Чтение онлайн

Резкий порыв ветра бросил в лицо очередную пригоршню ставших неожиданно колючими снежинок. Часть из них ловко попала в нос и глаза, заставляя парня по лошадиному трусить головой и отфыркиваться. Погода понемногу ухудшалась. В сердцах обозвав себя «идиотом» за неуёмный исследовательский энтузиазм и, в очередной раз помянув нехорошими словами составителей прогноза погоды, он постарался ускориться.

***

«Правильно сделал, что не связался с личным транспортом, — думал Иванов, чтобы хоть как-то отвлечься от монотонности ходьбы и чем-то занять голову. — Не надо мне теперь. Ездить некуда, да и при моём новом, спокойном образе жизни от него одни убытки. Такси проще, автобусы тоже никто не отменял. Вот окажись я сейчас здесь на автомобиле — что бы делал?».

— Уехал бы нафиг отсюда, без всяких проблем и страхов, — вслух горько признал очевидное бывший инспектор и зло сплюнул.

Попытка отвлечься не удалась и так тщательно избегаемые, пугающие своей дороговизной и неизбежными хлопотами автомобили неожиданно предстали в доходчивом, истинном свете своих возможностей — на них можно ездить там, где хочется и уезжать оттуда, где не нравится. Только получи права и купи технику по душе.

И именно в этот момент бывший инспектор чуть ли не впервые в жизни пожалел о своём упрямстве.

***

Минут через десять ходу взгляд зацепился за невесть откуда взявшийся силуэт человека. Он выглядел настолько ирреально в этой белой круговерти, что парень невольно потёр глаза — не мерещится ли? Но нет — силуэт ему не мерещился — всё было взаправду. Неизвестный, судя по фигуре — тощий мужчина, стоял к нему спиной и уныло махал большой лопатой снизу-вверх. Наверняка снег чистил.

Иванову и в голову не пришло задуматься о том, что этот человек здесь делает — его обуяла радость. Живой! Настоящий! Значит, и дорогу укажет! А то в глубине души уже начинали зарождаться тревожные сомнения в правильности сделанного выбора.

Недолго думая и напрочь забыв про усталость, Серёга перешёл с шага на лёгкую трусцу.

— Здорово! — издали обозначил своё присутствие бывший инспектор, едва не сбив дыхание.

Мужчина вздрогнул, прекратил ворочать зажатый в руках сезонный инвентарь и медленно обернулся, давая себя рассмотреть.

Болезненно худой, невысокий — на полголовы ниже Иванова, заросший неухоженной, с проседью, короткой бородкой. Одет просто — кирзовые сапоги; старые, затёртые в коленях, джинсы; синий рабочий ватник. На голове — дешёвенька шапочка-менингитка. Возраст из-за поросли на лице парень определить затруднился — как за тридцать, так и за пятьдесят. Скорее второе — слишком блёклые, выцветшие глаза были у мужчины. И усталые какие-то, пустые, равнодушные...

— Здорово! — бодро повторил Серёга, не получив ответа на своё первое приветствие. Он совершенно не обиделся на такую невежливость — может, не расслышал человек, всякое случается.

Неизвестный снова промолчал, затравленно глядя на вынырнувшего из снегопада парня.

«Псих, что ли? — промелькнуло в голове у бывшего инспектора и он, на всякий случай, не стал близко подходить к этому индивидууму, косясь на зажатую в грубых, мозолистых руках фанерную лопату. — Перетянет ещё поперёк морды сдуру... Да и смотрит этот дядя странно, словно удара ждёт, а сдачи дать не может. Ну его».

Подождав для приличия с десяток секунд и окончательно убедившись в том, что мужчина в разговор вступать не собирается, Иванов немного обиделся на такую невоспитанность и, не особо пряча раздражение в голосе, поинтересовался:

— До дороги далеко? Если немой — рукой махни, в какой она стороне.

— Ты откуда? — неожиданно подал голос неизвестный. — Как тут?

— Оттуда, — Сергей мотнул головой назад, обозначая направление, откуда пришёл и добавил, предупреждая ответ на наиболее вероятный вопрос. — Гулял.

Мужчина воткнул лопату в свеженаваленный снежный отбойник и с непередаваемой мольбой в голосе поинтересовался:

— Закурить есть? Дай, пожалуйста...

— На, — парень протянул ему раскрытую пачку, впрочем, не слишком приближаясь.

Тот аккуратно вытащил сигарету, немного трясущимися руками вставил её в рот и снова уставился на Иванова.

Понятно без слов — ни дерьма, ни ложки.

— Держи, — протянул бывший инспектор одноразовую китайскую зажигалку, но мужчина её не взял, а, не выпуская сигарету из рта, попросил, перейдя на «Вы»:

— Помогите, пожалуйста. У меня руки немного болят — могу уронить.

Просьба на фоне лёгкого тремора ладоней незнакомца выглядела более чем адекватно и Сергей, дождавшись, пока мужчина сделает шаг в его сторону, зажёг огонёк. Тот, едва качнув головой в знак благодарности, наклонился, поднёс кончик сигареты к пламени, с остервенением затянулся и вдруг быстро-быстро заговорил полушёпотом, проглатывая окончания:

— Помогите мне. Меня здесь насильно удерживают. Я домой хочу. У меня дети...

Иванов посмотрел на него как на идиота.

— Мужик! Ты тут один! Я больше никого не вижу. Тебе в больницу надо, голову лечить!

Однако мужчина продолжал частить.

— Не один. Не один. Там, за воротами, другие есть. И за мной следят. Просто не всё время. Отсюда не уйти. Денег нет. Документов нет. Поймают — побьют...

Пока он бормотал эту маловразумительную чушь, Иванов присмотрелся к неизвестному: чистенький, потом не воняет, перегара нет. Сумасшедший? Наверное... Нужно расходиться краями с этим ненормальным.

— Понятно, — стараясь придать голосу максимум сочувствия, кивнул парень. — Случается. От меня что нужно?

— Помощь. Помогите мне добраться до города. У меня нет денег, но я готов отработать. Не бросайте меня.

Сергей полез в карман и достал немного мелких денег.

— Держи, на билет до райцентра хватит. А там позвонишь своим... в общем, разберёшься.

Но мужчина денег не взял, даже в сторону немного шарахнулся.

— Пока не сбегу — не давайте. Заберут! Заберут! — дважды повторил он, точно не был уверен, что с первого раза его поняли правильно.

— Хорошо, не буду, — покладисто согласился бывший инспектор. — Покажи, где дорога, и беги. Там и встретимся, — а про себя подумал: «Да ну тебя к одной матери, связываться ещё с тобой. А если ты, мужик, чисто гипотетически, говоришь правду — то мне тут точно делать нечего. Ноги в руки — и ходу. Пусть компетентные органы твой бред проверяют и перепроверяют".

Мужик словно прочёл его мысли:

— Я не сумасшедший. Сейчас рассказывать особо некогда, но поверьте — я не вру и тут действительно меня удерживают насильно. Вон, за воротами, надсмотрщик, наблюдает за нами.