Чтение онлайн

— Скажите, чем я ещё могу вам помочь? — с готовностью спросил молодой человек.

Ника уже приготовила вопросы, но, вспомнив вчерашний инцидент у фонтана, заговорила о другом:

— После ареста на форуме до тюрьмы меня конвоировали три стражника. Одного из них зовут Флор Верг, второго Орес, имя третьего вам придётся установить самостоятельно.

— Зачем? — насторожился писец.

— Воспользовавшись моей неопытностью и плачевным положением, они взяли у меня деньги, — неохотно проворчала девушка. — Пообещав вернуть после суда. Но когда я напомнила об этом, сказали, что ничего у меня не брали.

— Мерзавцы! — вскричал адвокат. — Хотите, чтобы я подал на них в суд?

— Нет, господин Ротан, — поморщилась Ника, замедляя шаг. — С ними я сама разобралась. Часть денег они вернули. Но так что теперь я опасаюсь за свою жизнь. Поэтому, если со мной случится что-то нехорошее, пообещайте, что весь город будет знать их имена!

— Может, стоит сообщить магистратам? — робко предложил явно озадаченный Олкад.

— Пока не стоит, — покачала головой собеседница. — Всё равно у нас нет никаких доказательств. У меня к вам будет другое поручение, господин Ротан.

— Клянусь Семрегом, я сделаю всё, что в моих силах, госпожа Юлиса! — с готовностью пообещал молодой человек.

— Постарайтесь как можно больше узнать о служительницах Рибилы, — сказала Ника, подставляя кувшин под струю. — Больше всего меня интересует жрица Дора.

— Вас интересует что-то определённое? — медленно, настороженным тоном поинтересовался писец.

— Видите ли, господин Ротан, — вздохнула девушка, тщательно подбирая слова, ибо те, которые она намеревалась произнести ещё минуту назад, вдруг показались ей не слишком подходящими. — Эта женщина невзлюбила меня с первого дня. К сожалению, сейчас меня некому защитить, а одной жалобы верховной жрицы достаточно, чтобы я оказалась на рудниках, и никакое ваше заступничество уже не поможет.

— Понимаю вас, госпожа Юлиса, — отвёл взгляд Олкад.

— Но и позволять дальше изводить себя я не хочу, — продолжила Ника. — Чтобы достойно пережить эти два месяца, мне необходимо знать о Доре как можно больше. Насколько она опасна? Каковы её сильные и слабые стороны? Чего ещё от неё ждать?

— Постараюсь выяснить это для вас, госпожа Юлиса, — задумчиво кивнул собеседник, и девушке показалось, что в его голосе прозвучало разочарование.

Видимо, просьба показалась второму писцу рудника "Щедрый куст" слишком неблагородной, недостойной для аристократки столь древнего и знатного рода.

"Вот батман! — выругалась про себя путешественница, поднимая кувшин. — Взятки давать он готов, а сплетни собирать — гордыня не позволяет!"

Однако, ссора с молодым человеком пока не входила в её планы. Поэтому, чтобы хоть как-то сгладить возникшее у Олкада негативное впечатление, Ника поспешно сменила тему разговора:

— Вы не знаете, господин Ротан, городской совет отправил письма моим родственникам?

— Ещё нет, госпожа Юлиса, — заметно оживился адвокат. — Как мне сказали, магистрат Опт уже приказал подготовить послание вашему дяде господину Септису. На днях оно отправится в Радл. Но вам не о чем беспокоиться. Ещё во второй день дриниар я направил письмо своему покровителю — сенатору Кассу Юлису Митрору, в котором и сообщил о вас.

— Спасибо, господин Ротан, — поблагодарила девушка. — Сенатор, безусловно, очень уважаемый и влиятельный человек. Вот только знал ли он моих родителей? А если и знал, найдётся ли у него время приехать в Этригию, чтобы подтвердить мою личность?

— Ему вовсе необязательно этого делать, — возразил писец. — Достаточно прислать человека с доверенностью.

— Надеюсь, боги надоумят его так поступить, — вздохнула Ника.

— Как только я получу известия из Радла, то сразу вам сообщу, — пообещал Олкад.

— Буду ждать, — улыбнулась собеседница, останавливаясь и вновь переходя на сухой, деловой тон. — Я понимаю, что выполнение моей просьбы повлечёт за собой определённые расходы.

Скромненько потупив глазки, адвокат замялся, казалась, ещё миг и он, покраснев, начнёт водить носком сандалии по мостовой.

— Вот возьмите, — девушка отвязала от пояса "подаренный" стражниками кошелёк, куда на всякий случай ещё утром положила двадцать риалов.

— Благодарю вас, госпожа Юлиса, — заметно приободрился Олкад. — Постараюсь выполнить вашу просьбу как можно быстрее.

"Так ему деньги нужны! — чуть не рассмеялась Ника. — А я уже не знала, что и думать".

— Приятно было с вами поговорить, господин Ротан, — улыбнулась девушка, подходя к воротам. — Но мне уже пора. Не стоит давать жрице Доре лишний повод для придирок.

— Да хранят вас вас небожители, госпожа Юлиса, — поклонившись, писец с волнением спросил. — Когда я смогу повидаться с вами снова?

— В храме Рибилы строгие порядки, господин Ротан, — покачала головой собеседница. — И частые встречи не пойдут нам на пользу. Не забывайте о моём положении.

— Простите, госпожа Юлиса, — то ли сделал вид, то ли действительно смутился молодой человек.

— Приходите, как только узнаете что-то действительно важное, — смягчилась Ника. — В это же время. Привратник меня предупредит.

— Клянусь Семрегом, я сделаю всё, чтобы увидеться с вами как можно скорее! — пылко вскричал Олкад.

— Только если будет повод, — рассмеялась девушка, толкнув калитку.

Однако, или порученное писцу задание оказалось слишком сложным, или его сверх меры нагрузили делами по основному месту работы, и он не смог выкроить время на выполнение её поручения, только ни завтра, ни послезавтра, ни на третий день адвокат так и не навестил свою бывшую подзащитную.

Та продолжала тянуть свой срок, время от времени нарываясь на мелочные придирки вредной Доры, которая пару раз едва не довела её до слёз. И всё из-за того, что осуждённая по приговору суда Ника не могла себе позволить достойно ответить жрице. То, что приходилось всё время держать себя в руках, усилием воли гася волнами накатывавшую ярость, угнетало попаданку больше всего.

Хорошо ещё, что с непосредственной начальницей сложились почти приятельские отношения. Девушка с сочувственным вниманием выслушивала бесконечные жалобы Аполии Тармы на противную Дору, которая запрятала её на кухню, на родителей, так неосмотрительно давших обещание богине Луны, на других помощниц жриц, совершенно не ценящих её кулинарные таланты. В свою очередь стряпуха хоть и нагружала её работой, но и сама без дела не сидела и не пыталась строить из себя сурового руководителя.

Именно от поварихи Ника узнала, что при храме Рибилы нет даже ванной комнаты, и её служительницы ходят в городские бани, которых в Этригии оказалось довольно много — на разный вкус и кошелёк: от более чем скромной либрийской мыльни, которую посещают малоимущие горожане и рабы, до пышной бани Терания с парными, бассейнами, площадкой для занятия гимнастическими упражнениями и даже библиотекой!

Та водная процедура, которую путешественница умудрилась провести в тюрьме перед судом, никак не тянула на полноценную помывку. Девушка чувствовала себя грязной, а учитывая постоянное пребывание на кухне с её жаром и духотой, ощущение дискомфорта постоянно нарастало.