Чтение онлайн

Намёк был истолкован правильно. Разом обмякнув, недомерок поклонился в пояс, да так и замер.

— Прошение до тебя имею. Сидел вот, разрешения у Марьи испросив, дожидался… Не прогневайся...

Столь непривычная поза заставила парня напрячься в ожидании неприятностей. Слишком жалким выглядел Козьма, слишком покорным.

— Продолжай.

— Я... тут... энто... от женщин слыхал, будто ты злодея ловить сёдни будешь. Страшного разбойника! — голова домового приподнялась, давая разглядеть застенчивую, бородатую физиономию. Спина, впрочем, положения не изменила. — Мечтаю посмотреть. Никогда не видывал. В дальней деревне ранее жительство имел. Тамошними даже злодеи брезговали, дюже далеко от тракта им было... Опять же, нашим после поведаю. Им тоже страсть как завлекательно узнать будет. А за соизволение твоё — что хошь сделаю! Только вели!

В инспекторской голове от таких заявлений образовалась страшная мешанина из Розы, Ланы, Антона в облике нимфетки, полицейских нарядов, проституток, неизвестного шизика с дурными наклонностями и кованой решётки ботсада. Причём всем этим идиотизмом почему-то верховодила Маша, стоя на табурете.

Не операция по поимке, а концертное представление. Впору билеты продавать.

Ни в какие рамки не лезет. Надо отказывать, но... Иванов внезапно для самого себя посмотрел на просьбу маленького мужичка с другой стороны: по-нормальному пришёл, с уважением попросил. Не ноет, не клянчит, не навязывается. И, похоже, действительно мечтает поприсутствовать. Разнообразить жизнь. Осчастливить, что ли? При уже имеющемся количестве участников ещё один особой погоды не сделает.

— Договорились, — Козьма просветлел лицом, перестал дышать от волнения. — Идёшь вместе с Машей. На глаза людям не попадаешься, ни во что не влезаешь. Просто смотришь. Скажу бежать — бежишь. Скажу лежать — без рассуждений мордой в землю.

— Не извольте беспокоиться, — в приступе радости домовик перешёл на «Вы». — Ни одна мышь меня не заметит. При вас состоять буду. Мне толечко одним глазочком глянуть — и нет меня. Домой аки птица помчусь!

— Хорошо, — оборвал его Серёга, умоляюще добавив. — Слушай, пойди, телевизор посмотри. И дай спокойно поесть...

— Я на улице подожду, — кротко уведомил проситель, наконец-то разгибаясь из своего Г-образного положения. — Мне там сподручнее.

Маленький мужичок убежал. Несолидно, вприпрыжку, светясь от счастья, оставив парня наедине с салатницей. Однако поесть ему и на этот раз толком не удалось. Из своих апартаментов вывалилась возбуждённая Маша.

— Кушаешь? — сморщила она носик. — Извини, вынуждена отвлечь. Тут помощь твоя нужна. Мы с Розочкой закончили, хотелось бы получить стороннее мнение. Может, подправить цвет или стрелки удлинить...

Признавая преимущество общественного над личным, Иванов с сожалением отодвинул салат в сторону.

— Показывай.

— Угу, — радостно подпрыгнула домовая и юркнула обратно. — Пошли, пошли! Не стесняйся! — суетливо звучало в невидимой посторонним части инспекторского жилья. — Нормальная юбка... А я тебе говорю, нормальная! И не такое носят.

Интрига нарастала, жалость к недоеденному салату поутихла.

Первой в кухню вернулась кицунэ, с натугой тянувшая за собой молоденькую, интеллигентную девицу в обтягивающей кофточке и относительно свободной юбке чуть выше колен. На ногах — стилизованные под старину ботиночки со шнуровкой. Именно по ним Сергей и признал Розу, изменившуюся в умелых руках Машки до неузнаваемости.

