Чтение онлайн

— Зачем хозяину так избавляться от рабыни? — недоуменно проговорил Гернос.

— В этом городе слишком много тайн, — вздохнул юноша. — Для собственного спокойствия не стоит пытаться их разгадывать.

— Ты прав, — согласился лекарь.

Дом Корнелла мрачно темнел на фоне неба.

— Пришли, — облегчённо вздохнул Алекс, доставая ключ.

До рассвета оставалось ещё часа два, и они решили использовать их с максимальной пользой, завалившись спать.

Увы, выспаться им не удалось. Ветулин, озаботившись закрытой дверью соседей и заподозрив неладное, принялся нещадно колотить в ворота. Александр два не убил внимательного соседа. Но новый день начался. Надо вставать и жить дальше. У него ещё не достаточно денег, чтобы дрыхнуть сколько захочется. Но евнуху он предложил поспать ещё. Как-никак тот человек уже не молодой и нуждается в отдыхе.

Коротко поведав Ветулину о ночном вызове в «Сладкий родничок», Алекс запер лавку и поспешил в «Весёлый омар» позавтракать и рассказать Айри об их ночных приключениях.

Но той оказалось уже многое известно.

— Всё-таки навестил местных шлюх? — криво усмехнулась девушка в ответ на его приветствие.

Прежде чем молодой человек нашёл что ответить, она гордо удалилась, поставив перед ним миску.

Не в силах вынести подобную клевету, Александр отодвинул холодные, противные бобы и решительно направился к кухне. Редкие в этот час посетители провожали его любопытными взглядами.

Айри поставила на поднос блюдо с рыбой и ждала Эдая, который смешивал вино с водой в широкогорлом кувшине.

— Вообще то мы там не развлекались, — сказал юноша. — Гернос спас жизнь одной девушке и помог ещё четверым!

— А ты что делал? — ехидно фыркнула подруга.

— Охранял его! — удивился глупому вопросу Алекс.

— В «Сладком родничке» собираются любители женщин, — тем же тоном продолжила Айри. — Твоему драгоценному евнуху там ничего не грозило.

Хозяин харчевни засмеялся, покачивая головой и скаля зубы.

Юноша выложил на стойку медяк.

— Сдачи не надо!

— Ты всегда был очень щедрым! — крикнула вдогонку девушка.

Обозлённый Александр купил у разносчика пару пирогов с рыбой и кувшин какого-то пойла.

«От женщин одни неприятности, — он прожевал отдающую морем начинку, и проводив взглядом двух спешащих куда-то смеющихся девушек в ярких сине-жёлтых хитонах, вздохнул. — Но без них слишком скучно».

Тяжело пыхтя и отдуваясь, Сентор Минуц Цицер поднимался по скрипучим ступеням. Привычная дорога сегодня почему-то показалась неожиданно тяжёлой. Может пора переселиться в комнату этажом ниже? Тайник всё равно раскрыт, значит, больше нет никакого смысла каждый день вверх-вниз гоняться по лестнице.

Мужчина встал, переводя дух. Последние дни он очень устал, стал раздражительным и почти не спал. Лично избил в кровь рабыню, приказал выпороть двух рабов и даже поругался с отцом. Всё это из-за Вула Сентория. Предательство отпущенника больно задело Минуца. А тут ещё и второй отпущенник куда-то запропастился. Неужели тоже сбежал? Прихватил из сокровищ Сепиона мешок с золотом, да и удрал. Кораблей в порту много. Если постараться, легко можно куда-нибудь уплыть. А с деньгами везде хорошо.

Сверху донеслось негромкое покашливание. Сентор вскинул голову. У дверей кабинета стоял Тиллий и глядел на него сверху вниз. Минуц сейчас же постарался придать лицу горделиво-надменное выражение.

— Где пропадал, бездельник?

— Исполнял ваши приказы, господин, — неловко поклонился тот. — Хотел убедиться, что всё в порядке, а уж потом докладывать.

— Убедился? — хмыкнул хозяин, преодолевая последний лестничный пролёт и внимательно разглядывая новенький сине-зелёный хитон с вышивкой по подолу, серебряную цепочку на широкой груди и новенькие сандалии.

— Да, господин, — кивнул отпущенник, распахивая перед ним дверь.

— Говори!

Но вместо слов Тиллий, сунув руку за пазуху, стал шарить там, отчаянно морщась и елозя по ткани хитона широкой, короткопалой ладонью.

— Что там у тебя? — стал терять терпение Сентор.

— Ага! — довольно улыбнулся тот. — Вот!

Он протянул хозяину сложенный лист папируса.

Ещё не веря в удачу, Минуц развернул и сразу понял, что это нарисованная второпях копия чертежа Акмена, что хранится у него в тайнике, со всеми поясняющими надписями.

— Где взял?

— Лежал в сумке Вула, — довольно осклабился отпущенник. — Он не успел её никому отдать.

— Что с ним?

— Мёртв, — ответил Тиллий. — Утром на улицах народу полно. Пришлось убивать его быстро.

— Когда это случилось? — нехорошо нахмурился хозяин.

— Позавчера, господин.

От услышанного у Сентория перехватило дыхание. Неудержимая волна ярости затопила сознание.

— И ты целых два дня молчал, сын свиньи и дохлого шакала!

Удивлённый отпущенник слегка попятился, не понимая причин столь бурной реакции господина.

А тот схватил массивного Тиллия за грудки и легко, словно мешок с сеном, швырнул об стену. Бушующая ярость удвоила его силы. Хорошо понимая, что хозяин сейчас просто не способен ничего слушать, бывший раб сполз вниз и сжался в комок, стараясь прикрыть ладонями лицо.

— Мерзавец! — прохрипел Минуц хватая ртом воздух. — Тупой ублюдок! Почему не сказал сразу?

Шатаясь, он дошёл до стола и тяжело плюхнулся в кресло.

— Я тебя спрашиваю, почему молчал?

— Вы же сказали, что главное — завалить вход в тоннель. Вот я подумал…

Ну не признаваться же, что он полдня пристраивал и прятал найденное у секретаря золото, а только потом отправился проверять работу матросов.

— А тебе не надо думать! — крикнул хозяин, швырнув в него свитком. — У тебя нечем!

— Просто, господин, — Тиллий рухнул на колени, даже не пытаясь увернуться от лёгкого папируса.

— Подай вина, дурак, — приказал Сентор, немного успокаиваясь.

Отпущенник взял со стола у стены кувшин.

— Чего ты там болтал про вход? — спросил Минуц, осушив пару стаканов.

— Всё сделано, господин, — затараторил собеседник. — Завалено, будто там сто лет никого не было!

— Чужих следов не нашли?

— Нет, господин, — энергично замотал головой Тиллий. — После нас никто не заходил.