Чтение онлайн

– Вэйлр, в самом деле, – не без раздражения вклинился Литин.

Капитан потянул носом и поморщился.

– И от второго паленым потянуло. Что, сынок, тоже черти огонь разжигают, или мое вино боком вышло?

Бонг, не произнося ни слова, поднялся со своего места и демонстративно подтянул вверх рукава. Лоет вскинул руки, захохотав:

– Все-все! Я чувствую себя отомщенным, я удовлетворен! Держите этот проклятый кусок бумаги. – Вэй достал из-за пазухи футляр и бросил на стол. – Уверен, Биглоу в преисподней уже руки потирает, поджидая новых дураков, готовых сунуть головы в зад дьяволу. Вперед, мальчики!

Удостоил его мрачноватого взгляда только Альен, обозначивший едва заметным кивком согласие с Лоетом. Бонг уже ни на кого не обращал внимания. Он открыл футляр и вытащил карту. Лекарь не в первый раз пытался разгадать, что написано на обратной стороне. Впрочем, если быть точней, он пытался проверить, действительно ли там что-то написано, или все это выдумки морских разбойников, порой чересчур суеверных для столь циничного отродья, коим многие являлись.

Альен Литин не мешал колдуну. Он уже давно махнул на карту рукой, отчаявшись что-либо найти на ней. Молодого человека больше занимало другое.

– Вэйлр, – позвал он капитана, нагнувшегося над плечом Бонга.

– Ты сопишь мне в ухо, – лекарь, не глядя, ухватил Вэя за подбородок, поднял его голову, вынуждая смотреть на Альена.

Лоет мотнул головой, освобождаясь от захвата, скривил гримасу, показывая, что думает о своем старом друге, и наконец уделил внимание Литину.

– Что? – спросил он.

Альен устроился поудобней, отодвинул стакан с остатками вина и снова посмотрел на Лоета.

– Что это за морские стражи? – спросил молодой человек. – В архиве мы с Тиной толком ничего не нашли.

– Выдумки, – отмахнулся Вэй. – Парни чего только не придумают, чтобы почесать языками. – Лоет покосился на карту, но ладонь Бонга тут же недвусмысленно прижала ее к столу, и капитан проворчал: – Колдун, ты уже дымишься.

– Отстань, – отмахнулся господин Тин, вновь отключаясь от двух разговаривающих мужчин.

Вэй погримасничал над его затылком, после взял лист бумаги, грифель и поманил за собой Альена. Молодой человек послушно поднялся на ноги. Но в это мгновение «Счастливчик» встретил волну побольше. Альена качнуло, он не удержался и снова упал на стул, задев стакан с вином и разлив его. Бордовая лужа потекла на карту.

– Дьявол! – воскликнул Лоет.

Бонг пробормотал что-то нелицеприятное на своем языке и, подхватив карту, поспешил к дверям, вынося ее на воздух. Литин виновато смотрел вслед колдуну, затем перевел взгляд на капитана и потупился, чувствуя себя чрезвычайно глупо. Вэйлр уже готовился съязвить, уколов «безупречного» Альена, однако дверь открылась снова, и в каюту вошел Бонг. Не глядя ни на кого, он подошел к сундуку капитана, достал вино, вынул пробку зубами и щедро плеснул на карту с обратной стороны.

– Мое вино! – воскликнул Лоет.

– Наша карта! – опешил Литин.

– За мной, – мотнул головой Бонг и снова вышел из каюты.

Переглянувшись, Альен и Вэйлр последовали за горастанцем. Они нашли Бонга на палубе. Он поднял карту навстречу солнечным лучам и ветру, просушивая ее. А когда двое мужчин приблизились, колдун повернулся к ним.

– Дьявол меня дери через колено, – выдохнул Лоет, глядя, как ветер подсушивает бумагу, и на недавно еще чистом листе преступают строчки.

– Гарпун мне в печень, – хрипло произнес Альен. – У нас получилось.

– Как хорошо, что ты растяпа, – Вэй взлохматил волосы Литину.

– Это вышло случайно, – буркнул молодой человек, мотнув головой. – Как под руку толкнули.

– Угу, Бес – паскуда, – кивнул Лоет. – Давно кровавую жатву не собирал. Ну что там, Бонг?

– Я не знаю этот язык, – покачал головой лекарь.

Лоет отнял карту, некоторое время внимательно рассматривал письмена, даже повертел, пытаясь прочесть с разных сторон, но не преуспел, ругнулся и сунул лист Альену.

– Ты у нас Умник, ты и думай, а мне вредно. Могу попортить идеальное содержимое своей головы лишней ерундой, – усмехнулся капитан.

Литин взял в руки карту, рассмотрел и улыбнулся. Он вдруг понял, что Лоет в своей излюбленной манере сделал ему комплимент, давая возможность проявить себя. То, что это шифр, было ясно с первого взгляда, а Альен как-то обмолвился, что его отец с детства увлечен составлением и разгадыванием шифров и сына пристрастил к своему увлечению. Они много раз оставляли друг другу послания, в которых никто другой не мог разобраться. Сначала – в виде игры, а после обменивались шифрованными письмами по делам своей компании. Лоет, вроде бы не слушавший, о чем разговаривают его дочь и молодой человек, оказывается, запомнил.

– Я заберу это с собой, – сказал Альен, удаляясь в капитанскую каюту.

– Только не забудь, что тебе сегодня гонять Сопляка! – нарочито громко крикнул капитан, заметив, что дочь уже пару раз на них оглянулась.

– Мне больше нравится прозвище Стрекоза, – усмехнулся Литин.

– А ты мне больше нравишься за бортом, – фыркнул Вэй. – Но я же держу себя в руках.

Альен остановился и развернулся, глядя на Лоета с добродушной усмешкой.

– Вэйлр, как с вами уживается ваша жена? – спросил молодой человек.

– Любит без памяти, – тут же ответил капитан.

– А как вы сами с собой уживаетесь?

– То же самое, – важно кивнул Вэй и хохотнул, махнув на Альена рукой. – Займись делом, сынок, быть может, ты откроешь нам нечто важное. – Он некоторое время смотрел вслед удаляющемуся молодому человеку, затем нашел взглядом раскрасневшуюся Тину, постигавшую науку работы на корабле уже без всякого баловства, усмехнулся и проворчал: – Стрекоза… – А затем вдруг добавил: – Зятек у меня тот еще выдумщик.

Опешив от сказанного, капитан «Счастливчика» округлил глаз, шлепнул себя по губам и ринулся на поиски жертвы, чтобы выместить на случайном бедолаге досаду от произнесенных слов.

Альен Литин вернулся в каюту Лоета, уселся за стол и погрузился в изучение шифра. Через некоторое время молодой человек заметил, что буквы, цифры и символы начали бледнеть. Поначалу он подумал, что ему это кажется из-за того, с каким тщанием он вглядывался в шифр, но, когда одна из строчек стала еле различима, Альен схватился за грифель и бумагу, переписывая послание Ларса Биглоу. Молодому человеку казалось, что он еще никогда так быстро не писал. Однако, прежде чем успела исчезнуть последняя строчка на просохшей бумаге и обратная сторона карты стала вновь чистой, Литин успел даже перепроверить то, что переписал.