Чтение онлайн

И этот момент не заставил себя ждать. Машу мама пошла укладывать, а тёща достала графинчик и плеснула нам коричневой жидкости в рюмки, - ну, молодой человек, за что выпьем?

В лучших отечественных традициях я поднял рюмку, колыхнул жидкость, любуясь игрой света на хрустальных гранях. Потом посмотрел на женщину. На удивление я абсолютно спокоен, - а давайте Валентина Васильевна выпьем за новую семью. За Машку и наше с Катей счастье.

– Во как, а Вы не поторопились, молодой человек? Помнится, это мы уже проходили. Результат не очень порадовал, Вы исчезли на долгие годы. А что сейчас изменилось?

Я не стал греть дальше рюмку и опрокинул пахучую жидкость, неплохой коньячок, однако.

За мной и женщина лихо выпила. Поставив рюмку, продолжил - а знаете, Валентина Васильевна. Вы правы, я ошибся тогда, трудно спорить. И за это расплачиваюсь. Вон, дочь без отца растёт, - и кивнул в сторону спальни.

– Но, поймите, мне тогда только стукнуло 17, да, мы были с Катей влюблены. Но я оказался в Москве, попал в непростую ситуацию. Пришлось срочно идти, защищать Родину. Я просто растерялся и пытался выжить. А потом потерял с вами связь. Сейчас же всё изменилось, Машке нужен отец. И, желательно не в другом городе. А с Катей у нас тоже всё хорошо, просто нам нужно время.

Молчание, не заметил, что нас стало больше. Екатерина стоит, подперев косяк и теребит косу.

Её маман что-то рассматривает в окне, - ну допустим, а как вы жить то будете? Или ты к нам собрался переехать?

– Зачем к вам, у меня в Балашихе двухкомнатный кооператив, недавно въехал в новый дом. Катя с Машкой переедут ко мне. Там и садик рядом. Ну а музеев у нас полно.

– Да, и что она там будет делать, пока ты будешь носиться по своим соревнованиям?

Тут дочь подала голос, - мам, Володя перестал выступать. Он заканчивает институт в этом году и подрабатывает, пишет эти, как их, программы для компьютера.

Вроде взгляд мадам прокурорши потеплел. На этом разговор закончился, но спал я один в зале на диване. И на удивление выспался.

Весь ноябрь и половину декабря я мотался по региону. Пошла моя бухгалтерская программа, причём в первую очередь брали первую, правда доработанную версию «Мини-бухгалтерия». Многопользовательский вариант пока не востребован. Работал не только за наличку. У меня же кооператив, вот я и провожу небольшие суммы по безналу. Даже в налоговой инспекции появилась история моей предпринимательской деятельности. Но, конечно же предпочитаю старый добрый рубль, который в последнее время всё больше теряет свою покупательскую способность. Стало сложно купить продукты, да и шмотки исчезли с прилавков. Что-то новый наш руководитель страны мудрит со своей жёнушкой. Говорит красиво, а в магазинах всё страшнее становится. По соседству со мной небольшой гастроном, так там стоят скучающие продавцы, а на полках зелёный горошек и икра заморская, баклажанная.

Хорошо, что деньги на кармане появились, могу позволить покупать на рынке. Вот там есть всё, даже оживление такое. Народ ходит, присматривается и бурчит, что всё подорожало.

Поначалу я не обратил внимание на то, что утром стало трудно вставать. Прямо тело ломит, будто накануне вагоны разгружал. Но своё тело за годы занятия спортом изучил до мельчайшей молекулы. Я могу собраться, если даже не очень хорошо себя чувствую. Но тут дикая апатия накатила, в рот ничего не лезет, еле ноги волоку. Я, по идее, приписан к районной поликлинике, но ни разу там не был. Вообще не помню, чтобы я серьёзно болел. Так, по мелочи, кашель-сопли, ну или живот скрутит. Решил по старой памяти обратиться в спортдиспансер. У меня карточка даже там осталась, и врач-терапевт приняла сразу, почти не ждал.На обычный вопрос, «на что жалуемся» я только попытался сформулировать свои претензии к организму, как немолодая врачиха подскочила и оттянула мне веко, - и давно это у тебя, такое недомогание?

– Ну, дня три.

– А стул белый, моча тёмная?

– Ну, да, странноватый такой цвет.

– Да у Вас батенька гепатит. Где это ты его подхватил зимой-то?

