Чтение онлайн

Кстати, я сохранил инкогнито. Ходил в бронескафе, а бывшим пленным сказал, что я наёмник: мол, наняли их освободить. Сообщил также, что отдаю им все боевые корабли, а себе забираю станцию, это моя оплата за работу.

Потом я ещё дважды спускался на челноке на планету. В ангаре теперь проживали три десятка человек. Матрасы и постельное бельё я взял со склада станции, установил пищевой синтезатор и кабинку санузла. Когда прибыло грузовое судно, сети стояли у трети, а у остальных я только успел убрать маркеры. Ну что ж, я этого ожидал. Пора работать.

Диспетчерский искин станции отправил запрос тем кораблям, которые ещё не были под моим контролем – мол, им приказано прибыть на станцию, – и выдал маршруты для швартовочных узлов у шлюзовых. В этом приказе не было ничего необычного, поэтому корабли покинули свои патрульные маршруты и направились к станции.

Прибыли они, как и ожидалось, куда быстрее судна: этому крепышу требовалось больше времени, чтобы доползти. Я посетил все корабли под видом техника – и всё, они стали подчиняться мне. Команда тихо уснула: в систему воздуховодов был подан сонный газ. Ещё два баллона я подготовил для станции, но столько народу уничтожать нежелательно. Пропустим их через капсулы – и вниз, пусть обживаются. Это кто выживет. Искинам средних крейсеров я отдам приказ на уничтожение команд, там уже всё готово.

После того как судно встало на парковке (о стыковке тут никто и не говорит, погрузка идёт с помощью грузовых ботов и двух малых буксиров), я направился на челноке, приписанном к станции, к борту судна. Диспетчерский искин предупредил о моём прибытии, и меня ждали. Ну и началась работа: из трюмов выгружали пустые контейнеры, с тем чтобы после подавать уже полные, с картриджами для пищевых синтезаторов.

Десять минут работы – и искины грузовоза под моим контролем. После этого я начал отдавать приказы, и искины их выполняли. На станцию начал подаваться газ, дроиды под управлением искинов собирали тела и свозили их на грузовых платформах в места содержания, два больших ангара, где их охраняли боевые охранные дроиды. Экипажи обоих крейсеров были уничтожены. Команда судна, состоявшая из одиннадцати человек, пополнила состав пленных в одном из ангаров станций.

На этом наше затворничество закончилось. Врач стал работать в медсекции, занимаясь извлечением сетей у пленных, которых ему доставляли, словно на конвейере. Десанту я выдал боевые скафы и бот. Пилоты, получив фрегат и лёгкий крейсер, начали патрулировать систему, остальные готовились. Я же начал сворачивать дополнительные модули, в которых находились фабрики. Искины, управляя ботами и дроидами, освобождали трюм грузового судна от контейнеров. Часть контейнеров я заполнил картриджами.

Тех из охраны системы, кому удалили сети, спускали на ботах на планету, а оттуда поднимали пленных республиканцев. Солдаты в бронескафах, управляя парочкой боевых дроидов, легко захватывали поселения, освобождая рабов и уничтожая аборигенов при любом сопротивлении.

Тела с обоих средних крейсеров доставили на станцию, где было семь операционных капсул: две работали по извлечению, пять – по установкам. Когда медиков прибавилось, запустили и операционные капсулы на крейсерах. Прежде всего сетями усиливали пилотов: кто-то же должен увести отсюда корабли с людьми. Командование принял один из полковников, которому тоже поставили сеть.

Таким образом, все корабли приняли, и постепенно они обзавелись командами. Власть на планете поменялась: теперь гнобили аборигенов, а наши скинули ярмо рабов и наложниц и, заселившись в дома, ожидали эвакуации. Бывшие рабы серьёзно проредили аборигенов: как доложил мне искин СБ, две трети точно уничтожили, а это почти семь с половиной миллионов человек.

Чуть позже мы встретили контейнеровоз и захватили его: к тому времени у нас уже был взвод солдат при бронескафах. Потом взяли и тюремный транспорт, освободив пять тысяч наших, тоже из флотских.

Вот тут и начинались проблемы. Республиканцев на планете несколько сот тысяч, и нет возможности вывезти всех. Полковник на мои судно и станцию не претендовал. Он просто отправил два корвета в сторону территорий республики в надежде, что оттуда пришлют помощь и суда для вывоза людей.

