Чтение онлайн

— Как хотите, — повторил Эдельвейс и развернулся.

Впереди за лестницей открылся вид на туманный коридор. Свечи сменились на магические камни, издававшие холодный белый свет. Его сильно приглушал плотный зелёный туман.

Я хотел было призвать справку на него, но в тот же миг он передо мной рассеялся, ускользая из виду. Будто неведомая субстанция могла читать и понимать мои мысли.

Эдельвейс, синие глаза которого теперь были уже вровень с моими, приподнялся на задние лапы. Послышался протяжный скрип. Сверху с шумом посыпалась пыль. Видимо, не часто сюда приводят посетителей.

Свет от кристаллов резко померк, и коридор за нами стал тёмным. Взамен свет лился снаружи. Слабый, но достаточный, чтобы видеть путь.

По ту сторону ворот была тёмно-серая взвесь и неестественные чёрные клубы облаков.

Эдельвейс шагнул первым на ту сторону, уверенно подошёл к краю и, слегка подпрыгнув, залез на мраморную ограду, за которой была лишь серость, переходящая в черноту.

Я замер. На меня вдруг накатил сильнейший беспричинный страх. Слова патриарха мрака были правдой. Даже просто находиться рядом с Днищем было невозможно.

Следующий шаг дался мне большой ценой. Меня едва не парализовало от страха, но, как и любое наведённое влияние, оно имело отображение в системном профиле. Поэтому я просто направил коррекцию на появившийся статус проклятия и снизил его воздействие до предела. А затем ещё несколькими коррекциями добавил всей группе сопротивление и повысил волю.

Стало значительно легче, но мана постепенно убывала. Без нужды лучше бы здесь не задерживаться. Кот был прав, лучше было оставить Хель у лестницы. Сопротивление у неё, конечно, было, но недостаточно для такого места.

После этого я шагнул к краю. Уже с гораздо большей уверенностью в себе и почти не ощущая эффектов, кроме лёгкой тревоги.

Я вгляделся во тьму. Чернота под нами была абсолютной. Она затягивала в себя. Чернее, чем сама тьма…

И в то же время неуловимо завораживала. Я вглядывался во мрак и ощущал, как нечто злое ворочается под нами, пытаясь найти взглядом меня.

— Барьер, который невежды, не видевшие её воочию, ещё называют великой стеной, это туман, — пояснил Эдельвейс. — Он сдерживает распространение мёртвой магии с Днища. Но как видишь, он давно прогнил, как и весь этот мир.

— Ты сегодня мрачнее обычного, — заметил я.

— Скажи, Альтаир, ты можешь починить эту завесу, или ослабить Днище?

[Великий барьер. Повреждено. Текущий уровень целостности: 12%]

[Коррекция. Повышение уровня целостности.]

Я едва не повалился на колени и закашлялся, после чего сразу же разорвал контакт. За пару секунд барьер высосал из меня половину всего запаса маны. Ещё миг — и я бы упал без сознания от истощения.

На мраморном полу остались следы крови. Пока что она шла только из носа от внезапно накатившей перегрузки.

— Альтаир! — воскликнула Хель с тревогой.

— Всё… в порядке, — ответил я ей.

— Не получается? — сочувственно спросил Эдельвейс.

— Получается, — через силу выдавил я. — Но потребуется очень много маны. Сейчас, подожди.

Я сконцентрировался и попытался изучить всё остальное вокруг. Только теперь в разы более осторожно и не внося никаких изменений. Чернота под нами не выделялась справкой никак, будто это и впрямь была настоящая пустота.

[Корркция: усиление зрения]

[Коррекция: усиление восприятия]

Движения стали заметнее. Теперь театр теней, оттенки черноты под нами, казались не монолитной тьмой, а множеством червеобразных лент, перетекавших в случайных направлениях в разные стороны, сливаясь друг с другом и распадаясь.

Затем среди черноты вдруг начали проступать отдельные чёрно-лиловые огни. Сложные, едва различимые очертания энергетических линий, будто светящаяся паутинка, или скорее путеводная нить…

Я вновь попытался призвать справку.

[Стихия: пустота. Процесс поглощения завершён на на 71%]

— Что ты видишь? — послышался настойчивый вопрос Эдельвейса.

— Мёртвая магия сожрала почти три четверти этого мира… — ответил я, сам ещё пытаясь осмыслить этот факт.

— Но мы ведь можем вернуть барьер?

— Да, но это нам не поможет. Кажется, я понял, почему солнечные не хотели вам помочь. Дело не в гордыне и лени. Они просто не могут.

— Ты же только что сказал, что это возможно?

— Мёртвая магия пожирает барьер. У солнечных просто нет столько маны. Когда я попытался починить его, вдвое больше моей силы вытянула из меня пустота.

— А если все объединятся? — спросила Хель.

Днище! Не нужно было при ней это всё говорить. Все и так напуганы. Да что там, я сам пока не понимал, как это можно исправить. Где взять столько маны? А главное, даже если я её где-то возьму, это лишь отсрочит неизбежное.

Если у мёртвой магии уже так много островов, её сила должна быть просто запредельной! Она при любом раскладе выдавит нас отсюда. Любое решение будет временным!

Для этого способа я оказался в этом мире слишком поздно…

— Вижу, решения у тебя нет, — понял Эдельвейс. — Жаль. Я на тебя очень надеялся.

Я обернулся к коту.

Как-то это прозвучало немного зловеще.

И не просто так. Обернувшись, я едва от неожиданности не свалился вниз за перила. Из тени патриарха вытянулось вверх огромное существо, сотканное из чистого мрака.

Уши заполнил ор множества кошачьих голосов, выметая из сознания даже властвующий у Днища шум ветра.

— Тогда решение есть у меня. Но оно тебе не понравится…

— Я тебя слушаю, — сказал я, игнорируя всю происходившую хтонь.

А странностей было много. Начать с поднявшегося вокруг башни ветра и резко потемневшего без того мрачного неба.

Спина Эдельвейса распушилась, и его черная шерсть начала напоминать чёрное, пожирающее свет пламя. Оно разрасталось, делая кота больше меня размером.

Синие глаза патриарха неотрывно следили за мной. Я продолжал улыбаться и ждать ответ. Он — внимательно смотреть на меня. Чёрное пламя, напоминающее живую, вечно подвижную тень — разрастаться вокруг нас.