И завертелось, сразу вызвали скорую, мне стоило большого труда и некоторой суммы денег, убедить не сообщать в санэпидемстанцию. А то те приедут ко мне домой делать дезинфекцию. Если бы это произошло в поликлинике, меня бы никто слушать не стал. А в диспансере удалось договориться.

Вот же попал, на скорой меня доставили в инфекционное отделение больницы скорой помощи. В приёмном покое быстро оформили, выдали уродскую выцветшую пижаму на размер больше и отвели в палату. Четыре койки, две заняты, я лёг у двери. Постепенно завязался разговор, мне быстро объяснили, что и куда и я мгновенно окунулся в царство таблеток, систем, и прочей медицинской терминологии. С этого дня мои мысли крутятся вокруг братьев близнецов, билирубин и алат. Утром медсестра берёт кровь из вены, после обеда оглашают результаты. Эти самый братья, у меня хреновые. Самочувствие соответствующее, да и к тому же у меня ничего нет с собой. В чём повязали, в том и хожу. Ни мыльно-рыльных, ни одежды, ни книжки почитать, только старая местная пресса.

Спасло то, что со мной в тот день расплатились клиенты и двести пятьдесят рублей в кармане имеется. И когда к соседу пришли посетители, я попросил купить мне зубную щётку с пастой, полотенце и дешёвый спортивный костюм с тапочками.

Со жрачкой спасает то, что в рот не могу ничего засунуть, а так в столовке жрачка убогая. Нам и так ничего нельзя, только отварное и на пару. Соседям приносят какую-то снедь, а я как волк-одиночка. Родители далеко, да и пугать не хочется, надеюсь я тут ненадолго. Кате тоже не сообщишь, где я тут в отделение межгород найду.

Так и покатили мою невесёлые будни. Я прикидывал, где мог подхватить вирусную инфекцию, которую ещё называют болезнью грязных рук. Овощи и фрукты я всегда тщательно мою, правда не в кипятке, то есть теоретически мог и от них. А ещё я частенько оказываюсь в дали от дома и питаюсь в столовых. Тоже как вариант, мог и там, иди-знай. От скуки выть хочется, я привык к напряжённому графику, а тут от укола до обеда слоняешься по отделению. Оно изолированно, не выпускают, мы же заразные. В сортире нарики варят в нержавеющей ложке свою кислятину, не стесняются тут же ширяться, вот и я разглядываю плакаты на стенах. Изучил все наставления.

В палате два парня. Вадик совсем молоденький и мне его искренне жаль. Парню 17 лет, попал сюда, как и мы с вирусным гепатитом, выйдет с хроническим и язвой желудка. У него болезнь проходила в тяжёлой форме и стали давать гормоны. А они очень агрессивны, надо перед употреблением обязательно что-то скушать. Парень пренебрёг этим и заработал прободную язву желудка. Да ещё и на операционном добавили гепатит более сложной формы. Брр, какая гадость, нет, я буду прислушиваться к врачам.

А когда нас посетил профессор, я сделал ему подношение в виде бутылки армянского коньяка и попросил взять под своё крыло. Сослался на великую ценность для будущего советского спорта. Тот посмеялся, но не отказал. Был в хорошем настроении, а я его рассмешил.

Второго парня звали Сергей, ему уже под сороковник. Что-то в нём было странное, худое лицо и беспокойные глаза. Так получилось, что Вадика выписали и мы остались вдвоём. Ночью я не мог спать, всё тело дико чесалось.

– А это из-за высокого билирубина, - пояснил сосед по палате, - у меня тоже чесотка.

Вот мы с ним большую часть ночи трепались за жизнь:

– А я с шестнадцати лет по зонам, вот год назад в очередной раз вышел. Но на этот раз всё, хватит завязываю.

Парень умело поведал мне свою грустную историю. Вор он, начал ещё в школе, а там засосало:

– Да они к нам относятся как к людям второго сорта. Не успеешь устроиться на работу, как на тебе, кто-то где-то что-то украл, а валят на меня.

Мне было интересно слушать, а тому говорить. Немного мешала только этакая слезливая нотка, все у него виноваты, кроме него самого.

Вот так проходили наши ночи, от окна дуло, и в палате постоянно работала самопальная электроплитка. Только она и спасала.

Каждый день лежал по несколько часов под системой. Чередовали физраствор и гемодез. Покупал за свои деньги, в аптеке кончились препараты, так что перешёл на самообеспечение.