Чтение онлайн

А еще Лала что-то говорила о возможности незаметно и, по-видимому, незаконно пересечь Саву и попасть на территорию Сербии. Нужно на всякий случай проработать и этот вариант. А то мне уж совсем не нравилось происходящее в Земуне. Словно меня здесь поджидали и готовили ловушку. Я в нее лезть не хотел, но чувствовал, что вокруг меня словно сжималось кольцо окружения. Нельзя оставаться под юрисдикцией австро-венгерского законодательства. Сербское пока что было более лояльным.

Но и оставить выходку Альтанна безнаказанной я тоже не мог. Свои не поймут. Это был как раз тот случай, когда жесткий ответ был необходим.

Черт, если бы не эти секретные мутки Тайного отделения…

— Десет минут, — сказал таксист и ударил по газам. Не успели мы отъехать, как он уже врубил на магнитоле какую-то заводную песню с национальными мотивами.

Мы довольно быстро выехали из центра города. Особняки аристократии и купцов плавно перетекли в кварталы для среднего класса, позже пошли уж совсем простые домишки. Дорога свернула ближе к берегу Дуная, и я увидел огни костров. К этому моменту совсем стемнело.

Водитель остановил автомобиль.

— Рус?

— Да.

— Дальше сам иди. Я туда не поеду.

— Плачу вдвое больше, если дождешься.

Таксист покачал головой.

— Пет минут — и нема колес! Десет минут — и нема авто! Не, не, не!

— Подожди в квартале отсюда, — я протянул ему еще несколько купюр. — Мотор не глуши. Я быстро.

— Петнаест минут. После уеду, — предупредил водитель, но деньги все же взял.

Ну что, Коля, придется метнуться кабанчиком.

Я вышел из машины и уставился на огоньки. Чуйка подсказала — за мной уже наблюдали. Я не видел их, но они мгновенно срисовали меня и уже наверняка размышляли, как бы поэффективнее обчистить залетного туриста.

Ну уж нет, ребятки, даже не думайте. Я активировал «Берегиню» и дал легкое свечение заклинанию. Оно мгновенно окутало меня, давая понять, что я был одаренным. А затем медленно, внимательно вглядываясь в тени, я пошел на огни костров.

Квартал ромалов располагался у самого берега Дуная. Хотя кварталом это в привычном смысле и не было: так, странные постройки различной степени ветхости. Любили они роскошь, но относились к ней весьма своеобразно. Я видел, что на древних, почти что насквозь проржавевших автомобилях красовались новенькие хромированные диски колес. Несколько мужчин в лохмотьях носили золотые украшения. Внутри одной из ветхих халуп, где даже двери не было, стоял новый холодильник. Хотя электрические провода здесь были проведены кое-как и держались на соплях.

— Ко си ти? — двое крепких парней перегородили мне дорогу.

— Где Лала?

Парни переглянулись.

— Зашто?

— Карте, — я судорожно пытался подобрать слова. Пусть думают, что я пришел за гаданием. — Карте, живот, судьба.

Они внимательно на меня пялились, и явно без удовольствия. Ну да, такой лакомый кусочек сам приперся, а ограбить нельзя — чревато. Наконец, один из них кивнул и махнул в сторону, приглашая идти следом.

Мы медленно шли через… Наверное, это можно было назвать лагерем. Никаких удобств, люди грелись у костров, там же играли на аккордеонах и жарили мясо. Когда я проходил мимо, старшие женщины жестом велели девушкам прикрыть лица. Ага, и это еще нас называли патриархальными варварами. Ага, ага.

— Овде je Лала, — сказал парень и указал на шатер. — Треба лаве.

— Имам, — кивнул я. В смысле есть у меня деньги, но тебе они не достанутся, дружище.

Мой проводник первым вошел внутрь. Я услышал быстрый разговор шепотом, затем что-то зашебуршало, зашелестело, завозилось.

— Иди, — парень вылез из шатра и придержал для меня полог.

Я сунулся внутрь и тут же закашлялся. Здесь жгли какие-то благовония или еще какую-то гадость. Запах был таким резким, что у меня заслезились глаза.

— Опа, кнез, — улыбнулась черноволосая девушка. Она была все в том же цветастом платье, только теперь на ее голове и плечах лежала тяжелая шерстяная шаль. — Здраво, господине!

Она была здесь не одна. В шатре сидел хмурый мужчина, который тогда, на станции, и отругал девушку. Рядом с ним медленно тасовала карты старуха в черном. Недобро покосившись на меня, она все же кивнула. Разрешила зайти. Мне показалось, что бабка едва дотронулаьс до меня силой и решила не лезть. А интересный табор…

Да и Лалу здесь явно берегли. Еще бы, такой дар.

— Зачем пришел? — в руках гадалки появилась та странная колода. — Поверил мне? Хочешь знать будущее?

Я опустился на косую шатающуюся табуретку напротив красотки. Она сидела за столом, покрытом тяжелой темной скатертью. Коптили жирные свечи, курились мерзкие благовония. И даже хрустальный шар — неизменный атрибут всех ярмарочных гаданий — тоже был на месте.

— Хочу знать настоящее, — сказал я. — Я пришел не за гаданием, а за точной информацией. Мне нужно кое-кого найти, а знакомых у меня здесь не так много.

Лала нахмурилась.

— Значит, ты хочешь услугу.

— Да.

— Это стоит денег. Иногда не только денег, господине.

— Это не проблема.

Девушка резко спрятала карты и обернулась к мужчине. Что-то протараторила ему на странном диалекте — я ни черта не понял. Дядька тоже нахмурился и пристально на меня уставился. А затем что-то спросил у Лалы.

— Он интересуется, можно ли тебе верить, — перевела гадалка.

— А чего вы боитесь?

— Мы боимся, что русский князь оказался здесь далеко не просто так. Если у господина проблемы, у нас тоже могут быть проблемы, если мы поможем господину.

Я улыбнулся.

— Господин никому не расскажет. Слово дворянина.

Лала снова что-то перевела мужику. Они принялись спорить, и градус явно нарастал. Судя по всему, девушка уговаривала выслушать меня, а старший отказывался. Но вдруг Лала вскочила, что-то выкрикнула ему — и мужик умолк. Переглянулся со старухой, и только после этого они наконец-то кивнули.

— Иди с ним, — сказала гадалка. — Он отведет тебя к нашему барону.

Не многовато ли с меня баронов на сегодня? Но раз заварил эту кашу, надо хлебать до дна.

Меня вывели из шатра, и мы направились к самому центру лагеря. Там возле огромного костра сидел пожилой мужчина в окружении более молодых людей. Увидев меня, он приподнял брови и молча велел сесть на пустую скамью. Не удивился — значит, уже предупредили.

Барон оказался примерно таким, каким я его себе и представлял. Непонятного возраста — от пятидесяти до семидесяти, в старомодном и некогда щегольском костюме, с ярким шейным платком и всклокоченными седыми волосами. Пальцы обеих рук украшали массивные перстни с драгоценными камнями. Каждый тянул на небольшой домик в центре…