Чтение онлайн

Толстяк улыбнулся ещё шире. Недостаточно для косплея моего оскала, но ничего так, жутковато.

— Егор! Заходим! — крикнул Головастик.

— Погоди! У меня увлекательный разговор! — ответил ему я.

Толстяк приподнял руки к пузу и начал отплясывать, выбрасывая перед собой короткие ноги. Рубаха болталась, дряблые щёки колыхались.

— О, а может даже танцевальная битва! — гаркнул я, не оборачиваясь.

— С кем, — совсем рядом произнёс взбешённый Головастик. Шаман преодолел расстояние бегом, не иначе. Может, даже, с занесённым для удара кулаком.

— Ну, а как ты думаешь, Юрчамба? Много кандидатов?

Жирдяй остановился. Прижал ладони к щекам и умильно вытянул губы. Покачал головой.

Юра встал между мною и толстяком.

— Хватит дурковать, Лолушко. Пошли, я сбросил подземелье. Заходим.

Коротышка в красной рубахе выглянул из–за шамана и показал язык.

— Дык он дразнится, ма!

Головастик обернулся, пару секунд изучал золотистое поле за дорогой, медленно повернулся ко мне и с ледяной терпеливостью проронил:

— Я помню, что у тебя есть проблемы с головой, Егор. Поэтому выслушай — здесь никого нет. Когда мы отсюда выберемся — сходит к доктору. Серьёзно.

— Ты там никого не видишь?!

— Егор… Идём.

Толстяк беззвучно захохотал, тыкая в меня пухлым пальцем. Жир на пузе колыхался в такт задыхающемуся смеху.

Дратути, видения. Очень, блядь, полезная штука. Может снять его к хренам, Оскал этот? Пока пользы от него немного.

Как на шарнирах, я дотопал ко входу в Гелбгартен. Торопливо согласился со входом, стараясь не оборачиваться.

Деревню слизало прошлое. В небо вновь бил столп света. Толстяк остался позади. Надеюсь.

— Ну, слава Богу, ты ничего не сломал, Лолушко, — буркнул Головастик. — Поехали! И теперь давайте без вайпов. Начинаем с левых.

Я ошеломлённо двинулся к мертвецам. Машинально. Уворот, уворот, уклон. Раз, два. Жуткий толстяк не выходил из головы. Его мне будто из фильмов ужасов загнали. Не баба с поленом в красной комнате, но тоже мало приятного.

Один из покойников саданул по плечу, вдогонку. Фак. Задумался. Разрыватель плюнул ругательством, рубанул по руке моба.

— Сзади! — заорал Головастик. Я кузнечиком отскочил назад, увлекая за собой гурьбу покойников. Краем глаза увидел, как чуть левее земля вспучилась, будто рванул небольшой гейзер. Из дымящегося провала выбралась поломанная тварь с человеческой головой без лица. Упираясь многосуставчатыми руками в землю, она выдернула себя из прорехи и молча бросилась на мертвецов.

Игнат остановился. Да и Кренделёк постарался откатиться подальше, а затем и вовсе исчез в инвизе. Призванный демон молча раскидал мобов. Повалил одного из них на землю, в воздух полетели истлевшие куски тел. Голова футбольным мячом запрыгала по улице. Рядом со мною плюхнулась нога. Подгнившие пальцы ещё шевелились, но с каждым мигом всё медленнее.

Монстр разодрал всех четверых противников, гигантским скачком преодолел расстояние с лекаршей, рванул её пополам, а затем таким же лихим прыжком вернулся к нам и нырнул в зев земли. Типа, покеда, моя работа здесь окончена.

Уцелевший Бурый тем временем вышел из контроля, и шагал к нам.

— Лолушко, лови! — скомандовал Головастик. — Что это было, чёрт возьми?

Я постучал пальцем по Оскалу, перехватывая мертвяка с затянутой в решётку головой, сказал:

— У меня теперь свой Бобик есть!

Демон вылезал бесконтрольно, и только когда мне прилетало (вот я бы удивился, если б владелец артефакта не должен был страдать, а!) Разрывал противников он знатно, быстро появлялся, быстро уходил. Красавец.

Пока мы добирались до Родогара — Бобик появился раз шесть. Один раз на Кузнеце, и это было эпическое сражение. Получив молотом в торец — демон рассыпался в пыль, тут же собрался за спиной мертвяка и вгрызся в босса. Однако, когда вокруг забурлила слизь — мой слуга торопливо ретировался в дырку, оставив нас разбираться самостоятельно.

Наученный горьким опытом я стал смещаться вглубь зачищенной улицы заранее, так что на сей раз голову мне не вскружило и товарищей я не уконтропупил. Славно!

Сам Родогар вновь поприветствовал нас сокрушающейся речью, профессионально перерезал себе горло и дропнул шапку на шамана. Спасибо ему за это. На весь проход ушло не больше тридцати минут. Толково. Прямо как в приснопамятных играх, где эпические герои аннигилируют угрозу окружающей среде на максимальной сложности за четверть часа, пока новички тратят на прохождение гора–а–аздо больше.

— Сейчас будет веселее! — сказал я собирающимся на выход товарищам. — Значительно!

Открыл панель кланового чата, набил сообщение, отправил и замер. Толстяк вернулся. Он стоял по ту сторону погасшего фонтана и пританцовывал. Язык высунулся, опухшие пальцы указывали на что–то под ногами уродца.

— Веселее? — спросил Головастик. Я же молча пошёл к коротышке. Мой персональный глюк топтался над старой бочкой.

— Внутри что–то?

Лысая голова торопливо закивала.

— Егор? — встревоженно подал голос Стас. — Что случилось?

Я встал рядом с бочкой, заглянул внутрь. На дне лежал сверкающий шлем–бацинет, отделанный искрящимися драгоценными камнями. Эвона как. Толстяк расплылся в довольной улыбке и потёр ладоши, не переставая кивать.

— Это полезный подгон, конечно, — сказал я ему. — Но почему бы тебе не выбрать какой–нибудь другой образ? Симпатяшку какую в костюме от Виктории Сикрет? Зачем вот это вот убожество.

Сальные губы обиженно скривились. На плечо вдруг легла рука.

— Егор? — тихо сказал подошедший Стас. — Что с вами?

Я хихикнул, втянул плечи, чуть склонив голову. Истерично пробормотал:

— Они говорят мне убить всех. Говорят, что вы задумали против меня недоброе. Они видели всё, Станислав.

Бард отступил:

— Егор! Как вы могли подумать.

Я вытаращил глаза, глядя в пустоту перед собой.

— Это вы виноваты в смерти Толстопуза. Да. Они говорят так! — палец указал на невидимого ребятам толстяка. Тот нахмурился. Быстро замотал головой. — Моя любимая крыса. Добрая, милая. Они говорят вы отравили её!