Чтение онлайн

Поинтересоваться — чем вызваны такие сложности, напрямую у союзника? Да ладно — скоро сам узнаю. Чего по-пустому дергать? Было бы серьезное что — сам бы уже рассказал.

Сообщаю Шептуну, что мы направляемся с визитом. Пока Данька седлает коней — иду одеваться для выезда.

С сожалением втягиваю ноздрями дразнящие ароматы чего-то донельзя вкусного, доносящиеся из больших котлов в глубине двора. «А в тюрьме сейчас ужин. Макароны дают!»

Ладно — у Валерона и подхарчуемся заодно. Я же сегодня еще не ел. Пара булочек с кофеем — разве же это еда? Организм мяса требует! Хорошо прожаренного, но с кровью! Эволюция видно все-таки исподволь тишком продолжается. Хотя в последнее время развитие моих характеристик вошло в полосу застоя и стагнации. После двадцати трех очков, полученных в достопаматный день «освобождения принцессы Герды» и «битвы при автопарке», мне перепало всего три за достижение «Карающий зло» — заслуженное за истребление банды малолеток из детского сада. И за 400 общих очей развития, как в свое время за 400 пунктов репутации — мне, увы, снова ничего не обломилось. Судя по всему в своих предположениях — я был недалек от истины. Четыреста — число нелюбимое каким-то центровым смотрящим. Однозначно.

И уровень у меня не изменился. Все тот же шестой. И шкалы опыта, чтобы хоть одним глазком глянуть — творцами не предусмотрено. Так что, когда будет достигнут следующий левел, совершенно непонятно.

Утешает лишь, что репа потихоньку подрастает. А с ней и очки энергии. В общем картина на данный момент такова:

СИЛА — 42

ЛОВКОСТЬ — 43

ВЫНОСЛИВОСТЬ — 42

ИНТЕЛЛЕКТ — 304

Пунктов репутации + 560

Очков энергии: 112.

А теперь главное! Неприятное, настораживающее и местами где-то даже смутно пугающее: за достижение трехсот очков одной из характеристик — я не получил уже почти гарантированно ожидаемых достижений! Ни одного!

Ни за лидирующее положение на планете, как в предыдущих случаях. Ни за первенство в секторе — что гораздо более тревожно. Где-то неподалеку обьявился еще один высокоуровневый персонаж?

И как он умудрился обойти меня? За считанные дни, если не часы! За счет каких достижений нахватал столь значительную сумму? Ибо простым повышением уровней сие совершить нереально! Боюсь даже и предполагать…

Ладно — война тропу укажет! Репа и энергия сейчас — это наше все! Портал зовет и манит! И возможно долгожданное случится уже сегодня!

… В качестве группы поддержки берем с собой Нурлана, Серба и таки Даньку. Уговорил, черт языкастый!

«Серб» не просто позывной в чате — это всамделишная национальность поименованного выше индивида. Серба зовут Вук. (в сербском языке имя Вук означает волк). В наш сибирский Волчехерск его коварно затащила глобальная паутина. На каком-то из сайтов Вук познакомился с местной, весьма пленившей его красоткой. И после виртуального общения, брюнетистый усатый принц с Балкан примчался за своей избранницей аж на Западно — Сибирскую равнину. Да — слегка не тот момент выбрал. Или наоборот — самый подходящий. Для нас. Смотря с чьей колокольни глядеть. «Сыны» получили в лице этого отставника сербской армии прекрасного бойца. Интурист легко и без проблем вписался в прайд. Отношения развивались взаимно: он понравился нам, а мы ему. Проблемы в связи с этим усилением состава, периодически возникали только у его женщины. Ибо наши барышни в полном соответствии с посконной и извечной многовековой русской народной традицией — млели от одного вида чужеземного гостя. А может, дело не в европейском происхождении и этот тридцатилетний мужик и вправду просто притягивает баб. В общем за ответом на этот вопрос явно не ко мне.

Серб не очень высок. Худощав, но крепок. Жилист, поджар и быстр. Черноглаз, ловок и порывист в принятии решений и последующих действиях. Очень хорош в рукопашной. По русски чешет не намного хуже любого коренного носителя языка. Видно сказывается то, что воспитывался русской бабкой. В общем и здесь мы отличились. Не каждая провинциальная команда имеет в своем составе легионера.

Да и выглядит в любое время суток — иностранец всегда весьма импозантно. По европейски.

Чисто выбрит, неизменно умеренно благоухает хорошим одеколоном и недешевым табаком. И даже местная грязь почему-то не спешит липнуть на его глянцево начищенные берцы. К нам «на смотрины» он поразив всех, вообще заявился в идеально отглаженной одежке!

Рукопожатие сухой ладони было в меру крепким. А самое главное — Вук был бойцом. От бога или от дьявола — не столь важно. Важно, что в поединке с холодным оружием он стоил как минимум троих крепких и резких.

