Чтение онлайн

Усмехнувшись не без злорадства, женщина попыталась представить себе выражение лица Торины Септисы Ульды, когда та узнает, что её любимая внучка сбежала с парнем уж точно не для того, чтобы сходить в храм или погулять по форуму.

Из сладостных грёз супругу регистора Трениума грубо вырвал озабоченный голос второго из сопровождавших её коскидов:

— Не пора ли сообщить о случившемся вашему мужу, госпожа Септиса?

— Давайте подождём, когда ситуация хотя бы немного прояснится, господин Морон, — с сомнением покачала головой собеседница. — Вдруг его высочество просто захотел показать госпоже Юлисе конюшни, и они сейчас вернутся?

— Ну как скажете, госпожа Септиса, — по унылому лицу мужчины проскользнула тень скептической усмешки. Судя по всему, он не очень-то верил в подобное развитие событий.

Ожидание явно затягивалось. Впрочем, и сама Пласда Септиса Денса не испытывала особых надежд на то, что Герон с Минуцем застанут её племянницу в здании. Парочка, скорее всего, уже милуется где-нибудь в одной из ближайших гостиниц. Видно, императорский сынок не сумел обуздать своё мужское естество, а у племянницы не хватило решимости ему отказать, хотя он и довёл её до слёз. Иначе зачем было так показательно сбегать на глазах у всех? Мужчины, что с них взять. Они всегда думают не той головой.

Так что тётушка нисколько не удивилась, когда из калитки в воротах конюшен вышли только понурый коскид её мужа и молодой красавчик-аристократ. Ни принца, ни девушки с ними не оказалось.

Когда они одолели около двух третей обратного пути, к всё ещё расхаживавшему по площадке Тарберию Сцинию Дубу подбежал запыхавшийся охранник и принялся что-то рассказывать, энергично размахивая руками.

Не в силах больше вынести полной неизвестности, супруга регистора Трениума побежала вниз, торопливо переступая по каменным ступеням и время от времени держась за стену, чтобы не упасть.

Пока она спускалась, откуда-то появился помощник управителя в сопровождении ещё двух стражников.

— Во имя Нолипа, господин Панис! — раздражённо воскликнул приближенный принца. — Почему вы не заделали ту дыру?

— Какая ещё дыра? — беззастенчиво встряла в разговор тётушка Ники Юлисы Террины.

— Ах, госпожа Сеписа! — сморщился, словно ненароком глотнув уксуса, помощник управителя Ипподрома. — На западной трибуне часть кладки обвалилась. Может, вода подмыла, может, ещё чего… Одни боги знают. Мы уже почти всё отремонтировали, а тут как раз праздники. Вот и решили доделать после нолипарий. А чтобы кто попало здесь не лазил, ту дыру деревянным щитом перекрыли.

— Дрянь ваш щит! — рявкнул молодой аристократ, кивнув на испуганно втянувшего голову в плечи стражника. — Вон мне сейчас сказали, что злоумышленник просто перерезал верёвки ножом.

— Ну так, господин Сциний, — заискивающе улыбаясь, виновато развёл руками отпущенник. — Все праздники простоял.

— Значит, именно там пролез тот человек, что остановил колесницу его высочества! — сделала напрашивавшийся вывод Пласда Септиса Денса.

— Видимо да, госпожа Септиса, — хмуро согласился юноша.

Глаза женщины сощурились, накрашенные губы собрались в куриную гузку.

— Госпожа Септиса! — привлёк её внимание голос коскида. Тот почти бежал, загребая сандалиями песок и придерживая край сползавшего с плеч плаща. — Его высочество и госпожа Юлиса уже ушли в город.

"Так я и думала!" — мысленно похвалив себя за проницательность, супруга регистора Трениума постаралась как можно суровее посмотреть на чрезвычайно смущённых молодых людей.

— Что же это, господа?! Получается, его высочество принц Вилит похитил мою любимую племянницу?! Я обязательно расскажу об этом возмутительном поступке своему мужу, а уж он, можете не сомневаться, отыщет способ уведомить о нём государя!

Всем своим видом изображая оскорблённую в своих лучших чувствах радланскую гражданку, женщина демонстративно отвернулась и обратилась к тяжело дышащему коскиду. — Господин Минуц, попробуйте поискать госпожу Юлису.

— Да где же я её найду, госпожа Септиса?! — едва не взвыл совершенно обалдевший от подобного распоряжения собеседник.

"Вот тупица! — досадливо морщась, подумала Пласда Септиса Денса. — Неужели ему ещё и это надо объяснять? Он что, ни разу не встречался с чужой женой в гостинице? До чего же жалкий урод!"

Однако поразмыслив, отказалась от дополнительных разъяснений, ограничившись туманным:

— Ну походите где-нибудь. Может, она вам и попадётся?

И не желая больше разговаривать на эту тему, отдала приказ второму коскиду:

— Вам, господин Морон, необходимо как можно скорее поставить в известность о случившемся моего супруга. Передайте господину Септису, что его высочество принц Вилит похитил нашу дорогую племянницу.

— Ну нельзя же так говорить! — вскричал приятель императорского сына.

— А как ещё это называть, господин Герон? — ринулась в атаку собеседница. — Когда молодой человек уводит куда-то девушку без согласия её родственников?! Только похищением!

Она окинула полным горького упрёка и благородного негодования взглядом пристыженных молодых аристократов.

— Я возвращаюсь домой. Здесь мне больше нечего делать. Господин Панис, прикажите выпустить мой паланкин!

— Да, да, конечно, госпожа Септиса, — засуетился помощник управителя Ипподрома, мельком глянув на всё ещё пребывавших в прострации спутников принца.

Всю дорогу до особняка супруга регистора Трениума на чём свет стоит кляла свою непутёвую племянницу, невольно недоумевая: как могла такая умная и рассудительная девица поддаться на уговоры Вилита?

У тётушки имелись весьма веские основания сомневаться в том, что Юлиса решила отдаться ему из-за внезапно вспыхнувшей страсти. Не иначе, как отпрыск Константа Великого предъявил ей что-то вроде ультиматума: или та прямо сейчас уступает его домогательствам, или он отменяет свадьбу. Вряд ли он мог чем-то ещё так напугать эту смелую девушку, сумевшую прирезать двух людокрадов. Вот только бедная глупышка забыла, что её брак зависит не от желания нетерпеливого сына, а от воли его великого отца. Хотя стоит вспомнить, что дочь Лация Юлиса Агилиса выросла вдалеке от Империи и всё ещё плохо знает радланские обычаи. Но это её, разумеется, ни в коем случае не оправдывает.

Отыскав приемлемое для себя объяснение произошедших событий, женщина, не то чтобы полностью успокоилась, но почувствовала себя значительно увереннее. Хвала богам, император никогда не нарушал своего слова, а госпожа Юлиса, максимально близко познакомившись со своим женихом, может, наконец-то поймёт прелесть и мужской любви?

Придя в слегка игривое настроение, Пласда Септиса Денса тем не менее, вылезая из паланкина, напустила на себя чрезвычайно суровый вид. Однако привратник, учтиво застывший в неуклюжем поклоне, весьма огорчил её, сообщив, что госпожа Торина Септиса Ульда ещё не вернулась. Так что всё заготовленное негодование позорным поведением племянницы пришлось высказывать дочери и рабам.