Чтение онлайн

— Слушаем, милостивейшая государыня.

— Я принесла новости с юга, — понизила голос женщина. — В Букуреште совершено нападение на Их Императорских Величеств. Должно быть, вы уже заметили, что Осколок это почувствовал и отреагировал. — Хранители молча кивнули. — Император смертельно ранен. Он может не успеть добраться до Константинополя, чтобы получить исцеление от местного Осколка.

Хранители встретили новости спокойно. Лишь глаза на непроницаемых лицах выдали тревогу. У Воронцова дрогнули колени. Значит, все было гораздо хуже. Значит, газеты недоговаривали…

— Мы не знаем, что именно там произошло, но мне известно, что Великий князь Александр Константинович мертв, — продолжала женщина. — Поэтому я вынуждена действовать по протоколу, созданному на случай гибели или недееспособности императора.

Хранители переглянулись.

— Вы имеете в виду… Милостивейшая государыня, вы намерены взять Великий Осколок под собственный контроль?

Ксения Константиновна кивнула.

— Мне больше ничего не остается. Я единственная из рода, кто остался в Петрополе и способен это сделать. Прошу вас, начинайте подготовку. У нас мало времени. Как вы понимаете, теперь у меня стало его еще меньше.

Хранители не спорили. Не задавали лишних вопросов. Кратко посовещавшись, они обступили Великий Осколок в порядке, логика которого была ясна лишь им самим, и принялись как-то… воздействовать на этот артефакт.

— Милостивейшая государыня, позвольте задать вопрос.

— Конечно, Сергей. Задавайте.

— Почему вы призвали меня?

Великая княгиня покосилась на Сергея.

— Потому что сейчас наш Дом наиболее уязвим. Потому что я единственная, кто может контролировать столицу, ибо лишь я имею на это право. И логично, что меня могут попытаться уничтожить. Но с силой Великого Осколка и бессмертным помощником шансы удержать порядок возрастут.

— Думаете, все настолько плохо?

— Желай я свергнуть власть, непременно бы воспользовалась сложившейся ситуацией, Сергей.

Один из хранителей обернулся.

— Все готово, милостивейшая государыня. Можем начинать.

Великая княгиня на миг застыла, словно собиралась с мыслями. А затем вскинула голову, выпрямилась и решительно зашагала к артефакту.

— Прошу, отойдите, — сказала она Воронцову. — Сила Великого осколка слишком своеобразна, и я не хочу, чтобы вас задело.

Воронцов послушно отступил к деревьям. И оттуда он наблюдал за тем, как эта хрупкая невысокая женщина без страха обеими руками прикоснулась к мерцающим граням странного камня. Вздрогнула. Казалось, даже вскрикнула, но рук не отняла.

Осколок заворчал, зарокотал, завибрировал так, что с цветущего куста дождем посыпались белые лепестки. Ксения Константиновна не отрывала рук. Ее окутало темное сияние, больше походившее на дым или туман. Оно искрилось мириадами мелких разноцветных звездочек, и казалось, что этот эфир проходил сквозь тело женщины.

А затем Осколок ярко вспыхнул, и темный туман пропал.

Великая княгиня обернулась к Сергею, и он отшатнулся. Ее глаза были похожи на звездное небо — белки и зрачки заволокло темным, и в них светились те самые искры.

— Вы… Вы в порядке, милостивейшая государыня? — Робко спросил Воронцов.

— В полном, ваше сиятельство.

Женщина обернулась к хранителям.

— Никого не впускать в Зимний сад. Усилить охрану. Мы переместим Великий Осколок в другое место в целях безопасности. Начните подготовку к перемещению.

Хранители синхронно поклонились.

— Как прикажете, госпожа.

А затем она обернулась к Воронцову.

— Мы созываем Малый совет, — она вытащила из внутреннего кармана пиджака небольшой конверт. — Передайте это канцлеру, как только он явится. Это список одаренных семей, которые отныне лишены права владеть Осколками. Пусть процесс изъятия начнется сегодня же.

Собор Святой Софии, Константинополь, сентябрь 2023 года

— Как ты, Кость? — я склонился над бледным Денисовым, даже не зная, чем именно сейчас мог ему помочь.

Напарник слабо улыбнулся.

— Жив, но немного завидую мертвым. Не знаю, что сделал Великий князь… — его голос сорвался, и он мучительно закашлялся, — Но это была забористая хренотень! Разве что врагу такую пожелаю, и то не всякому…

С момента визита Радаманта в подземелье прошло несколько часов — это если верить моим наручным часам. Но я бы не удивился, сойди они с ума и покажи неверное время. Вся аппаратура в подземелье попросту сгорела после того, как Ира начала работать с Осколком.

— Думал, умру, — подумав, признался Костя. — Думал, это конец.

Я молча кивнул. Эта операция и меня слишком часто заставляла задуматься о скорой окончательной смерти.

Вокруг нас суетились люди. Десятки сотрудников Управления с разным количеством звезд на погонах, члены свиты Александра Константиновича, несколько церковных служек из базилики. Даже армию уборщиков пригнали, уж не знаю, откуда. Из почтения к случившемуся все они старались вести себя тихо, но каждый их шаг, каждый шепоток отдавался эхом в купольных сводах подземелья.

Я помог Денисову принять сидячее положение. Он только очнулся, и я успел лишь визуально его осмотреть. Ира заверила, что жизни парня ничего не угрожало, но я все равно не спускал с него глаз. Мне сейчас нужно было чем-то себя занять, чтобы не оцепенеть и не впасть в прострацию. И я решил опекать Костю. Ире моя помощь сейчас была не нужна.

Могло показаться, что худшее было позади, но я в это не верил. Нет. Худшее, настоящее худшее, было впереди. А мы всего лишь случайно оказались на генеральной репетиции этого апокалипсиса.

Но случайно ли?

— Оставь, я в порядке, — Денисов отмахнулся от моей помощи и с облегчением привалился к стене. — Сам как?

— Не жалуюсь.

Откровенничать не хотелось. Не время и не место для рефлексии. Сейчас следовало сориентироваться и понять, как действовать дальше.

Костя внимательно наблюдал за происходящим в зале. В подвал успели притащить яркие прожекторы на высоких ножках — вроде строительных — и сейчас зал освещался их неуютным холодным светом.

— Миш… Мы победили?