Взгляд бесстрастный и какой-то бесцветный: безэмоционально холодный и расчетливый. «Примерочный» — прикидывающий как сподручнее и без лишних телодвижений и напрасного расхода времени занести визави в книгу мертвых. Одним словом: волк и есть волк.

Нурлан. Молодой и холостой казахский парень — бывший участковый, пришел к нам самостоятельно и целенаправлено. По каким-то причинам не пожелав вливаться в одну из группировок, входящих в достаточно сильную и многолюдную общину своих соотечественников и единоверцев. Ну мы его и не пытали на эту тему. Восток дело тонкое!

Нурлан молчалив и немногословен. Обладает нечеловечески молниеносной змеиной реакцией и гибкостью. Красив азиатской красотой и чертовски ловок и искусен в обращении с саблей. В его арсенале, похоже, просто бесчисленное множество разнообразных коварно-изощренных хитрых и «неспортивных» приемчиков и уловок. На многочисленные вопросы: «Откуда знаешь?» и «Кто научил?» — чаще всего он лишь непроницаемо улыбается и пожимает плечами: «Аллах дал!» Видимо он же дал Нурлану четвертый уровень и молодого горячего каурого жеребца, на котором бывший участковый заявился под стены замка в самом начале второй недели новой эры.

Отправляемся. Нурлан, Шептун и я — верхом. Серб и Данила на телеге. За возничего молодой рыжий и круглолицый румяный парень из новых. Витя, кажется. У него добродушная физиономия с пухлыми губищами и крепкие литые волосатые кулаки. В деле еще не проверен, но мы на битву сегодня и не собираемся вроде. Стрелка намечена вполне мирная — с казахской диаспорой наши интересы ни в одной значимой точке не пересекаются. Во всяком случае пока. Ну а волнения в стае Зимнего вряд ли всерьез угрожают перерасти в вооруженный мятеж. Хотя, как знать. И не с такого кровавые революции начинались. Может он и Полину сегодня не просто так спровадил? От греха. Да ну! Зимний свою дружину крепко держит. Без армейских перегибов, но и без оголтелой анархистской вольности. На всякий случай вырываю из пучины важных дел Долгого и делюсь все-таки возникшими сомнениями. Старый понимающе соглашается. Все — за тылы я почти спокоен.

Напоследок, не удержавшись слегка троллю «дедушку».

— Много работы-то?

— Мне хватает. По ноздри! Это ж тебе не с саблей наголо по полям на жеребце скакать, — показательно ворчит Яныч.

— Ну да, ну да, — я покладисто соглашаюсь, — И все же судьбу не нагребешь, старый.

— Ты о чем, — делает вид, что не догоняет бывший главный инженер.

— Все ты понял, дед! Ладно, нам пора. Поля заждались — жеребцы застоялись. И сабли истомились. И-эх! «Наши се-еостры сабли наши во-оостры!»

Старый мастер в спину почему-то обзывает меня клоуном. Негромко…

Через распахнувшиеся без скрипа при нашем появлении ворота, солидно вьезжаем на территорию союзников. Взаимно обмениваемся приветственными кивками с караулом. Бурной радости при виде нас не наблюдается, но и откровенной, да пожалуй, что и скрытой враждебности не чувствуется тоже.

Миновав несколько коттеджей разной архитектурной направленности и степени понтовитости, вьезжаем во двор поместья местного барона — Валерона Зимнего. В шезлонгах в щедрой тени огромадного двухэтажного домины, более гармонично смотревшегося бы наверное, где-нибудь в шотландских вересковых пустошах — укрываются от сгущающейся весенней жары Мастиф и бывший водитель и телаш Зимнего, Сережик. Приветствуем этих достойных джентльменов, вооруженных до зубов и упакованных в броняшки даже дома. Понимаю. Одновременно с художником отдаем проворно подскочившему морщинистому мужичку с красным запойным лицом — поводья Порша и Майбаха. Да, вот такие погоняла у наших с Валей мустангов. Это не мы с ним одновременно настолько извращенцы — это от прежнего владельца, юмориста видать, наследие.

В прохладном холле нас привычно встречает престарелый и надменный: не то мажордом, не то дворецкий. Похоже все его обязанности ограничиваются приветственным наклоном благообразной седой шевелюры и легким наработанным жестом, приглашающим гостей проследовать в покои господина барона. Ну и присмотром за горничными и поварами.

Всё резвится Валериан!

В просторной светлой комнате бодряще и жизнеутверждающе пахнет лимоном и коньяком. С порога вижу, что Валера взволнован. Но не так чтобы очень. Ну с его биографией это нисколько не странно. Этому волчаре и не такое переживать доводилось! Да и выкриков: «Акела промахнулся» — со двора не слыхать пока еще вроде.