Чтение онлайн

— Пхе! — фыркнул Джедефайх. — Жалкий помощник смотрителя! Пыль под ногами моего господина.

— Но за него мог вступиться смотритель, — философски проговорил мождей. — А за того сам сепах.

Так болтая, они двигались по городу, понемногу остывавшему от полуденного зноя. Сытая и немного отдохнувшая Анукрис шла за ослом. Тот шагал неторопливо, без рывков, время от времени помахивая длинной кисточкой хвоста. На узких улочках редкие прохожие прижимались к стенам, освобождая проход представителям власти, а когда замечали избитую девушку, то долго провожали её тревожными взглядами. Анукрис пыталась развязать крепко затянутый узел, но только сломала себе ногти. К тому же, помощник писаря время от времени оборачивался, проверяя, не сбежала ли арестантка.

Когда стены домов расступились, и перед ними предстала петлявшая между полей и куп деревьев дорога, рэп приказал ей идти рядом с ослом.

— До темноты можем не успеть, господин, — озабоченно проговорил мождей, с тревогой поглядывая на опускавшееся солнце.

— Заночуем где-нибудь в Панках, — беспечно махнул пьяненький Джедефайх. — Или в Озерках, а завтра дойдем до Билда. Спешить некуда.

— Кому как, — недовольно буркнул стражник

Вдруг из-за ближайших кустов им навстречу вышли трое мужчин, в одном из которых Анукрис с ужасом узнала мождея Аататама.

— Кто вы такие, и что вам нужно? — грозно вскричал Зесгорн, но, узнав коллегу, немного расслабился.

— Я хочу переговорить с вами, господин рэп, — вежливо сказал Аататам.

— Мы вообще-то торопимся, — трезвея, пробормотал помощник писца.

— О, я не займу много вашего драгоценного времени, — заверил стражник.

Он приблизился и что-то шепнул на ухо Джедефайху. Тот резво соскочил с осла и позволил отвести себя в сторону. Девушка поймала на себе взгляд одного из спутников Аататама. Среднего роста, пухлый мужчина со слегка обрюзгшим лицом, в коротком парике и чистой белой юбке беззастенчиво разглядывал её, кривя в презрительной улыбке чувственные губы. Второй, широкоплечий, с могучими мускулами и неприлично волосатой грудью, похожий сложением на укра, тоже смотрел, но скорее равнодушно, словно на неодушевленный предмет.

— Нет! — вдруг вскричал помощник писаря. — Да как такое можно предлагать?

Здоровяк напрягся, а конвоир Анукрис положил ладонь на рукоять кнута, Аататам сделал успокаивающий жест и вновь что-то горячо стал доказывать рэпу, то и дело поглядывая на девушку. Вдруг стражник что-то достал из-за пояса и показал Джедефайху.

«Они говорят обо мне!» — догадалась девушка, с ужасом понимая, что этот разговор может закончиться для неё смертным приговором.

Александр проснулся от человеческих голосов. Тихо выбрался из щели между кирпичной платформой и стеной. Звуки стали громче. Юноша осторожно выглянул в сад. Никого, только птички беззаботно порхают с ветки на ветку. Тогда он прошел в полуразрушенный главный зал и с тревогой убедился, что голоса доносятся со двора. Точнее из-за ворот.

Кто-то доказывал, что приказано обыскать весь город, а оппонент возражал:

— Калитка заложена, ворота завязаны!

— Ломайте, разбирайте, — стоял на своем первый голос. — Вдруг Небраа перелез через стену?

В ответ на это предположение грохнул дружный хохот грубых мужских голосов.

— С его пузом только по земле ползать! Здесь и акробат шею сломит! Ты сам то перелезешь?

— Молчать! — прервал галдеж командирский бас. — Ломайте калитку!

«Ну, вот и все! — подумал Алекс. — Отбегался, отпрятался!»

