Чтение онлайн

— Вот так он выглядит.

Она раскрыла фотографию, на которой был запечатлен камень, похожий на обломок кирпича. Ничего примечательного в нем не было, увидь такой где-нибудь — прошел бы мимо.

— Это очень важный камень, он преобразует волновое течения силы и меняет их полярность, именно на этом эффекте основан весь ритуал, который может уничтожить Архитектора.

— И в чем проблема? — не понял я. — Он стоит дорого? У нас есть деньги. Не беда.

— Проблема не в деньгах, — хмуро ответила Смит. — Этот камень рукотворный, его может создать только мастер, обладающий очень глубокими знаниями в области геммологии и менталистики. И проблема в том, что «янтарного генезиса» нет в Москве. Он имеется только у одного человека.

Телефон Смит пиликнул, она достала его, показала знаком, что должна ответить.

— Да это… слушаю… так… да… именно сейчас?.. хорошо… буду…

Положила трубку. На ее гладком лбу появилась глубокая морщина.

— Император вызывает.

— Сам? Лично? — удивился я.

Смит пожала плечами.

— Редко конечно, но и такое бывает. Может быть, совещание какое-то при министерстве образования?

— Это шанс! — вдруг просиял я. — Вы можете сообщить Императору о наших делах!

— Что?! Сообщить? — Смит растерялась. — Да он же слушать меня не будет!

— Будет, — произнес я и Харуко со Смит вопросительно посмотрели на меня. — Просто скажите, что есть информация от Пушкина.

— Александр, я не совсем понимаю…

— Я прошу, не задавайте вопросов — я не смогу на них вам ответить. Но сообщить про Архитектора ему нужно. И про то, что у нас есть план по его уничтожению.

— Император знает про Архитектора? — одними губами спросила Смит.

Я промолчал.

— Хорошо, — кивнула Смит, поняв, что от меня никакой конкретики не будет. — Я постараюсь.

— Что насчет камня? — вернул я беседу в нужное русло. — Почему это для нас проблема? Я не понимаю.

— Человек, который может создать «янтарный генезис», живет в другом городе. И получить камень удастся, только встретившись лично — никаким посылкам он не доверяет. Такой уж он человек, признаться, очень странный. Александр Кох — так его зовут. Но он мой хороший знакомый. Если я передам через вас ему письмо и гарантии, то, думаю, он вам поможет.

— И куда же нам нужно отправиться?

— В Нижний Новгород, — ответила Смит.

Я присвистнул. Далековато.

— Хорошо, — ответил я. — Съездим. Выбора у нас все равно нет.

После недолгих обсуждений мы решили, что отправимся туда поездом.

— Это единственный транспорт, который едет до тех мест.

— Подождите, вы же сказали что это город. Разве до Нижнего Новгорда едут только поезда?

— Верно, — ответила Смит. — Но Кох живет не совсем в городе — рядом. Что-то вроде пригорода. Выйдете на станции «Самодержец», дойдете до почтового пункта, там возьмете двух лошадей…

— Постойте. Каких лошадей?!

— На которых хватит денег, — просто ответила Смит. — Но сильно дорогих не берите, они все одни, только у дорогих хвосты чесанные да в ленту заплетенные. Я понимаю, что звучит это очень странно, но к Коху иначе не попасть — он живет в горах. Отшельник. Аскет. Ушел от мирской жизни подальше в дебри.

— А других варрантов достать эти камни нет? — растеряно спросила Харуко. — Неужели во всей Москве не найдется торговца, которой торговал бы таким товаром?

— Вот именно, что нет, — вздохнула Смит. — Кох — последний геммолог-менталист, обладающий редкими знаниями. Больше таких не учат — особой нужды в них теперь нет. А, как оказалось, вполне еще нужны. Хорошо, что еще Кох остался, и я его лично знаю.

— Это ваш ученик?

— Не совсем, — уклончиво ответила Смит.

И будь я проклят, если не увидел, как ее мраморно-белые напудренные щеки едва заметно порозовели, а взгляд смущено скользнул в сторону.

— Это мой давний знакомый. Мы с ним вместе учились в институте по молодости, еще до моего знакомства с мужем. Ах, студенческая пора! Потом наши пути разошлись. Одно время Кох был на службе Его Величества, еще при Иване II, а потом вдруг резко бросил все свои дела и стал отшельником. Надеюсь, с ним все в порядке и он в полном здравии.

— Я тоже на это надеюсь, — кивнул я. — Потому что если мы не найдем его, то…

Я прикусил язык, не стал договаривать, чтобы не нагнетать атмосферу. Но за меня это сделала Смит:

— Тогда все мы погибли… — произнесла она и комната погрузилась в скорбное молчание.

Смит дала нам подробные инструкции как найти Коха, написала для него послание, запечатала конверт именной печатью. Потом осторожно спросила о том, чтобы вместо меня к нему поехал кто-то другой. Но я отказался. Такое важное дело я не могу доверить никому. Смит спорить не стала. Харуко тоже сказала, что поедет со мной.

Мы купили через интернет билеты на поезд, примерно высчитали время, за сколько доедем до места назначения. На поезде доберемся за шесть часов. Плюс пара часов на лошадях. Если все будет идеально, то сегодня глубокой ночью мы должны будет уже вернуться обратно.

Как же я заблуждался…

— Я буду вас ждать, — произнесла Смит. — Пока вы ездите, я рассчитаю все формулы как можно точней.

Я видел в ее глазах надежду и это радовало меня и обнадеживало.

— Вернусь с совещания, на которое меня пригасил Император, обязательно тебе наберу, — сказала Смит.

— Спасибо, — кивнул я. И, глянув на часы, сказал: — Нам пора.

— Счастливого пути! — пожелала нам Смит, и мы отправились в путь.

Добрались до вокзала довольно быстро, хотя я ожидал долгих пробок. Взяли билеты, сели в поезд. Удалось занять неплохие места в плацкарте, где кроме нас сидел еще одни человек — седой старичок, мирно посапывающий над газетой со сканвордами.

Поезд дал гудок, тронулся. Пейзажи за стеклом начали медленно сменяться один на другой, прошли центр, промышленные районы, выехали в лесистые местности.

Как оказалось, самый трудным было просто сидеть и ждать, когда поезд домчит нас до нужной станции. Первое время мы тихо разговаривали с Харуко. Она поведала мне о себе, о Токио и о том, как там хорошо. Потом проснулся нас сосед и принялся назойливо предлагать выпить коньку, который он взял с собой. Мы отказались. Дед обиделся, отвернулся к окну и принялся дальше гадать кроссворд, слюнявя карандаш.

Мы решили выйти в тамбур — просто чтобы отдохнуть от надоевшего спутника. Там же не заметили, как начали жарко обниматься и только проходящая мимо старушка, отчитавшая распоясавшуюся молодежь, заставила нас взять себя в руки.