Чтение онлайн

— Ополчение из Елоги должно было прийти этой дорогой, — провел пальцем по очерченной синими чернилами линии Бажан. — На всё про всё у них не могло уйти больше седмицы. Пусть даже буран. К тому же выехали они раньше. Я не понимаю, где они могли настолько задержаться.

Кирилл проследил за его движением и кивнул.

— Ну а если они заплутали так же, как мы?

— Всё одно, к тому времени, как началась непогода, они должны были дойти до Ракитки, — возразил воевода.

— А если вельды? Кто знает, где те вообще могли повстречаться, — негромко предположил Ивор.

— Возможно, вельды. С ними вообще всё возможно, — Хальвдан скрестил руки на груди. — Но без серьёзной на то причины Добран не смог бы заблудиться так крепко, чтобы до сих пор не выбраться к деревне. Он здешние места хорошо знает.

— Тебе виднее, — князь приподнял брови, глянул исподлобья, — это ополчение было под твоим надзором.

— Вот я и говорю…

Хальвдан знал, что опытный тысяцкий никогда не позволил бы своему войску заплутать. Раньше Добран жил как раз на западе княжества, собирая и тренируя ополчение. Затем после того, как после долгих мытарств к княжеству присоединились последние восточные земли, Кирилл попросил его взяться за сбор нового ополчения и переехать в только заложенный город Елогу. Тысяцкий тогда не отказался, хоть и вынужден был связаться с недружелюбно настроенными племенами. Наяс лично выпил в те времена немало его кровушки. Но Добран, в конце концов, нашёл с вредным стариканом общий язык, помог примириться со многими старостами. В его силе и стойкости нет повода сомневаться.

— Ополчение нужно встретить, либо отыскать его следы, — проговорил Кирилл. — Что за напасть? Мы больше блуждаем по лесу в поисках то одного, то другого, чем приближаемся к вельдам. Как будто Боги издеваются надо мной!

Он громко ударил ладонью по столу. Прижимавшая угол карты кружка подпрыгнула и опрокинулась.

— Я соберу людей и тоже поеду, — отозвался Хальвдан.

Бажан недобро на него глянул.

— Ты-то куда собрался?

— Добран — не чужой мне человек. Так что искать его буду сам.

— Это ты ерунду удумал. Вагни для надзора будет достаточно, — отрезал князь. — А ты мне нужен здесь.

— Вон, сколько у тебя помощников, — Хальвдан обвел всех рукой. Бажан недовольно скривился, тысяцкие только переглянулись. — А Восточное ополчение и правда под моим надзором. Значит, и отвечать за него мне.

Кирилл тяжко вздохнул, вынул из стола кинжал. Карта тут же свернулась.

— Тогда добро. Езжай, коли шило в заду.

Хальвдан кивнул с ухмылкой и вышел из шатра. Стоило выспаться перед завтрашней дорогой: неизвестно, насколько она затянется. Пускаться в дальнейший путь без Восточного ополчения никто не станет, а одна задержка за другой только больше изматывали войско. Припасы не множились — от одной деревни до другой всё сложнее добираться. Бестолковое ожидание вытягивало силы и роняло боевой дух воинов.

Через лагерь Хальвдан прошёл к отряду верегов. Те после последней стычки с немерами так предпочитали держаться в стороне, поближе к его шатру. Даже непогода не слишком-то их помирила. С остальными воинами они разговаривать тоже отказывались, но и, к счастью, драк больше не устраивали. Никому не хотелось получить три десятка плетей только за одну двусмысленную улыбку и слово, сказанное на непонятном немерам языке. Оставалось только надеяться, что разногласия верегов с кметями не скажутся на сплочённости всей дружины. Знать, в бою-то все быстро забудут, что недавно готовы были разукрасить друг другу лица.

Когда воины, которые утром пойдут на поиски пропавшего ополчения, были отобраны, Хальвдан вернулся к себе. Скинув плащ, прошёлся кругом по шатру, ощущая себя до странности опустошённым, как будто ему не хватало чего-то… Мысли то и дело возвращались к Искре, оставленной в деревне. Он в задумчивости следил взглядом за суетящимся отроком, который принёс ужин, и пытался разобраться в странном беспокойстве, что охватывало его всё сильнее.

Затем Хальвдан словно очнулся.

Никогда он не думало своих любовницах после того, как покидал их. К чему перебирать их имена и похожие одна на другую ночи? Расставания с ними всегда проходили легко. А тут воспоминания об Искре лезли в голову особенно настойчиво. Почти так же, как сама девчонка к нему в постель намедни.

Понадобилось выпить ещё почти бутыль вина, чтобы наконец угомониться и заснуть. В отрывках снов ему приходило лицо дочери старосты Земко, её ореховые глаза, смотрящие с восхищением. Он словно снова чувствовал лёгкие, несмелые прикосновения тонких пальцев и робкие поцелуи, что становились всё более требовательными и несдержанными. А после её взгляд сменял другой, насмешливый и колкий — Млады. Хальвдан протягивал руку, чтобы коснуться её, но не мог, как ни стремился. Она была близко и бесконечно далеко.

Сон прервался от вовсе не подходящего Младе голоса Вагни и оставил внутри незнакомую доселе тоску. Пытаясь отогнать её и взбодриться после короткого отдыха, Хальвдан ополоснулся студёной водой и слишком поспешно собрался в путь. Подгоняя своих людей, которые едва успели подкрепиться на дорогу, он забрал у сонно зевающего отрока повод Расенда, а затем вынужденно дожидался, пока вереги взгромоздятся на своих коней.

Наконец показавшиеся ему бесконечными сборы закончились и отряд выехал из лагеря поз взорами утренних часовых.

Восход только-только заливал окоём, резче очерчивая тёмную полосу леса. Призрачный и холодный свет месяца всё сильнее пронизывался едва заметным желтоватым оттенком. Небо глотало звёзды, оставляя лишь одну, самую яркую, на юго-востоке. Сосны замерли в предрассветной дремоте, возвышаясь кругом могучими разлапистыми стражами. Морозно-колючий утренний воздух время от времени шевелил сырой ветер, юркий и студёный, пробирающийся даже сквозь плотную одежду. Но это даже хорошо — дремоту близко не подпустит.

За спиной то и дело раздавались зевки верегов. Никому не хотелось выезжать так рано и в такой спешке. Но Хальвдану словно вожжа под хвост попала. Он готов был занять себя чем угодно, лишь бы не пускать в голову назойливые мысли об Искре, перед которой он чувствовал теперь какое-то подобие вины. А уж больше этого ему становилось неловко перед её семьёй. Ведь знал же, кто она, чуял, что нечисто дело, а всё равно поддался. Теперь только и жди подвоха, майся от неизвестности. Может, ничем вся эта история не обернётся: усмирит Земко загулявшую не по своей воле дочь, вразумит, а там и выдаст замуж по-тихому за какого надёжного парня.

Хальвдан зло одёрнул себя. Не хватало ещё о девицах переживать, словно нецелованному молодчику перед Купальской ночью!

Дорога, уходящая к югу и заметенная недавним бураном, петляла извилистой лентой. Вдалеке она и вовсе терялась среди сугробов — наездить сызнова ещё не успели. Метель и правда бушевала на много вёрст вокруг. На памяти Хальвдана такой непогоды на землях княжества сроду не случалось. И ведь подгадала аккурат в то время, как войско двинулось в поход. А вслед за этим всё продолжало идти наперекосяк. Как бы исправить.