Чтение онлайн

— Как думаешь, они мою голову на копье водрузили или же просто в сумку кинули?

Когда кто-то становится свидетелем твоей слабости — это неприятно. Чтобы заглушить поганое сосущее чувство в груди, я предпочитаю поболтать. О чем угодно. Лишь бы только в тишине не пребывать с тем, кто тебе улыбается, а мысленно пальцем у виска крутит.

— Сейчас узнаем, друг мой, — расслабленно сказал Головастик

Впереди, среди призрачно дрожащих от зноя луж, на песчаных отмелях появилось шесть точек. Свора. Значит меня отбросило на место возрождения, находящееся на пути викингов. Карту я ведь так и не приобрел. Не успел…

А вообще, надо сказать, прелюбопытное это чувство — ехать навстречу собственной голове.

Расстояние между нами уменьшалось. Я уже облачился в шмот переданный Головастиком, уже пожалел, что не могу взять в руки дарованный мне Ньялом «Разрыватель» (который, видимо, при смерти от НПЦ остается в инвентаре), уже придумал довольно скорбную фразу для приветствия.

Или сразу в бой?

Моя смерть должна была качнуть репутацию. На то и был расчет. Добровольное принесение себя в жертву — что может вызвать больше уважения у таких вот старообрядцев? Разве что только героическая гибель с именем Одина на устах, но последнее не подвернулось так удачно, как заказ от Беззлобного конунга Фредлишемана.

Так чта…

СООБЩЕНИЕ ИЗ БАСТИОНА «МЯСОДЕЛЬНЯ»

Ваши земли под атакой, Мастер! Вы потеряли: золотой рудник.

Это еще что такое?

А вот у моих земель карта была. И сейчас самая западная моя шахта покраснела и вместо груды слитков показывала вопросительный знак. Что за нахренятина? Фредлишеман решил возвращать захваченное? Но они ж на востоке от меня и на севере. Кто пришел с запада? Там же, жеваный крот, только горы и камни.

Так… Колдун-горбун и раб-менестрель были на заданиях и по плану должны были вернуться на базу только к вечеру. В Алтаре пусто, никто не спешил под знамена Лолушки, Повелителя Мертвецов. Черт!

Ладно, пренебречь, вальсируем.

Я пробежался по зданиям, проверил строительство. Добавил в постройку еще один курган, так как тут, как в старых добрых игрульках, количество юнитов зависит от количества курганов. А армия у меня уже копилась. Надо сказать, те Некки, что разбили войска Райволга, оказались чрезвычайно мощными юнитами. Курт Хансен ходил с двумя и спокойно занимал желтые шахты, ничего не теряя.

Уровни моих бойцов росли.

Может это какая-то заскриптованная угроза с запада? Чтобы фермеры в игре не скучали?

— Рад видеть тебя снова, шут, — сказал Харальд. Пока я шатался по меню Бастиона — мы как раз поравнялись со Сворой.

— Эм… А… тааак… — вспомнить заготовленную фразу я не смог. Расфокусировал взгляд, всматриваясь в хевдинга. Есть. Дофармилось. Спасибо забагованной харизме.

— Я выбираю Харальда Скучного!

«Харальд Скучный принял приглашение в «Пренебречь, вальсируем»».

— Не ведаю, что это было шут, — произнес викинг. — Но ты много сделал для меня. Много сделал для Бергхейма. Никто из нас этого не забудет. Я согласен помогать тебе.

Харальд сдернул с левой руки перчатку, выхватил нож и резанул себе по ладони.

Обряд красивый. Почти как свадьба и обмен кольцами. Ты можешь ведь выйти в ЗАГСе и сказать — «идите все в пень я передумал». И ничего не изменится. Печать в паспорте и подписанные документы делают в махонькой каморке за несколько минут до ритуала.

Но для викингов такой жест важен. Поэтому я тоже надрезал себе ладонь. Мы пожали друг другу руки. Буднично и просто. Без фанфар.

— От меня отвернулись все владыки севера. Все кланы. Я благодарен тебе, Лолушко!

Десять острот рассеялись в голове, потому что любая из-них была бы неуместна. Иногда пафосные моменты должны остаться пафосными. Без комментариев.

— Я так понимаю, деньги тебе уже не нужны? — спросил Головастик. — Они добудут корабль и без моей помощи?

Харальд насторожился.

— О чем он говорит, Лолушко? Это наши драккары!

Интересно, а если я буду издеваться над ним, насиловать его жен (если найду) — он ливнет из клана? Простые игроки всегда непредсказуемы. Сегодня у тебя есть офицер по хилу, а завтра он шестой прист в запасе на освоении у топ-гильдии. Просто «потому что». Или в чате кто-то неуважительно отписался. Или просто сезонное обострение. Или игра надоела.

Как это происходит у неигровых персонажей?

СООБЩЕНИЕ ИЗ БАСТИОНА «МЯСОДЕЛЬНЯ»

Ваши земли под атакой, Мастер! Вы потеряли: рудник Алых Кристаллов.

Да какого лешего?! Я влез в карту. Так… Теперь на востоке вторжение. За мою Мясодельню взялись всерьез… Сволочи!

Нафига я себе курагны строю? Сейчас надо башни было защитные вкорячивать. Отменить?

Штраф по ресурсам чуть отрезвил. Нехай будет курганы. Благо часть укреплений в Хёрге я уже возвел. Паранойя, ничего не попишешь. Знаю, как раш крестьянами устраивают. Одна башня дела не сделает.

— Лолушко? — мрачно напомнил о себе Харальд. Свора выглядела растеряно. Куцый клоун вдруг только что стал начальником их начальника. Матрицы, подсаженные в программы, выдавали, должно быть, когнитивный диссонанс. Потому что сама суть программы отработала, и с этим ничего не поделаешь. Хозяин есть хозяин.

Но эмоции остались. И подчиняться надо, и не сильно-то хочется. Все как у людей.

— Драккары ваши. Бергхейм обретет свободу. У меня будет лишь одна просьба к тебе, Харальд Скучный. Когда вы получите свое — возьмите на борт еще девять пассажиров. Нам тоже нужно покинуть этот недружелюбный край.

— Хорошо, Лолушко.

— Тут зябко и холодно. Антисанитария. Политический беспредел. Тоталитаризм. Сектантство. Мутанты.

— Хорошо, Лолушко, — повторил Харальд.

— И куда не пойдешь — всегда идешь к морю. Гребанный остров!

— Хорошо, Лолушко, — с нажимом сказал Харальд, мол, заткнись уже ради всего святого.

Репутация с Бергхеймом не менялась. Значит и кривляться не надо.

— Тогда до встречи, — серьезно произнес я. — Передавай привет Айсли.

Интересно, белолицый жрец теперь тоже мне подчиняется.

— Его забрала Зодчая… — с намеком сказал Харальд.

Ага… Видимо да, подчиняется. Но не совсем так, как я планировал. Ничего. Перебьемся.

Хотя, конечно, жреца было чуточку жаль. Его таланты могли пригодиться.

Свора двинулась прочь. Я проводил ее взглядом, еще плохо представляя что буду делать с таким богатством. Отправлять скандинавов оборонять Мясодельню?

Но они хотят за море.

— Че-то не выходит из меня злобный и рачительный правитель, — поделился вслух я. — Все чужие интересы учитывать пытаюсь.