Чтение онлайн

По хаосу потянулись тонкие ниточки света. Земля дрогнула и ушла из-под ног, так что Родерик упал кувырком, но поднялся и побежал снова. Твари метались у стенки огня, и Родерик швырнул туда магией, добавляя свое заклинание и усиливая защиту. А свет сплетался в узоры, соединяясь в сплошную сеть и пронизывая туман.

Небо вдруг распахнулось над ними и показалось невыносимо ярким и голубым после бесконечной серости. Солнце уже клонилось к закату, облака собирались в тучу. Вот руины шестого поста, а там, за стеной огня, значит, сердце.

Неужели у них получилось?

***

Выдохнув, я оторвала ладони от артефакта. Голова слегка кружилась и гудела, и хотелось просто упасть на сердце хаоса и уснуть.

– Все, – сказала я. – Наверное. Не знаю, что из этого выйдет…

Я обернулась, но никого не увидела. Сглотнула горькую слюну с привкусом пепла, протерла глаза, которые нещадно щипало от слез. Погасший фонарь валялся возле артефакта, и я осталась совсем одна.

– Джаф? – позвала я. – Айрис?

Туман быстро рассеивался, на серой земле виднелись пятна крови, разбитое стекло светильника.

– Так нечестно! – выкрикнула я, и мой голос задрожал от обиды. – Айрис! Верни его!

На миг мне показалось, что в исчезающем тумане мелькнули две фигуры, бредущие вдаль. Высокий широкоплечий мужчина держал за руку хрупкую девушку, мерцал светлячком огонек фонаря, а посох опирался о землю.

– Он сделал в этом мире все, что должен, – послышался тихий голос. – Теперь он нужен в другом.

А ко мне через стену огня шагнул Родерик, и я, поднявшись, бросилась ему навстречу и крепко обняла, боясь отпустить.

Он целовал мои глаза, щеки, губы, гладил волосы, всклокоченные после безумной скачки на волке. На висках Родерика как будто добавилось седины, и я видела в его глазах слезы, но они испарялись быстрее, чем успевали вытечь.

– А волчонок где? – поинтересовался Изергаст, изящно перепрыгнув опадающий огонь. – Умер?

В его шрамах осела копоть, и казалось, что правую щеку изрисовали углем. Слева, за ухом, болталась тоненькая опаленная косичка, но в остальном мастер Изергаст казался невредимым.

– Нет, не умер, – ответила я, вытирая щеки. – Айрис забрала его.

– Твоя маленькая некроманточка, которая в итоге стала путницей, – пояснил Родерик, и Изергаст понятливо кивнул.

– Джаф избранный, – добавила я. – Он поцеловал королеву, отдал ей всю свою силу, и ее сердце забилось. Ты слышал, Родерик? Тук-тук, через весь хаос… Я швырнула в нее пикой. У меня было столько огня! Словно бы ты стоял рядом. А потом Айрис сказала, что у меня есть все, что нужно, и я зарядила сердце хаоса.

– Значит, волчонок отдал все свои силы и умер, – подытожил Изергаст.

– Нет же! – возразила я. – Сперва да, он упал как подкошенный. Но потом я увидела, как он вздохнул.

– Может, показалось? – как будто с надеждой спросил он.

– Не показалось, – отрезала я. – Айрис сказала, он нужен в другом мире.

– В лучшем из миров?

Я обняла Родерика и уткнулась лицом в его шею.

– А где остальные? – спросил он, поглаживая мою спину.

– Эммет! – спохватилась я. – Эммет в разрушенной мельнице!

– Я знаю, где это, – кивнул Родерик.

Он обнял меня крепче и прерывисто вздохнул. А Изергаст прошелся вокруг сердца хаоса, поднял разбитый фонарь и вернулся к пятнам крови.

– Что стало с белобрысым зародышем?

– Погиб, – тихо ответила я, и мои губы задрожали. – Там же, на мельнице. Ника сорвало, и он убил Эрта.

Я зажмурилась, пытаясь прогнать воспоминание и не зная, что было страшнее: дикий смех Ника или красная челка и остановившиеся глаза Эрта.

– Тело сохранило целостность? – невозмутимо поинтересовался некромант, колдуя над фонарем, и осколки стекла быстро соединялись, сращиваясь вместе.

– В смысле? – нахмурилась я.

– В смысле, ему голову не оторвало? – спокойно пояснил он. – Или, допустим, не разодрало на части? Не пережевало тварью хаоса?

– Не говори ей такие ужасные вещи! – сердито приказал Родерик. – Арнелла, любимая, не слушай.

– Его Эммет пытался оживить, – быстро ответила я, облизнув пересохшие губы. – Сказал: сделал, что мог, а он отличный лекарь. Мастер Изергаст! Эрт наверняка целехонький! Но мертвый. Вы можете его оживить?

– Если кто и может, то только я, – самонадеянно заявил он, направившись прочь.

Черный плащ взметнулся за его плечами, и серая пыль слетела облаком, оставив ткань безупречно чистой.

– Родерик! Скорее за ним! – воскликнула я, нетерпеливо потянув его следом.

– Я тебя понесу, – пробормотал он, подхватывая меня на руки.

– Перестань, – смутившись, потребовала я и поймала насмешливый взгляд Изергаста. – Меня не ранили, и я вполне могу идти. Поставь меня назад, Родерик!

– Хорошо, – согласился он, продолжая нести меня по бесплодной серой земле, и прижал к груди крепче. – Немножко понесу, а потом поставлю.

Мы шли к старой мельнице, и без хаоса все выглядело совсем по-другому. Серая пыльная земля, растрескавшаяся от сухости, поваленные безжизненные деревья, камни – пейзаж унылый, но вовсе не страшный. А может, так мне казалось от того, что Родерик держал меня за руку, и рядом с ним я ничего не боялась. Я все же уговорила его поставить меня на ноги, но он упорно переносил меня через малейшие препятствия и не выпускал моей ладони ни на мгновение.

Когда вдали показались стены мельницы, мое сердце забилось чаще от радости, потому что прямо над развалинами висело густое белое облачко, проливающееся веселым дождем.

– Эммет! – закричала я и собиралась припустить бегом, но Родерик меня удержал.

– Арнелла, тебе не стоит бегать, – неуверенно начал он и глянул на Изергаста будто в поисках поддержки.

– Может, это еще и неправда, – непонятно ответил тот. – Но дерзкий зародыш, кажется, жив, уточни у него.

Я так и не поняла, о чем они, а в голове билась одна только мысль – Эммет жив.

Он лежал на жерновах, лицом к небу. Дождь вымочил его насквозь, стекая ручьями по лицу, смывая кровь и грязь. Рядом со старым шрамом появился еще один, рубашка порвалась в клочья, и один ботинок куда-то подевался, но в его глазах по-прежнему было море.