Чтение онлайн

– В одно место можно всеми силами ударить. – в очередной раз отдышавшись ответил Агапит.

Что-то у него с лёгкими стало не того, плоховато как-то дышит. Это у Володи в голове промелькнуло, сказалась профессиональная деформация.

– Ага, мы в одно ударим, а они нам из тридцати трёх ответят. Раскатают как Бог черепаху, тоненьким блином по столу размажут. – оценил сказанное Агапитом Володя.

– Не по земле-матушке целить будем, а выше. – начал разъяснять Агапит задумку коллективного разума красных.

– Вот отсюда, пожалуйста поподробнее. – воспользовался Володя клише из времени Сергея. Нет бы, что-то хорошее от него только перенял, но вот – и всякого-разного нахватался. Как говорится – с кем поведёшься…

Тут Вову Агапит и поразил своей осведомлённостью. Нетипичной для пациента лесного психоинтерната для неизлечимых хроников. Нет, о том, что не только одни Десантники на Землю прибыли, а с весьма обширным обозом, это Володя и Сергей от Угла четвёртого уже давно знали. В сообщении же Агапита присутствовала неизвестная им конкретика. Да ещё и какими словами выраженная.

– В ближнем космосе сейчас три корабля балогов находится. Груженых. На каждом по миллиарду Мыслящих. Рядышком друг с другом они расположены. Вот по ним ударить мы сможем, если все силы красных в один кулак соберем. Причём, Мыслящие там не самих балогов, а шша – их Старших Братьев. Больше чем о себе о них они заботу имеют. Балоги их привезли в наши тела заселять. – сказал Агапит и на Володю пристально так посмотрел. Понимаешь мол, что и у этого варианта жирный минус имеется. Не простят нам такого балоги. Кровью после этого мы умоемся, разложат на отдельные атомы после такого они нашу планету, но хоть перед этим дверью громко хлопнем.

– Не оптимальный вариант. После этого они нас как муху прихлопнут. – печально как-то стало Володе. Хоть так, хоть сяк – всё плохо кончается.

– Ничего больше, Вова, не придумывается. Нет у нас выхода. Сила солому ломит, а так мы ей хоть морду подпалим. – обреченно как-то ответил Агапит.

– А, если только припугнуть. Вдруг испугаются и уйдут. – неожиданно выдал Сокол. Молчал, молчал и родил. Вова и Агапит посмотрели на Сокола, а затем друг на друга.

Врач, имеется ввиду настоящий, а не только по диплому – это образ, стиль жизни, а не просто профессия. Бытие его тяжко и радостно. Бытие же, как известно, определяет сознание. Оказывает на его влияние, формирует, деформирует…

Иван Иванович был хорошим, настоящим врачом. Сразу после студенческой скамьи его сознание ярким синим огоньком знающим людям виделось, но в процессе профессиональной деятельности, при врачевании душевных недугов, стали в нём появляться отдельные красные искорки, а затем и целые всполохи. Трансформация некоторая произошла, но она врачебной работе совсем не мешала, скорее способствовала более глубокому пониманию психики пациентов и их успешному исцелению.

Оттенки огонька Ивана Ивановича не могли быть не замечены Агапитом. Много времени они провели вместе. Уже почти две полноценных трудовых пятилетки Иван Иванович старался вылечить Агапита, но психические заболевания – это вам не прыщ на заднем месте, быстро с помощью скальпеля не лечатся. Доктор с точки зрения современной психиатрической науки старался привести Агапита к общепринятой норме, сделать таким как большинство. Агапит же просто был особенным, сознания людские ему были видимы. До понимания его современная наука просто-напросто ещё не доросла, а что осознать и понять не можешь, очень часто к неправильному относишь, а порой и эту неправильность исправить пытаешься.

