Чтение онлайн

— Е-мэйл? Вот так вот прямо? И о чём он был?

— Натянутая Тетива через адрес инспекции по строительству написал мне о том, что кандидат найден, и пришло время Третьего Испытания. В котором могу принять участие только я.

Холодок пробежал по спине.

— А как твою жену зовут? Не Серебристая ли Поросль?

— Она самая! Мне осталось найти в этом городе Кандидата В Младшие Мужья. Кстати, он твой тёзка. Его зовут Чан, Великолепный Чан.

Последнее предложение он сказал на китайском. Что, он и китайский понимает?

— Великолепный Чан перед тобой, — я тоже перешёл на китайский и отвесил короткий поклон.

— Ха! Ты — Великолепный Чан?! Ха-ха! — Серёжа-яогай рассмеялся в голос.

— Что смешного? — возмутился я.

— Извини, но мои соплеменники явно ошиблись. Тебе не пройти Третье Испытание. Ты неплох и умён, но тебя даже ци сейчас нет. Тебе никогда не стать вторым мужем моей жены.

— По правде сказать, я и сам-то не особо хочу. Но, как мне сказали, того требует дипломатический протокол.

— Требует, — кивнул яогай.

А глаза его снова вспыхнули красным.

— Так в чём же будет заключаться Испытание?

В ответ Серёжа-Яогай хлопнул стаканом по барной стойке.

— Пей! Сейчас уже не отвертишься. Следующие сутки ты будешь пить ровно столько же, сколько я!

Сперва я усмехнулся. А потом понял, что он имеет в виду.

Перепить огромного рыжего бородатого русского мужика, в которого вселился огненный демон? Это и есть моё Третье Испытание?!

Чёрт возьми, я не знал — смеяться или плакать.

Смеяться — что это оказалось лучше каких-нибудь демонических пыток с протыканием конечностей раскалёнными прутами, купания в кипящей ртути или чего такого, что я успел уже себе нафантазировать.

Плакать — потому что я был в теме, понимал нашу разницу в весовых категориях, и вообще… генетика была совсем не на моей стороне! Все эти ацетальдегидрогеназы, или как там ферменты по расщеплению алкоголя… У русских с этим всё намного проще!

С другой стороны — в отличие от местных я хотя бы понимал, как закусывать.

На всякий случай переспросил:

— Что, это и есть испытание?

— Ага! Пиво! — прогремел Серёжа-яогай и снова стукнул кулаком по барной стойке.

Ну, пиво, скажем, я ещё выпью, а если вовремя закусывать — может, и нормально перенесу.

— Пиво? Хм… Ну ладно. Переварти, мне, пожалуйста, лагера какого-нибудь, светлого…

— Нет! Тёмного! Стаут, самый дорогой!

Он же, зараза, ещё и разбирается! Научился, поди, во время поездки на историческую родину своего сапога?

Переварти, уже к тому времени несколько успокоившаяся — видала и более буйных — вернулась за барную стойку и вопросительно мне кивнула.

— Давай стаут, — мрачно кивнул я.

А в голове тут же возник светлоликий образ Сян — в строгом таком костюме, сказавшей нравоучительно: «чрезмерное употребления алкоголя вредит вашему ци!»

Ну, кружечку я выпил. Чёрт, да мне даже понравилось! После всех тех дистиллированных водичек, морсиков, фрешей, чаёв для похудания и тому подобного.

— Вторую! — скомандовал Серёжа.

— Давай хоть закуски вам принесу, господин чёрт? — предложила Переварти.

— Не-е! Нахрен! Закусон — для лохов! — ответил он по-русски. — И курева дайте!

С этими словами достал из кармана пуховика промокшую, мятую упаковку «Беломорканала», бросив на пол. Судя по всему, с повышением дозы алкоголя происходило кратковременное вавилонское смешение языков. Я вынужден был перевести:

— Охотничий Пёс сообщает вам, что лишь невежда станет заедать божественный напиток. И просит принести курительные принадлежности.

Тям, смекнувший, что плохой мир лучше хорошей войны, тут же протянул сигарету и зажигалку.

— А тебе-то принести? — спросила полушёпотом Переварти, пока тот закуривал.

— Ага! — также полушёпотом ответил я.

Через минуту она поставила на краешек стола шашлычки из креветок, я быстро сунул в рот и, разумеется, спалился

— Что-о?! Мухлюешь?! — прогремел Охотничий Пёс, с прищуром уставившись мне в морду и дыхнув пивным перегаром и куревом.

— Я толком не завтракал! — не дрогнув, соврал я.

Глаза вспыхнули красным.

— Врёшь! — гаркнул он, но после затянулся и вдруг кивнул. — Ладно! Сделаю поблажку, учитывая нашу разницу в строении организма! Дам тебе фору, как говорят людишки. Но только один раз! Сожри ещё одну порцию трупов этих мелких никчёмных беспозвоночных!

— Не, я хочу честно. Давай и ты. Чтобы уравнять шансы?

Яогай удовлетворённо кивнул.

— Не, я сегодня завтракал! — сказал он и достал из кармана обглоданные, скомканные хвост, хребет, потроха и голову какой-то крупной рыбины. Сдавил дополнительно и кинул в ведро. — Помню, солнце встало над горизонтом, а я плыл уже вторые сутки — думаю, пора бы и подкрепиться! Взял я и позвал рыбу, приплыла, сырая, поймал голыми руками и сожрал!

Пиво вскоре было допито. Разумеется, с двух кружек я не упал и не свалился, хотя мотало меня уже из стороны в сторону весьма изрядно.

Если бы это был конец испытания — я его, конечно же, вытерпел. Но вот только что-то мне подсказывало, что это не конец. Что впереди ещё несколько этапов.

Хоть бы один этап. Ну, максимум — два. Бог любит троицу, так? Вот, уже и поговорки старые стали вспоминаться…

— Ну что, спасибо этому дому — пойдём к другому, — кивнул яогай Серёжа, выудил из кармана куртки тысячную бумажку и кинул на стол. — Чаевые, как полагается! Теперь нам пора!

Он не то хлопнул меня по спине, то ли попытался схватить за шиворот и потащить за собой — ну я быстро одёрнул руку, вышел вместе с ним под палящее солнце, сказал:

— Окей, идём. И куда теперь?

— Проткнём этот город! Ты знаешь, мой сапог однажды проткнул Москву, да! Теперь я хочу это повторить это здесь. С тобой!

— Что это значит? — нахмурился я, но что-то уже вспоминалось.

Сам я, если брать моё сибирское прошлое, обильными барными излияниями никогда не занимался — и денег на такое не было, и времени, и желания. Но знакомые рассказывали.