об отдавленной ноге к вопросу о платье. Но эта растерянность длилась всего пару секунд. Настя загадочно улыбнулась и сказала:

— Не переживай. Я обо всем подумала.

— Хорошо, что ты у меня такая предусмотрительная.

Я улыбнулся и поцеловал девушку в нос.

— Я сама у себя такая, не надо меня себе приписывать пока предложение не сделал! — сказала Настя и снова засмеялась своим звонким заливистым смехом.

Что-то мне подсказывало, что вскоре мне предстоит об этом серьезно задуматься. Сейчас не то время, когда пара может заниматься сексом безо всяких обязательств живя друг с другом годами. А затем просто сказав: «Извини, прости, прощай!» разбежаться в разные стороны. Я и не собирался поступать так с Настей, но мысль о скорой свадьбе меня как-то не посещала. Вот что значит привычки и нравы двадцатого века. И я молчу о двадцать первом, там все было еще хуже.

Движение кареты снова стали неровными. Появились дерганье и рывки. От этих движений Настя стала скользить по мне туда-сюда. Я обнял её и покрепче прижал к себе. От трения о её тело я снова начал возбуждаться.

По моим ощущениям ехать было еще долго, так что почему бы не скоротать его приятным способом?

Настя почувствовала мое возбуждение, и сама начала подыгрывать нашему экипажу. Усиливала его движения в нужную сторону. Девушка немного приподнялась и нависла надо мной. Позволив груди свободно двигаться. Я как зачарованный следил за этими движениями. Видя, как девушка с каждой секундой сама возбуждается все сильнее и сильнее.

Засунув себе в рот палец и демонстративно его облизав, Настя сделала однозначный намек. Не знаю от чего, но я завелся только сильнее. Девушка поднялась с меня и, взяв за руку, потянула на себя, заставив сесть. Сама встала на колени и, не сводя с меня взгляд, принялась облизывать и посасывать мой снова начавший вставать член. Я откинулся на спинку и стал получать удовольствие.

Когда напряжение достигло максимума, я приподнял девушку за плечи, дав понять, что хочу продолжить в другом формате.

Девушка послушно поднялась, я взял ее за талию и развернул к себе спиной, затем подтолкнул к сиденью напротив и поставил на колени.

Настя взялась руками за спинку и слегка отвела таз назад, прогнувшись в пояснице.

Я вошел в нее сзади.

Настроившись под такт движения кареты, я принялся входить с каждым движением глубже и глубже. Когда девушка принялась громко стонать начал увеличивать темп, стараясь доставить ей максимум удовольствия.

Хотелось продолжать так до бесконечности. Иногда замедляясь, иногда ускоряясь. Такие качели могли свести с ума, в хорошем смысле этого слова.

Настя принялась что-то бормотать, и я понял её финал уже близко.

Вдруг раздался громкий окрик кучера, и карета резко затормозила. Я вошел так глубоко как никогда раньше, уперевшись лобком в ягодицы девушки. Настя закричала. Это торможение, словно послужило спусковым механизмом. Тело девушки забилось в судорогах оргазма. Я понял, что тоже на пределе и быстренько вышел из неё.

Настя завалилась набок на сиденье. Она мелко тряслась, непрерывно постанывая, я просунул руку ей между ног и помог продлить наслаждение, одновременно помогая себе другой рукой дойти до финиша.

Снаружи происходила какая-то возня, а нам было на это наплевать. Я сидел на полу обнимая девушку, так и оставшуюся лежать на сиденье, поглаживал её грудь, иногда переходя на лицо. Настя хватала губами мои пальцы и начинала их посасывать. Я отводил руку и снова принимался за грудь и так по кругу.

— Никита Васильевич, — раздался голос кучеру у самой двери.

— Слушаю, — ответил я, ущипнув Настю за сосок.

— Вам бы взглянуть.

— Если там какая-нибудь ерунда, — тихо сказал я Насте, склонившись к самому уху, — то я превращу его в крысу.

— Ты ведь шутишь? — тревожно спросила девушка, хотя улыбка выдавала её с головой.

— Конечно шучу, — усмехнулся я. — Сейчас выйду, — крикнул я кучеру через дверь.

Быстро одевшись, я вышел из кареты.

— Что случилось? — спросил я у стоявшего рядом кучера.

Коренастый мужичок с очень живой, как у ребенка, мимикой, начал сбивчиво объяснять, размахивая руками.

— Мы через лес едем. Вдруг, бац! Дерево падает. Прямо на дорогу! Рухнуло, как подкошенное. Только ветки трещат! Петька вспышку говорит сбоку заметил, но я не знаю. Сам не видел.

Карета стояла чуть боком, закрывая от меня вид на дорогу.

Кругом была темнота. Факел в держателе давал слабый свет, которого хватало осветить только несколько метров вокруг. На самом деле он даже мешал. Из круга света ничего нельзя было разглядеть дальше.

Я так понял возница зажег его после того, как остановил экипаж. До этого ехали в темноте.

Посмотрев кругом, я увидел только густо стоящие стволы деревьев. Где-то, в нескольких метрах впереди было второе пятно света. Судя по всему, другой возница пошел посмотреть, как нам проехать.

Я не сомневался, что упавшее дерево, дело рук Корсакова. Не думаю, что он где-то рядом. Скорее всего придумал, как организовать ловушку. Неужели он решил, что таким образом сможет задержать меня в пути?