Чтение онлайн

Пока ещё незнакомые ловуры один за другим докладывали Элаю о готовности вверенных им подразделений. Кое-кто из них принадлежал ещё Стальному Клыку, и доверие Отца приятно щекотала сердце. Ещё несколько недель назад Ловсон сражался против войск Воннерута, а теперь возглавляет их.

Он не посрамит Императора.

Ловсон стоял на крыше броневика, глядя в сторону города. Спутники Нуслайта вползли в раскалённый круг солнца, тёмными пятами унимая свет. Ветер гнал пыль и песок, секущий броню вездехода.

Атака должна была начаться сразу со всех фронтов, и Элай ждал сигнала, поглядывая на подвешенного на броне Лоденского Мамонта адепта Калькуляции. Фигура в чёрном балахоне безропотно свисала на цепях.

И когда она задёргалась, как попавшая на крючок, рыбёшка, над головами ждущих солдат Элая в небо поднялись осветительные ракеты.

Стратег прыгнул.

К окраинам воины Воннерута подходили под повисший над Мон-Го-Рианом вой систем оповещения. Позади ухала артиллерия, и вспышки энергии бурлили в местах вражеских укреплений. Окопавшиеся вокруг города мятежники открыли огонь не сразу. Должно быть, дозорные докладывали офицерам, те не верили, смотрели сами, обращались к начальству за инструкциями.

Странная медлительность. Они обвинили Отца в том, что им управляет таракан, не зная истины. И теперь, увидев воинов Его — растерялись. Когда до окопов осталось не больше двух тысяч футов — по наступающим обращённым наконец-то открыли огонь. Заряд стационарного излучателя прошёл мимо Элая в нескольких шагах, с шипением уничтожив несколько бойцов позади стратега. В животе кольнуло. Мощные лапы подбросили тело вверх, загудел реактивный ранец. Ловсон поднялся на высоту в десяток футов и поймал в прицел излучателя ближайшего из противников, в бело-голубом доспехе Бессмертных. Заряд сбил того с ног. Элай целился в сочленения, зная слабое место, и посылал выстрел за выстрелом, пока броня не задымилась, разваливаясь и смертельный огонь не добрался до защитника.

Снизу текла лавина новообращённых солдат Воннерута. Кому-то дары позволяли двигаться быстрее, кого-то делали крепче. Элай краем глаза увидел, как воина Клыка накрыли сразу из нескольких излучателей, но тот всё равно поднялся, обугленный, дымящийся и готовый к бою. «Голиафы» прорубали себе дорогу, и привязанные к их спинам мертвецы Калькуляции лишь кивали головами в такт тяжелым шагам. Позади с лязгом топал двадцатифутовый «Защитник», с приваренным к доспеху шестом, на котором возвышался нанизанный адепт Калькуляции.

Дракон должен знать, что происходит внизу. Дракон должен иметь возможность скомандовать отступление, и «Защитник» был связным их отряда.

В окопах Ловсон оказался уже через пару минут, разрывая лапами броню попавших на его пути изменников Бессмертных и отстреливая сверху тех, кто мог поймать в прицел. Возвышаясь над позициями, он крутил головой, выискивая офицеров врага. Мимо пролетел один из штурмовиков Триумфаторов, кожистые крылья хлопнули от потока воздуха, затем в плоть летуна ударил поток энергии, и воин завалился на бок и ухнул вниз, прямо в гущу сражающихся. В груди неприятно заныло. Смерть подчинённых это теперь не цифра в статистике. Каждая гибель причиняла боль. Физическую.

Терпимую, но всё же боль.

Забрало затянуло копотью. Шейные позвонки хрустнули от рассеявшейся энергии, и Ловсон чуть не потерял равновесие. Развернулся в сторону, откуда прилетел выстрел, быстрым жестом схватил энергетический щит, висящий на спине, заградился им и свободной рукой отстегнул испорченный шлем и сбросил его. Загудел включённый палаш, и Элай двинулся к стрелку.

Не Бессмертный. Молодой, бледный парень с испуганными глазами. Выстрелы разрядника били по щиту всё то время, пока Элай прорывался сквозь солдат, желая покарать стрелка и, когда-наконец, добрался до обидчика то раскроил его палашом на две части.

За миг до смерти горе-стрелок жалобно вскрикнул и попытался защититься от удара рукой.

Зря.

Бок ожгло выстрелом. Одна из лап подкосилась, подрубленная, и Элай пошатнулся, а затем медленно завалился на землю. Рухнул на кого-то из бойцов, извернулся, отрубая дары Отца. Поднялся, принял в упор выстрел из разрядника, и раскроил противника палашом. Развернулся к следующему бойцу. В спину плюнуло энергией, и волосы Элая тут же вспыхнули. С воем, стратег прикончил того, кто стоял впереди и обернулся. Женщина. Не из Бессмертных. Лицо искажено яростью. Палаш взмыл вверх, и за миг до рокового удара Элай вспомнил Санни.

Она так была похожа на желавшую его смерти жительницу Мон-Го-Риана. Труп защитницы упал на тело другого солдата, а Элай продолжил путь вперёд, к дымящимся зданиям, среди которых вспыхивали разрывы артиллерии. Один из зарядов попал в жилую башню, и та вспучилась, осыпаясь мириадами стеклянных осколков, среди которых виднелись падающие тела людей.

«Не людей. Изменников» — поправил себя Ловсон.

Без шлема канонада боя резала уши. Визг излучателей, грохот пулеметов, вопли страха и боли.

Солдаты Воннерута сражались молча. Элай нашёл взглядом «Защитника». Мертвец на шесте не шевелился. Значит всё хорошо.

Пушки утихли, когда смявшие оборону войска Императора углубились в город. Отряды растеклись по улицам, добивая последние очаги сопротивления.

Элай шёл впереди, заглядывая в задёрнутые окна домов. Там, под защитой стен, ждали своей участи жители теней. Ждали, когда к ним явится свет.

В вечернем небе росли точки спускающихся транспортников. Они отвезут необращённых в колыбель. Откуда выйдут познавшими свет.

Ловсон улыбнулся было, но вновь вспомнил зарубленную женщину, так похожую на Санни. О жене он вспоминал нечасто с момента спасения и, скорее, как о предмете. Но теперь появилось что-то ещё… Будто бы в поступках Элая таилась неправота. Та, о которой понимаешь только спустя годы.

Справа что-то звякнуло, и стратег повернулся на звук, вскинув излучатель. Сопровождающие его бойцы синхронно развернулись, почувствовав желание командира. Двое вошли в переулок. Вскрик. Выстрел. Тишина.

Почему они молчат? Почему всё время молчат?

Элай остановился, взглянул на место расправы. Подросток. Грудная клетка раскурочена и дымится. Кровь спеклась. Оружия Ловсон не увидел. Обернулся на подчинённых. Один из Триумфаторов, один из Карателей. Оба выглядели потерянно. Чувствовали. Понимали.

Но не проронили ни звука.

— У него не было оружия. Вы лишили Отца верного помощника, — прохрипел Элай. Приблизился вплотную. Бойцы не ответили.

— Снять шлемы! — приказал Ловсон. Солдаты подчинились. Серые, изуродованные лица. У Карателя челюсть свисала набок. Триумфатор выглядел нормально, почти как до обращения. Только губы синюшние.