Чтение онлайн

– Боюсь, мы не смогли спасти пациента, – сказал профессор и покосился на коллегу.

Тот неторопливо кивнул и добавил:

– Остановка сердца. Мы ничего не могли сделать. Меры реанимирования не помогли.

Голос прозвучал с легким акцентом. Оба исследователя избегали смотреть на меня. Я медленно выдохнул.

– Отличная работа, господа, – с сарказмом протянул я. – Просто превосходная.

Прошелся по комнате, ощущая завихрения магической энергии. Выброс довольно велик. Едва не локальный прорыв стихии.

При прочих равных, выбора у них действительно не оставалось. Если бы процесс пошел по нарастающей, то треть бункера легко могла обратиться в пыль. Потоки шли просто чудовищные.

Самородок, чтоб его.

– Как успокоили? Вкололи нейтрализатор?

Еще два последовательных кивка.

– Вместе с выпущенным через вентиляцию газом, – Кнабе помялся и пояснил: – Детекторы магической активности зашкаливали. У нас не оставалось иного выхода…

Он не закончил. Хотя чего там, и так все понятно. Когда начался дурдом, яйцеголовые должно быть здорово струхнули, глядя на показания приборов. Можно ли их винить за вспыхнувший страх, довольно быстро переросший в панику?

Нет. Любой бы поступил на их месте схожим образом. Потому что альтернатива намного хуже. События развивались стремительно, угроза нарастала по экспоненте. Тут либо безопасность всего подземного комплекса с кучей людей внутри, либо одного подопытного.

И решение вышло не в пользу последнего.

Густав Бергман, первый в мире обладатель двух стихий – Молнии и Тьмы, закончил жизнь из-за лошадиных доз нейтрализатора, введенного одномоментно в организм, согласно экстренному протоколу безопасности.

Дерьмо! А ведь я на него возлагал большие надежды.

– Что спровоцировало кризис? – я обратился к ученым.

Кнабе и Сантос еще раз нерешительно переглянулись.

– Хватит играть в гляделки! – не выдержал я. – Отвечайте на вопрос! Какого черта швед начал бросаться на окружающих, беспорядочно применяя магию? Он же был стабилен! Вы сами меня в этом неоднократно уверяли!

Меня охватило холодное бешенство. Ощущение, словно из-под носа выдернули сладкую морковку, до которой оставалось всего ничего. И тут такой облом. Это взбесило. Мы были так близко!

– Кха… – Генрих Богданович откашлялся. – Мы пока не проводили вскрытие, но согласно показаниям закрепленных на теле электродов, у пациента могло развиться… – он замолк, явно собираясь применить какой-то умный термин из медицины, быстро понял, что высокопоставленный собеседник его не поймет, и принялся искать подходящую замену, более простую и понятную для тех, кто не входил в узкий круг ученой братии.

– Говорите, ну, – поторопил я его.

Кнабе повернулся за помощью к Жозе де Кьяну. Такая себе идея, если подумать. Толстый бразилец пусть и неплохо уже выучил русский язык, до виртуозного владения еще оставалось очень далеко. Однако смуглокожий иностранец удивил.

– Пошел распад мозговых клеток, – пояснил он, мягко грассируя окончания слов. – Мы предполагаем, это отложенная реакция на пройденные раньше этапы с преобразованием организма.

Я задумался, обдумывая услышанное.

– Типа что-то вроде отката, что ли? – неуверенно спросил я.

Белые халаты усиленно закивали.

– Хотите сказать, что период просветления после безумства у подопытного пошел в обратном направлении?

Еще одна серия резвых кивков. Прямо китайские болванчики.

– Но разве это не должно происходить постепенно? – я с недоумением нахмурил брови.

Так называемые дикие, прошедшие через спонтанную инициацию, не сходили с ума в один миг. Проходило какое-то время, прежде чем разум полностью отказывал. И обратный процесс по идее тоже должен идти по схожему сценарию, только наоборот.

А тут раз – и спятил. Буквально за долю секунды.

Мне показали записи камер видеонаблюдения, черные полусферы слежения находились фактически везде в бункере (за исключением душевых и туалетов), особенно под жестким контролем держали палаты пациентов (читай подопытных, Кнабе не слишком нравилось это слово) после известных событий с побегом.

Густав лежал на кровати, дремал после очередной серии тестов. Потом резко встал и начал громить палату, активно применяя магию. Все произошло практически мгновенно.

Благодаря высокому разрешению, запись имела отличное качество, было легко рассмотреть глаза новоявленного мага. И могу с уверенностью сказать, более безумного взгляда я еще не видел.

То, что он снова спятил, не вызывало сомнений.

Потом дежурный оператор нажал в диспетчерской на красную кнопку. Через вентиляционные отверстия центрального климатизатора повалил густой дым. Пара вздохов – и клиент вырубается. Как оказалось, навсегда.

– Пока мы не уверены, но думаем, это напрямую связано с перестроенной энергетической матрицей организма. Возможно, процедура повлияла на клеточное строение, вызвав обратный эффект разрушения восстановленных нейронных связей, – принялся рассуждать Кнабе.

Его понесло в область научных терминов, задумавшись, профессор уже не обращал внимания, понимают ли его слушателей.

– Что с другими подопытными? – слушать узкоспециализированный бред я не собирался. – Они устойчивы?

Ответил Сантос:

– Пока да… – Пауза. – Но мы не исключаем повторения сценария. Как вы знаете, все… эээ… пациенты были отобраны из числа диких. Так что вполне вероятно, что их постигнет участь нашего шведского друга.

Пре-ле-стно. Захотелось выругаться. От души, смачно, выплескивая скопившееся раздражение из-за дурацкого дня.

– Сколько их сейчас у вас? – вместо этого холодно спросил я.

Не время и не место устраивать разборки. Вряд ли обвинения в некомпетентности и рукожопости спасут ситуацию. Тем более что это неверно. Яйцеголовые сработали на отлично. Они же не виноваты, что проявились побочные эффекты.

– Пятеро. Все под наблюдением, – бразилец помедлил. – Точнее уже осталось четверо.

Инициативу моментально перехватил Кнабе.

– В систему подачи нейтрализатора внесены существенные изменения. Уровень снижен до минимальных значений.

Ну хоть что-то. Теперь, если что пойдет не так, подопытных не прикончат убойными дозами отравы.

– Считаете, они тоже сойдут с ума?

Ученые третий раз обменялись взглядами. Советуются так, что ли? Телепаты хреновы. Как ни посмотри, а злость еще тлела в сознании. Ведь рабочая процедура наделения двумя стихиями мага была так близко. И нате вам, держите не обляпайтесь. Руки чесались кого-нибудь стукнуть. А лучше самому постучать головой об стену, проклиная неуступчивый научный прогресс.