Чтение онлайн

Делаю рывок к незапертой двери за спиной у охраны. Вроде успел проскочить. И-ек. Неожиданный удар по голове, и я лежу и смотрю в потолок. Пытаюсь вспомнить, когда и зачем выключил защитный кокон.

— Какой резкий, — надо мной склоняется незамеченный ранее человек в синей униформе. Похоже, он дежурил за дверью. Какая досада. Даже до драки дело не дошло.

Меня переворачивают на живот, заламывают руки, защёлкивают на запястьях наручники и грубо обыскивают. Попалась птичка.

— Куда его, товарищ сержант?

— Пока в карцер.

Тут бы самое время воспользоваться «суперсилой арраяр» и сбежать, но, увы, в скафандр её забыли интегрировать. И вообще лучше сейчас деактивировать слишком подозрительные функции. Нечего светиться инопланетной техникой! Раз скафандр выглядит как рабочий комбинезон, пускай таким и дальше остаётся. Кокон же я включил обратно. Во избежание, так сказать.

Для сопровождения до карцера особо опасного преступника сержант выделил двух охранников, сам же вместе с остальными продолжил поиск.

Тюремная часть базы встретила меня яркими длинными коридорами и доносящимися отовсюду голосами. Хотел сюда попасть — милости просим. Я вывел на голограмму план, нарисованный Женькой, и попытался сопоставить отмеченную там точку входа с настоящей. На этот раз художества моего друга вполне совпали с реальностью. Теперь знаю, куда бежать, в случае чего.

— Опять кого поймали, а начальник? — к решётке одной из камер подошёл мужик в сером бесформенном комбинезоне.

— Заткнись, Робер, а не то пощекочу рёбра, — неуклюже пошутил один из сопровождающих и ударил по прутьям дубинкой.

Мы продолжили движение.

Снова бесконечные коридоры с решётками по бокам, угрюмые молчаливые охранники, шумящие заключённые. Несколько раз мы спускались на другие ярусы, где картинка повторялась один в один. И сколько же здесь сидит людей? Какой в этом смысл?

Наконец останавливаемся около ряда дверей, явно предназначенных для изоляции особо буйных элементов. К одной из них подходит мой сопровождающий и набирает код из девяти цифр. Раздаётся тяжёлый звук «пыщщ», и массивная дверь карцера отворяется.

— Посидишь тут немного, пока не решат, что с тобой делать. Заодно подумаешь, о чём будешь рассказывать, — меня ещё раз обыскивают и опять не находят второй скафандр, затем снимают наручники и вталкивают в узкую маленькую камеру.

Ну что такое, даже посидеть спокойно не дадут! Только устроился на полу, только стал собираться с мыслями и на тебе! И тридцати минут не прошло с начала моего заключения, как в камере выключился свет, а снаружи заголосила система оповещения.

Я подошёл к двери и приложил к ней ухо в безнадёжной попытке понять, что там такое происходит. Сильно мешала сирена, но мне всё же удалось услышать, как несколько человек пробежало по коридору, тяжело громыхая сапогами. И всё. Дальше лишь прерывистый вой из громкоговорителей. Я уже собирался сесть обратно на пол, как раздался щелчок электронного замка.

— Что ещё за чудеса?

Кто-то взломал систему безопасности? Ну и хорошо, мне же легче. Кем бы ни были эти диверсанты, стоит сказать им спасибо, очень вовремя. Больше раздумывать над причинами произошедшего некогда — надо выбираться отсюда.

Так, навалиться на дверь. Давай, зараза, давай! Пошла! Без электропитания оказалось не так-то легко сдвинуть с места тяжеленный кусок металла, но мне это удалось.

В пустом коридоре горят только несколько тусклых аварийных ламп. Больше никаких мимикрий под техников, хватит и маскировки. При таком освещении меня вряд ли кто заметит, даже если подойдут вплотную.

Открываю план этой части помещений. Пора искать Женьку и сваливать отсюда. Куда его могли поместить после задержания? Вернули обратно в свою камеру? Наверняка. Это вперёд, наверх и дальше по схеме. Женька пометил красным крестиком своё здешнее обиталище.

Сирены неожиданно замолкают. Наступившую тишину тут же нарушают далёкие выстрелы. Охране выдали оружие? Неужели не диверсия, а мятеж? Даже если и так, мне на это глубоко плевать. Куда они денутся с Луны? Бессмысленность. Но не для меня. Включаю маскировку и под покровом спасительных теней начинаю свою Одиссею сквозь пещеру циклопа.

В этот раз, в отличие от мифа, братья Полифему поверили и в поисках обидчиков разгромили всё вокруг, а вдобавок разворошили костёр. Посреди коридоров валяются трупы, многие решётки просто вырваны из креплений. Оставшиеся в живых заключённые обыскивают мёртвых охранников, из вентиляции валит дым. И это успели за полчаса?

Стараюсь нигде не задерживаться. Я чужой на этом празднике непослушания. У меня своя цель. Добегаю до лестницы, которую сторожат несколько вооружённых дубинками мятежников. Мне наверх. Проскальзываю между парой заключённых — они даже ничего не заметили. Поднимаюсь на два яруса, а там за поворотом и камера № 236 с Деяновым Евгением.

Пусто. Решётка открыта, никого нет, всё перевёрнуто вверх дном. Не угадал. Тогда пора поболтать с кем-нибудь. Под техников обещал не мимикрировать, но про других ничего такого не говорил. Превращаю скафандр в арестантскую робу — слава пустоте, было с чего взять образец, — и возвращаюсь назад. Где-то там на полу около камеры с вырванной решёткой сидит подходящий кандидат для беседы.

— Деянов из двести тридцать шестой! Где?

— Кто? — заключённый как будто не понимает меня.

— Деянов, рыжий, с бородой. На сборщике работает, — уточняю вопрос.

— А, этот… Так его в карцер посадили, может, там ещё… — договорить заключённый не успевает. Из разорванного горла начинает хлестать кровь.

Падаю на пол и перекатываюсь в камеру. Похоже, к охранникам прибыла подмога. А мне нужно возвращаться обратно вниз. Весело будет, если Женька до сих пор сидит в соседнем карцере.

Осторожно выглядываю наружу: несколько охранников, чуть пригнувшись, идут в мою сторону. Хорошо, не с той стороны, куда мне надо.

Врубаю обратно маскировку, выпрыгиваю из камеры и мчусь к лестнице. «Тунк, тунк, тунк», — слышу звуки попаданий. Скафандр распределяет энергию ударов по всей поверхности, иначе лететь мне головой вперёд. И как только заметили? На бегу осматриваю себя и ничего хорошего не обнаруживаю. Меня плохо, но видно. И точно — индикатор заряда батарей сильно просел.