Чтение онлайн

Интересно как он их убедил? Потом в подробностях обязательно вытрясу с парня всю историю этих переговоров.

Ну, что: «всегда везти не может»!

Мы атакуем штурмующих с тыла.

И здесь, вот этого вот, рыцарского, наивно-стародавнего: «Иду на вы» — ни хрена не будет! Будем убивать их со спины. Подло и не по правилам. В отношении бешеных собак людские правила не применимы! Кто же предупреждает ядовитого паука о том, что тяжелая ребристая подошва сапога, уже занесена над его мерзким мохнатым телом?

Еще и пленных и раненых недобитков — казним в муках лютых!

Да — только так и не иначе!

За все воздадим вам, выродки! За вырезанный атрейский поселок! За наших земных детей, умерщвленных в Качинском монастыре.

За все то зло, что вы творите здесь, у себя на планете и за то, что совершаете на нашей земле!

— Начали! — командую я.

Бьем по атакующим и их «шаману-второгоднику» ментальными ударами сразу в «три ствола», ибо численное превосходство противника было очевидным и однозначным.

Отдельной волны удостаиваются сектанты с тараном, уже почти вынесшие ворота, не внушающие особого уважения.

Блядь, да как они тут живут?

В пограничье, почти на самом переднем крае и с такими легкомысленными укреплениями?

Одергиваю сам себя:

«Не отвлекайся, Егорка — тупо жми педаль в пол! До упора! Остальное, вообще, не твоя забота»!

…Гиворские бойцы, почти сразу же, явно неплохо прониклись силой нашего троекратного ментального воздействия.

Многие из них заметно заколебались и стали то и дело поглядывать по сторонам и назад.

Зато активность осажденных поселковых аборигенов — заметно возросла. Казалось, даже болты и камни полетели в сторону атакующих быстрее и энергичнее!

За воротами, внутри периметра, уже сформировалась штурмовая колонна для контратаки!

Ну, всё! Пора!

Настало безжалостное время клинков.

— Ну, что — пошли! Порвем этих сучьих недоносков, мужчины!

— Духи, вешайтесь! — совершенно неожиданно выдает Шептун.

«Чего он несет-то? Трезвый же, — недоумеваю я, с каждым шагом все сильнее разгоняясь, — Видать, Валя, в прямом смысле слова — „охренел в атаке“? Это все „предстартовый мандраж“, наверное. Если оба живы будем — обязательно спрошу»!

С яростным первобытным ревом, диким визгом и криво перекошенными рожами, мы несемся вперед, атакуя гиворов с тыла.

Раскрошить уродов! Размозжить в кашу! Манную, сука— без комочков!

Недавно увиденное в мертвом поселке еще слишком свежо в памяти. Не знаю у кого как, а у меня эта картина до сих пор, буквально «перед глазами стояла».

Злоба и ярость, почти переходящие в неистовое бешенство берсерка — сами несут вперед мое чуткое и подстегиваемое «интуитом» тело.

Резать, колоть, рубить! Зубами рвать! Убивать, убивать, убивать!

Как говорится: «у носорога плохое зрение, но при его весе — это не его проблема».

Это сравнение сейчас вполне подойдет к нашему ощетинившемуся сталью, ураганом мчащемуся вперед отряду. Пусть и не слишком многолюдному, но невероятно опасному.

У городских ворот — камни начинают буквально градом осыпать «таранно-штурмовую» группу противника. Гиворы волей-неволей пятятся и осаживают назад, очищая площадку перед воротами.

Створки распахиваются и выпускают в поле колонну контратакующих защитников.

Враги, только что ощущавшие себя полными хозяевами положения, оказываются зажатыми «между молотом и наковальней».

Шквалом обрушиваемся на врагов с двух сторон.

Дальше — суета и рутина. Уже почти привычная, кровавая суматоха массового побоища. Хаос и бестолковщина.

Карусель и лотерея!

Где каждый выживший — сорвет джек-пот! Саму жизнь!

Совсем немного не добежав до врагов, на полдороге спотыкаюсь и, каким-то чудом, еле устояв на ногах, чуть не пропахиваю мордой землю.

Вот так вот!

«Интуит» — штука ценная, но он не дает никаких гарантий таким раззявам!

Самому, блядь, бдить и соображать надо!

Чуть отстав и припозднившись, подлетаю к ближайшей, уже сцепившейся в драке парочке, и прямым ударом стопы в бедро, отшвыриваю вражеского бойца в сторону от кого-то из своих камрадов.

Еще одному сектанту клинок моего мачете прилетает точно по центру мощного загривка.

Освободи ботинки, тварь!

Выбирать цели просто: оглядываться, опознавать, сомневаться и думать тут не надо — у всех наших тряпичные «метки» повязанные на руках и головах. Аналогичные — у воинов из гарнизона. Говорю же: молодчага-Арвинд обо всем договорился…

…Справа, из толпы вываливается какой-то здоровенный конь с большим топором и с двух ударов разваливает мне щит. Отбрасываю огрызок в сторону и чуть ошалело пячусь назад. Конь уже поднимает свое оружие снова и… секира Шептуна с арбузным хрустом разваливает его непокрытую лысую башку на слонячью жопу!

Самым дальним краем зрения засекаю лезвие клинка, уже стремящееся к моей голове. Непостижимо извернувшись, бросаюсь вперед и всем весом, как кеглю, сношу с ног худощавое тело врага, снова лишь чудом удержавшись, чтобы не упасть вместе с ним.

Кто-то из гиворов запинается о голову только что поверженного на землю товарища и звучно грохается на спину рядом.

Крутанув головой, (не налетел бы кто!?) торопливо добиваю обоих.

Что-то визгливо чиркает по кольчужному воротнику моего атрейского доспеха.

…Ай, епт! Удар по спине был очень силен, словно какой-нибудь огр со всей дури молотом по ней звезданул. Броняшка выдержала, но если бы не простеганный поддоспешник — мой позвоночник переломился минимум на несколько частей, а то и вовсе мелкими осколками осыпался в берцы.

Выгнувшееся тело бросает вперед. Все-таки я падаю и пропахиваю песчаную поверхность шлемом и мордой. Перекатываюсь на спину, выставляя клинок перед собой. Успеваю увидеть удивленную рожу длинного гивора, медленно заваливающегося на спину, с вытянутой лошадиной мордой — разрубленной поперек, алебардой вовремя подскочившего Черы.

Схватившись за протянутую руку парня, вскакиваю, ошалело тряся гривой и сплевывая песок, набившийся в пасть. Непроизвольно ухаю от боли под лопатками.

Сомкнувшись спинами, оглядываемся во все четыре стороны…