Он скрипнул зубами. И меча как назло под руками нет, и зелье Энохсетово в тайнике осталось. У него только руки да два метательных ножа, а это в серьезной драке не оружие. Прирежут как куренка! Растерявшись на мгновенье, юноша прокрался к разрушенной каморке привратника. В ходе так и не законченного ремонта строители её сломали. Одна из глинобитных стен упала на землю, и под ней образовалась узкая темная щель, а лежащий рядом большой обломок мог легко её прикрыть. Схватив валявшуюся рядом длинную корявую палку, Александр пошуровал в темноте, опасаясь змей и с тревогой прислушиваясь, как недовольно бурчавшие стражники ломают свежую кладку, стал вползать в узкое пространство ногами вперед. Он успел прикрыть лаз в свое убежище куском стены, прежде чем калитка вылетела, выбитая чьим-то могучим ударом. Парень приник одним глазом к маленькой щели и увидел трех гвардейцев сепаха с мождеем, оглядывавших двор.

— Ну, и что здесь смотреть? — спросил один из воинов.

— Дом и сад, — буркнул мужчина в одежде писца и, махнув глазами по развалинам клетушки привратника, заспешил в дом.

Юноша перевел дух и тут почувствовал, как кто-то, перебирая многочисленными лапками, ползет у него по ноге. Ощущение оказалось настолько мерзким, что он с трудом удержался, чтобы не вскрикнуть. Насекомое деловито взобралось на ягодицы, потом сложным маршрутом двинулось по обтянутой костюмом спине и, не доползая плеча, исчезло, очевидно, шмыгнув в какую-то трещину.

Алекс перевел дух, чувствуя, как начинает потеть то ли от духоты, то ли от пережитого страха. Какое-то время он не слышал ничего кроме плохо различимых возгласов.

— Ничего нет, господин Карахафр! — донеслось откуда-то со стороны погибающего сада.

— В кладовой тоже пусто! — подхватил другой голос.

— Все вынесли, крохоборы, — послышался недовольный голос писца. — А дом хороший.

— Что теперь с ним будет, господин? — поинтересовался мождей. — Оба брата колдуны.

— Завтра надо будет здесь все переписать, — ответил писец. — И прислать слуг, чтобы навели порядок, а то сад того и гляди засохнет.

— А можно мне его пожаловать, господин? — не отставал настырный стражник.

— Пиши прошение живому богу, жизнь, здоровье, сила, — чихнув, проговорил Карахафр. — Отнеси в Дом людей. Может, что и получишь. Наш повелитель щедр.

Он еще раз чихнул и, высморкавшись, скомандовал:

— Хватит болтать! Пошли к соседям!

Досмотровая группа торопливо покинула усадьбу.

Александр опустил голову на сложенные руки и перевел дух. Хорошо, что обыск проводили не слишком тщательно. Иначе стражники отыскали бы в доме и бурдюк с водой, и прочие следы его недавнего пребывания.

Прислушавшись, он различил недовольный женский голос, глухое мужское бормотание и грохот глиняной посуды. «У госпожи Хатанук убытки», — усмехнулся юноша, устраиваясь поудобнее.

Он рискнул отодвинуть обломок, закрывавший щель, только когда жара и духота стали совершенно невыносимы. Выглянув из-за угла разрушенной каморки привратника, Алекс разглядел в дверной проем кусок пустынной улицы. У разбитой калитки валялись кирпичи и куски досок. Вытащив затекшее от долгого лежания тело, юноша пробрался в сад, а уж оттуда в дом, где сбросил пропотевший костюм и, достав из-под обломков бурдюк, сделал глоток теплой, противной воды. Вот теперь можно и отдохнуть. Вряд ли его сегодня еще раз побеспокоят. Но больше здесь прятаться не придется. Похоже, усадьба переходит в собственность государства, значит, кто-то будет за ней приглядывать. Жаль терять такое местечко. И в храме Баст засада. Дом Небраа остался единственным убежищем, где он может спрятаться. Вот только место это Александру очень не нравилось.