Агапит же о своей нестандартной нормальности сказать то Доктору желал и пытался, но вербально это было весьма трудно. Самому Ивану Ивановичу это увидеть и познать надо было, на огоньки человеческие полюбоваться, хотя бы и через Агапита. Вот и пытался последний с ним мыслесвязь установить. Не простое это дело. Тут с чисто красными то намучаешься, пока до них достучишься, а Доктор то только отдельными красными искорками и всполохами может похвастать.

Терпение и труд – всё перетрут. Постепенно и у Агапита начало получаться кончиком беличьего хвостика по сознанию Ивана Ивановича погладить и ответную реакцию вызвать. Дальше – больше. Почти уж подготовил он Доктора к общению через слияние душ, поговорить с ним только об этом собрался чтобы не напугать, не посеять в голове Ивана Ивановича мысли нехорошие. Как думаете, что о себе начинает мыслить среднестатистический человек, когда в его голове голоса появляются и с ним разговор заводят? Во-во. Совершенно верно.

Поговорить не получилось. Сначала хозяйственные проблемы в интернате, затем вызов в райцентр Ивана Ивановича этому воспрепятствовали, а потом он под властью Десантника-балога оказался. Хорошо ещё подготовке для вселения Мыслящего шша не подвергся, не вынули из него человеческую душу демоны…

Сейчас то сила на их стороне. Открыто и грубо они действуют. Не то что раньше, когда за проданную душу здоровье, долголетие, богатства отдельным людям они предлагали. Извлечение душ сейчас как на конвейер поставлено, миллиарды землян под зелёным свечением не загар приобретают…

– А, если только припугнуть. Вдруг испугаются и уйдут. – неожиданно выдал Сокол. Молчал, молчал и родил. Вова и Агапит посмотрели на Сокола, а затем друг на друга.

– Нет, Сокол, не испугать нам ежа голой жопой. Не получится. Кто мы, а кто они… – втоптал Володя идею Сокола в землю. Как-то понял он уже, что пора «Варяга» исполнить. Зубы сжать и под танк со связкой гранат броситься.

– Время нам, ребятки, сейчас надо немножко выгадать. Веточку укропа сделать. – обозначил проблему Агапит.

Вова непонимающе на него посмотрел. Про какой укроп сейчас Агапит говорит. Точно, не всё с головой у него ладно. Были всё же причины помещения его в психиатрическую лечебницу.

– Один, даже самый сильный красный, миллиарды Мыслящих шша по ветру не развеет. Подпитываться ему силой от других надо. Цветки укропа в зонтики собраны, а они уже потом в стебель переходят. Я наших из интерната в свой зонтик соберу, другие мои знакомцы – своих. Так у нас и сильный стебель образуется. Им отродьев Сатаны мы в сердце и кольнём. Цветёт укроп в июле, тогда же и плоды его начинают созревать, но не сразу. Тоже время для этого надобно. Хоть немного. Вот и нам бы тоже того времечка, но уже пришли по наши души. Хоть бы часиков несколько, чтобы с силами собраться, а потом ударить напоследок. – опять же в своём своеобразном стиле выдал Агапит. Перемешивались в нём понятия бывшего сельского подростка и бойца сопротивления Пути.

– Что делать то надо? – задал Вова вопрос. Сразу бы так Агапит и говорил, а то понять его не всегда легко можно. Накрутит, навертит, ну он же не такой как все.

– Ты в беде нашей пока не помощник. Силы Сергея потом потребуются, а сейчас сам попробую время выгадать. С Доктором они в интернат прибыли, через него притормозим супостатов. Попытаемся хоть часик получить, да всё он наш будет. – опять непонятно сказал Агапит. Сознание Доктора подчинено балогу, чем он помочь то сможет?

– Иван Иванович, это Агапит. Слушайте внимательно. – в придавленном сознании Доктора, где-то в самом его дальнем уголке тихо прозвучало. Испугался Иван Иванович. Нет, не слов этих, а что его хозяин Шестиугольник шестой их услышит. Не для него это сказано.