Это ещё не всё. По моему совету он сформировал две боевые корабельные группы. В каждую вошло по лёгкому крейсеру и по два малых боевых корабля. Их задача – поработать на транспортных коммуникациях директората, захватывая гражданские суда и приводя их сюда. Мы включим их в состав каравана, что будет вывозить наших.

Станцию я сворачивал месяц, и это ещё быстро, если учесть, что на станции был всего один убитый комплекс инженерных дроидов и два технических. С трудом, но всё уместилось в трюмах. Все контейнеры, которые можно навесить на обшивке, я забил пищевыми картриджами, остаток забрали освобождённые. Я отдал им все хирургические капсулы, их разместили на средних крейсерах. Врачей прибавилось, и уже шести сотням человек установили сети, многим из них я поставил метки.

За этот месяц боевые группы неплохо поработали и привели девять судов, из них семь средних, включая один лайнер, на который отправили весь женский пол из республиканцев, и одно большое. По прикидкам уже половину народу вывезти можно, и всё благодаря большому судну: оно могло взять пятьдесят тысяч человек, благодаря тому что в трюмах имелась система жизнеобеспечения. Без комфорта полетят, но вывезти можно.

Пора было прощаться. Я ожидал, что меня могут остановить, но нет, мне дали спокойно улететь. Одновременно со мной ушёл и караван судов в сопровождении одного среднего крейсера и трёх малых кораблей. Небольшая охрана, да, но нужно вывести хотя бы половину, иначе сгинут все, если директорат, разобравшись, что происходит, перекинет сюда флотские силы.

Всех пленных, у кого не успели изъять сети, с моей станции спустили на планету, в одно из больших поселений, и держали там взаперти. Установив в одном из зданий шесть капсул – две хирургические, а остальные лечебные, – убирали маркеры из тел и снимали сети у пленных, накапливая запасы. Что дальше, не знаю, но развернулись наши хорошо, молодцы.

А я спокойно долетел до границы, где уже действовали глушилки гипера, на разгонных пересёк её (пограничники так и не прилетели) и, разогнавшись, снова ушёл в гиперпрыжок. Сделал два промежуточных выхода и спустя двенадцать дней после отлёта с Гетто вышел на окраине нужной системы империи Аббан.

Пока я по выделенному диспетчером маршруту полз от границ системы к месту парковки, с помощью оборудования связи судна выложил открытые лоты на торговых площадках системы. Особо отметил, что оплату предпочитаю в обезличенных банковских чипах Главного банка Содружества. Уже через десять минут на лот наложили бронь военные империи. Ну да, оборудование седьмого поколения, а им только военные пользуются, открытая продажа запрещена. Я подтвердил бронь.

Маршрут мне изменили и направили к дальней флотской базе. Там уже ожидали представители флота, и к шлюзовой судна сразу подлетел бот. Флотские жадно смотрели на мой бронескаф восьмого поколения. Забрало Забрало было затемнено, но изучили меня очень придирчиво.

Когда их станционный инженер дал добро, у меня выкупили станцию и судно, оно было шестого поколения. Да даже все пищевые картриджи забрали: они были отличного качества. За станцию я получил сорок пять миллионов, ведь она была полностью комплектная: я собрал диспетчерские модули, артиллерийские и ракетные, всё находилось в трюме. За судно – пять с половиной миллионов, ну и за контейнеры с пищевыми картриджами – сто восемьдесят шесть тысяч.

И пусть за всё я получил процентов на десять меньше реальной стоимости, но зато вопросов не задавали. В этой системе такое правило: заплатили и забрали. А меня наёмный челнок доставил на гостевую станцию, где я стал обживать номер в одной из лучших гостиниц.

На Гетто я делал расчёты по направлению, куда уходит нить, которая должна привести меня к пропаже божка. И теперь, сняв показания здесь, я наложил расчёты, сделанные на Гетто, на расчёты, сделанные в империи, в этой системе. Сомнений нет, путь вёл в Центральные миры, линии на карте совмещались где-то в районе империи Гало. А может, и за ней. Однако ясно, что мне нужно в эту империю.