Чтение онлайн

— Хэла, пойдём, — он протянул ей руку, помогая встать с песка разрисованного невероятным количеством картинок и наделанных песчанок.

— А ты вернёшься? — Тейла схватила ведьму за руку и надулась.

Хэла посмотрела на Рэтара.

— Вернётся, — улыбнулся он девочке, и та просияла. — Будем к трапезе.

— Увидимся, — ведьма кивнула детям и отряхнула от песка платье.

Они отошли от детей и ведьма спросила:

— Вернёмся к трапезе?

— Да, — ответил феран, ожидая всплеска негодования. — Войр просил и я пообещал.

— Рэтар, — она вздохнула, мотнула головой.

— Хэла, он благодарен, — развёл руками Рэтар. — Он вообще детей уже думал как хоронить. Представляешь, как он счастлив сейчас, а ты отказываешь ему в ужине? Надеюсь ты ешь рыбу? Тут другого нет.

— Я очень люблю рыбу, — ответила Хэла. — Даже интересно какая она здесь.

— Почему я не знал, что ты любишь рыбу? — спросил он. — И почему она может быть другой здесь, мясо же не очень другое, насколько я понимаю.

— Мясо почти такое же, особенно мясо птицы, — подтвердила ведьма. — Но я не очень люблю мясо, но есть же надо. Вот пирог мясной, точнее лепёшка, мне очень нравится. Рыба может быть другой, потому что вода другая, хотя белая комната внесла коррекцию, я помню. А про любовь к рыбе я не говорила, потому что, во-первых, ты не спрашивал, а во-вторых, если бы я сказала, то ты бы меня ею кормил постоянно, а это, как я понимаю, не дёшево.

— Боги, Хэла, — фыркнул феран.

— Я такая, — она повела плечом. — Не нравится найди другую ведьму… и женщину.

— И не подумаю, — улыбнулся Рэтар. — Я в восторге от той, что у меня есть — и ведьмы и женщины!

— Войр не твой брат? — спросила она, после того как очень неоднозначно на него глянула. — Он просто странно отличается от вас, ну, тебя и твоих братьев.

— Потому что он мой тан, — ответил феран.

— Стоп? Что? Он сын Рейнара? — удивилась Хэла, а Рэтар кивнул в знак согласия. — А я всё думаю, почему смотрю на него и вижу Роара. Как так получилось? Разве Рейнар не был помешан на осторожном обращении со своим семенем? А тут сын от наложницы? Войр твой ровесник. Или тогда твой танар ещё не был сведущ во всех тонкостях близости?

— Хэла! — рассмеялся Рэтар, призывая её руками уняться. — Нет. Остановись. Для начала — он не сын наложницы.

— Правда?

— Да. Его мать из корты пекарей. Рэйнар влюбился ещё, когда был мальчишкой. Он хотел обвязаться с ней. Был очень серьёзен в своих намерениях. Его отец, мой данэ, наверное даже разрешил бы это. Он был мягким, и очень любил Рейнара.

— Думаю твой отец был не в восторге, — предположила ведьма и Рэтар согласился.

— Да, но его это забавляло, — мужчина пожал плечами. — И ему было не до того. Больше всего можно было переживать из-за их матери — матэ была жестокой, упрямой, злой. Отец был весь в неё, кстати. И вот Рейнар всегда очень… болезненно воспринимал её мнение. Но однажды на благословение Изара Рейнар и та девушка не сдержались и…

— И она забеременела?

— Да, — подтвердил феран. — Мой отец тогда сказал, что это его ребёнок.

— Ого, благородно как, — она повела головой и ухмыльнулась. — С пометкой небось?

Рэтар нахмурился и посмотрел на ведьму с вопросом.

— Ну, судя по тому каким был твой отец, он потом припомнил это своему брату, — пояснила ведьма. — Типа “а вот помнишь, как я…” ну, и понеслась.

— Да, — ответил он и Хэла захихикала. — Но это в целом было не важно. Девушка умерла в родах, ребёнок сначала был у кормилицы в Кэроме, а потом его взяли в дом. А к обряду имени матэ уже умерла, так что Войр получил побочное имя Горанов от своего отца, а не от моего.