Будущая жертва страшно стеснялась пристойно, по современным меркам, обнажённых ног; умеренно выступающей над плоским животом груди и норовила прикрыться ладонями, будто обнажённая купальщица при виде драгунского полка, свалившегося на берег реки как снег на голову.

— Красотулька, правда?

— Обалдеть...

Эффект от преображения, произведённый на единственного в помещении мужчину, понравился обеим дамам, а Роза не преминула стрельнуть глазками, польщённая тяжеловатым комплиментом.

— Ты внимательнее смотри, — вспомнив о главном, забеспокоилась домовая. — Помада не слишком тусклая?

По мнению Сергея, ничего во внешнем виде готовой к приключениям призрачной прелестницы менять не требовалось, о чём он честно и сообщил:

— Отлично смотрится. Школьница, а не девушка!

Тут парень, конечно, приврал. В момент смерти Розе было хорошо за тридцать, но какой женщине приятно услышать правду о возрасте?

Наградой ему стало благодарная улыбка. Увлечённая же поиском идеала домовая только рассеянно отмахнулась от очередной похвалы. Ходила вокруг подруги, разглядывая её, словно скульптор статую перед первой выставкой.

— Или подправить румяна? — бормотала она, полностью погружённая в процесс прихорашивания. — Хайлайтер бы тоже не повредил...

Рассуждения грозили затянуться надолго. Увлекающейся особой была домохранительница, даже очень.

Подобные порывы иногда нужно прерывать. Лучшее — враг хорошего. На кой в неосвещаемом ботсаду такие тонкости? Кто разглядит?

Пришлось скомандовать, демонстративно глядя на часы:

— Пора. Антон нас на месте ждёт.

С Ланой инспектор встречаться не стал. Позвонил, сообщил о начале очередного витка мероприятий по поимке неизвестного, узнал, что она сидит наготове в ресторане, послушал заверения в успехе. Отключившись, связался со Швецом, уже успевшим накинуть кружок по ботсаду.

— Мы у центрального входа. Подтягивайся.

Договаривал он, глядя на напарника, шагающего по ближайшей аллее.

Преображение Розы не осталось незамеченным. Искренне повосторгавшись и для приличия взревновав подругу к напарнику, призрак потащил её в кусты. Иванов ему даже немного позавидовал. Он, она, осенняя листва и темнота... Сплошная романтика.

И поплёлся на тротуар, ждать. Кицунэ крутилась рядом, Козьма прятался поблизости, с другой стороны ограды.

— Попытка номер пять... — пробормотал парень, настраиваясь на длительную прогулку. Взад-вперёд, туда-обратно...

Примерно через час после начала очередной попытки изловить худосочного нюхателя у Сергея затирлинькал смартфон. Звонящий удивил — Антон. Почему не Печатью вызвал?

— Слушаю.

— Всё. Шестнадцатая точка. Подтягивайся скорее.

Сергей в срочном порядке извлёк из кармана пообтрепавшуюся от постоянного ношения бумажку с коряво начерченным планом ботанического сада. На нём, для удобства ориентирования, были отмечены цифрами все перекрёстки и наиболее приметные места. Швец нарисовал. По памяти.Вроде бы и мелочь, а вопросов решает много. Среди деревьев указателей нет, лишь иногда попадаются таблички с названиями и странами происхождения того или иного чуда природы, но по ним не разберёшься.

Подсветив себе вмонтированным в звонилку фонариком, инспектор уверенно рванул напрямую, через решётку. Едва протиснулся, как сумрак сбоку нетерпеливо зашептал голосом Козьмы:

— Ну чё? Изловили?

— Изловили. Пошли, посмотришь. Близко не подходи. Глянул — и брысь отсюда. Не до тебя будет!

— Охти!.. — поразился домовой. — А Машка врала, что вы его много дён найти не могли.

— Прибью, — зловеще прошипела пробравшаяся следом кицунэ, понимая, что увязавшийся мужичок может наболтать лишнего и выставить её перед Ивановым в невыгодном свете.