Чтение онлайн

И в родной среде по разным «ТЗ от Иоффе».

На пока ещё работающем ноуте и настольнике в НИИВТ.

Пока ещё пашут..

Так что некие две бифуркационные точки личной жизни вот здесь, вот прямо сейчас..

С одной — семейной жизнью, вроде определился и действую как надо:-) как и все, а вот со вторым обстоятельством, в отличие от того же гения, над проблемой которого сейчас думаю и даже в отличие от тех же Ляпунова, Шуры-Буры, Неймана… я — как был, так и остался быдлокодером.

Да, очень натасканным и с кучей практических навыков. Но по прежнему узкозаточенным.

Спящим и видящим, как пойдёт массовое производство интегральных схем и компиков с восьмиразрядными процессорами, чтобы «рвануть и делать» на всём этом свой первый… почему бы и нет… миллиард?

Я ведь до зубовного скрежета хочу сочинять игры. Чтобы безумно на них прославиться и разбогатеть… вот и всё.

Уже весь в предвкушении и даже начал накидывать на изначальном закладываемом в М-4 (и расширенном, до уровня Z80!) с его «текстовым дисплеем» несколько игр.

Тетрис, который всё тут будут знать как «тетрамино» (мне нравится сие название больше) и Lode Runner..

Есть кучка идей других игр, которые можно соорудить, изощрившись, даже в единственном текстовом видеорежиме. Лихое будет начало..

Вот моё главное отличие что от коллег в СССР, что тут, в США — от Неймана, и другого гения.

Настоящие гении. В отличие от меня, которому повезло родиться позже.

И если судьба к первому была благосклонна. то… второму просто не повезло. Времена такие сейчас, не толерантные.

Они знакомы давно. Ещё, как оказывается, с довоенных пор. Таки мир тесен. Фон Нейман, гений номер один, познакомился со вторым за несколько лет до войны, в Принстонском универе.

— ..Я предлагал ему тогда поработать вместе над проблемой интеллектуальных машин, но он предпочёл вернуться в Англию. Алан какое — то время занимался у англичан криптографией, но, как вы, Никита, понимаете, он не очень — то распространяется на эту тему. Но важно то, что получив самые первые, отрывочные и скупые общие сведения о русских вычислителях, он разработал доклад… с названием «Proposed Electronic Calculator», многие идеи которого пересекаются с теми, которые были заложены в ваши М-1/2/3. Именно он был тем, благодаря которому в Великобритании, используя военный союз с СССР, также приобрели ваши вычислители. Вы что — то знаете о нём, о его вкладе в историю… «оттуда»?

— ..Точно слышал про его работы по расшифровке сообщений немецкой шифровальной машины «Энигма».

Тут я, отвечая создателю (в моём мире) «Неймановской архитектуры», слегка покривил душой. Знал про жизненный путь и достижения Алана «там».. я несколько больше.

— И, представляете, немцы тоже вели свои работы по вычислителям. Фамилия Цузе вам что — то говорит? Я имею в виду в 21 веке?

— Да, фамилию слышал. «Там». Но и только. Зато «здесь», чуть — чуть больше.

— ?? — Нейман оживляется.

— Немцы в начале войны захватили одного из будущих пользователей вычислителей, сотрудника института в Минске, в системе академии наук Советской Республики Белоруссии, из числа первых специалистов, прошедших в Москве курс обучения работе М-1 и заставили его работать на них. Уже после возвращения из плена он подробно изложил нашей спецслужбе известные ему детали работ Цузе, в которых он принимал участие и, благодаря которым, остался в живых. До меня также довели дополнительные сведения про Конрада Цузе.

— Он сейчас работает на англичан. Алан сам рассказал мне об этом.

— То, что он теперь работает на англичан, для меня — новость.

Тогда, в разговоре с фон Нейманом, я лишь посмеялся насчёт таки счастливо окончившихся превратностей судьбы как доктора наук из одного из институтов БССР, так и Цузе. Но и сейчас, несколько дней спустя, по прежнему думаю — как быть с наглом?

Из того, что услышал от «отца архитектуры из иной истории», и обмолвок самого Алана, я сделал вывод, что англичанин, несмотря на все свои гениальные и вполне при том практические прозрения и замыслы, испытывает некоторые преувеличенные надежды насчёт использования вычислительных машин в качестве создания неких… аналогов искусственного мозга. Или хотя бы попытки его моделирования.

Я то знаю, сколько (100 млрд, «Карл»!) нейронов в мозгу и какие скромные успехи даже у столь распиаренных в моё время нейросеток по сравнению с не существующим даже в 21 веке ИИ.

О котором, может, и бродят идеи у Тьюринга сейчас. Очень на то похоже..

Да, да, да. Судьба именно этого гения заставляет меня уже несколько дней терзаться моральным выбором.

— ..Милая Марго, мне нужен твой совет..

Жена подошла к проблеме, которую я обрисовал ей общими красками и без совсем уж живописных деталей, сугубо по деловому, предложив переложить проблему на других:-)

— Если это тебя так беспокоит, просто расскажи человеку из посольства, который контролирует тебя. Пусть в Москве думают, как поступить. Или вообще ничего не делать. Может, невмешательство в ход событий тут будет лучшим для всех..

Тоже верно. Переложи бремя решения на других:-)

С фон Нейманом, кстати, много интересного намечается. Причём слушает он меня не менее внимательно, чем наши в СССР. И также ловит любые крохи, старательно направляя мою память.

Стоило мне только вспомнить про то, какие уже качественные прогнозы погоды дают в будущем на несколько дней и даже недель вперёд..

Погода… да, её прогнозы. Численные методы и применение тут ВТ!

Кто бы мог подумать, что научные интересы фон Неймана столь разнообразны? Стоило мне вспомнить, в ответ на его наводящие вопросы, эпизод из жизни отца, как он ухватился за идею, прозвучавшую там.

— ..Пожалуй, я кое-что помню насчёт прогнозов погоды и расчётов для них. Это было, со слов моего отца, в 1990 — м. Он тогда только начался учиться после школы в учебном институте в городе Пермь, который сейчас называется… сюрприз.. — Молотов! И где сейчас расположен наш НИИВТ… в общем, на одном из первых занятий курса информатики, который вёл у его курса физического факультета… доктор наук… даже фамилию помню… некто Симановский Илья Борисович, которому тогда было, видимо, лет сорок с чем — то и он, приводя примеры из жизни и науки рассказывал аудитории, как где — то в начале 70-х работал на советском компьютере БЭСМ-6 с быстродействием примерно в миллион операций в секунду и объёмом оперативной памяти… по моему, то ли 100 с чем — то, то ли 200 килобайт. И сей доктор наук приводил пример, что именно на подобных машинах, используя численные методы, уравнения Эйлера и математическую модель, основанную на текущих данных, снятых в определённом количестве точек Земли, удавалось выдавать вполне приличные прогнозы погоды. Это всё, что я помню..

Фон Нейман тогда крепко задумался и спустя пару минут, видимо испытывая не совсем ясные сомнения, уточнил:

— ..Вы, Никита, ведь сейчас… подсказали определённое направление мне. Не возражаете, если я буду использовать ваши подсказки или… даже лучше, вы сами примете участие в совместной работе?

— Ну вы же знаете мои умения.

— Разрабатывать программу, которая будет считать по модели, тоже кому то нужно. Тем более, вы, в нашем мире, фактически выступаете автором идеи. Пусть за создание модели я и возьмусь сам. Это будет наша работа на паритетных началах. Тем более, как вы тогда говорили — не боги..