— Он рос с вами? — уточнила Хэла.

— Да, я с ним был дружен, — проговорил Рэтар. — Мама хорошо относилась к нему. А когда отец забрал меня, то Войр в итоге стал фором Рейнара и уже тиров в десять тоже оказался на войне.

— И на войне тоже вместе? — улыбнулась она.

— У нас была банда, — ответил феран, ухмыляясь.

Хэла расхохоталась. И Рэтара втянуло в воспоминания, которые казалось он уже давно внутри себя выкинул, похоронил, забыл. Он тоже усмехнулся.

— Мирган, а он тоже рос в доме с нами, и Войр постоянно что-то придумывали и творили, всегда попадали в передряги, а я был с ними, потому что — был у них гласом разума и старался привести их безумные идеи к чему-то хотя бы не смертельно опасному, а Тёрк в итоге нас всех спасал. Попадало от него всем троим.

Хэла смеялась заразительно и открыто. Рэтар тоже рассмеялся.

— А как он потерял ногу? — спросила она, когда немного успокоилась и вытащила ферана из воспоминаний о своём военном детстве.

— За два дня до того как меня ранил орт, я вытащил Войра из боя, — ответил Рэтар. — Его ногу орт раздробил. Может тот, которого я убил, а может другой. И его положили в лекарскую. А потом и меня к нему. Пока лежали, ждали помощи, нога почернела и её отрубили, чтобы спасти его жизнь. А через день прорвали окружение.

— Почему он здесь? — поинтересовалась Хэла. — Странно. Он жил с вами, воевал с вами, а оказался тут. Словно ты его сослал.

— Нет, — феран нахмурился. — Нет. Просто ему всегда нравилось море. Открытая вода. Он изучал книги, говорил с моряками. Ему нравились корабли, лодки, его всегда к этому тянуло. А потом он познакомился с Лэйтой. Это было, когда Рейнар отдал наш флот и мне пришлось отправиться сюда, чтобы сделать опись и… Войр никогда не пропускал каких-то заданий, которые происходили там, где была открытая вода. И в тот раз тоже. Отправился со мной. Она была дочкой старейшины селения Адиры. Такая, с характером.

Феран ухмыльнулся этим словам, вспоминая как эти слова Войр только что сказал в сторону Хэлы.

— Она Войра зацепила, не знаю, — он пожал плечами. — Он больше и не думал ни о ком, да и тут ему нравилось. Рыбаки, моряки, люди воды. Он бы не просил меня его сюда отправить. А я понимал, что ему тут будет легче, поэтому назначил его в Адиру командиром. А оказывается он тут страдал. Лэйта правда его спасла. И Вайла на неё очень похожа.

— Здесь спокойно, — тихо произнесла Хэла. — А почему вода не солёная? Она во всех морях не солёная или только тут?

— Солёная? Что? — он удивился.

— В моём мире вода в океанах и морях солёная, — пояснила ведьма. — Пресная только в реках.

Рэтар в недоумении уставился на неё.

— У нас есть солёная река, называется Вишенра — слёзы Вишен. То есть слёзы богини Вишен, — заметил он.

— Вишня… у меня в мире ягода такая есть, — улыбнулась Хэла. — Река-то большая или так — ручеёк? Сильно богиня рыдала? А почему? Оу, как офигенно!

Она с восторгом уставилась на уходящую в море насыпь. Здесь на берегу было множество лодок адирских рыбаков.

— Это стрела Ниирга, — сказал феран.

— Дай угадаю — бог такой? — приподняла бровь Хэла.

Рэтар лишь пожал плечами и согласно моргнул.

— А туда можно? — она указала на конец насыпи.

— Туда и идём.

Ведьма улыбнулась и радостно побежала до конца косы. Рэтар бы побежал с ней, но феран и бег… Он вздохнул и улыбнулся — радостная Хэла была такой невероятной.

— А что там? — спросила она, когда в очередной раз отпрыгнула от накатывающих на берег волн, а Рэтар как раз подошёл к ней.