Чтение онлайн

— Ерунда! То есть ты за него радуешься — и это правильно. Но на свете не один же мужчина, еще кого-нибудь встретишь. Ты помнишь Голицына?

— Это князя нашего? Как же, забудешь его: мне из-за него так повоевать тогда пришлось! Как же: в советский университет затесался представитель угнетателей! Но он ведь уже выпуститься должен был?

— Как ты там говоришь: кому должен, всем прощаем. Каблуков его в аспирантуре оставил. У него тема диплома интересная была, о комплексной переработке горючих сланцев. По его проекту уже в Сланцах установку выстроили, которая газом теперь весь Ленинград снабжает. Ну не весь, конечно, а весь жилой сектор, а в качестве отходов завод дает и резину какую-то, и смолы разные, и бензин. А из золы он чего только не добывает! То есть собирается добывать: там есть и рений, и уран, и ванадий, и молибден. Довольно много цинка и свинца, даже золото и платина с палладием имеется. Вот только по-отдельности их добывать совершенно невыгодно, но если заняться именно комплексной разработкой… Иван Алексеевич говорил, что если у него получится… я не об этом вообще-то. А парень он видный, на него все девчонки заглядывались…

— Самой-то не смешно такое говорить? Князь Голицын — и Старуха Синицкая!

— Не смешно. Я его консультировала… в общем, он как-то проговорился — не мне, я случайно услышала — что в университете единственная нормальная девушка — это Старуха. И сдается мне, что он по тебе сохнет.

— Но я-то по нему — точно нет. Да и мелкий он какой-то…

— Тогда ты его точно с кем-то путаешь, он меня на голову выше.

— А я?

— Ну, ты тоже прилично так подросла, но не настолько же! Ладно, я тебя сватать не собираюсь, но предупреждаю: вот эти — Саша показала рукой сначала на кроватку, а потом на свой живот — они жизни новый смысл придают. Так что ты не затягивай с этим делом…

Разговор прервался звонком в дверь. А когда Саша открыла, в прихожую зашел очень радостный Лаврентий Павлович:

— Здравствуйте, Александра Васильевна, надеюсь, я вас не сильно побеспокоил. — И, повернувшись к Вере, сообщил:

— Мне Нино сказала, что ты воздушный парад отсюда с крыши смотреть ушла, хотела Серго с собой захватить…

— Но вы его с собой на Красную площадь уже забрали.

— Ну да, а так как парад давно закончился, я и вычислил, куда ты деться могла. И лично пришел, чтобы тебя сначала поздравить, а потом… ты уж извини, но, сама понимаешь…

— Ничего-ничего, мне гадости часто выслушивать приходится.

— Вот ведь зараза! Итак, сначала поздравления — и учти, я тут вообще не причем, это все Куйбышев, а мы с Иосифом Виссарионовичем были не в курсе и отговорить не успели. Так что поздравляю тебя с награждением орденом Ленина! Александра Васильевна, указ совершенно секретный, так что никому, даже мужу…

— Понятно… никто не узнает. Вера, я тебя тоже поздравляю!

— А теперь переходим к вещам несколько менее приятным. Или наоборот, более приятным, но все равно неприятным. Вчера вечером на совместном заседании ЦК и Президиума ВЦСПС все, кого ты в тот список занесла, исключены и заключены. Александра Васильевна, вы этого не слышали и никогда не будете ничего уточнять. Но это лишь первая часть, как ты любишь говорить, марлезонского балета. Вторая часть заключается в том, что на предложенную тобой программу по… тяжелым металлам правительство выделяет для начала миллиард рублей. А ответственной за растрату этого миллиарда было предложено назначить тебя…

— Всего один миллиард?!

— Нет, я знал, что ты хапуга ненасытная, но вот чтобы настолько… Остальное сама заработаешь!

— НТК заработает, то есть не я, а вы.

— А вот фигу! Указом Президиума… ну, ты знаешь, товарищ Берия Лаврентий Павлович освобождается от должности Председателя НТК в связи с необходимостью сосредоточиться на работе руководимого им КГБ. Председателем НТК назначается товарищ Синицкая Вера Андреевна. Так что денежки на свои игрушки ты теперь будешь добывать сама. Ладно, не вешай нос, по секретам КГБ тебе поможет. А вот по науке и технике… — Берия откашлялся, принял театральную позу и провозгласил:

— Ведь каждому известно, что лишь Старуха с высоты своего возраста и жизненного опыта в состоянии решить любую проблему! — А затем, вернувшись к обычному своему состоянию, негромко добавил:

— Завтра, в девять утра товарищ Сталин ждет тебя у себя в кабинете. Мне с тобой пойти для моральной поддержки или сама справишься?

— А куда же я денусь-то… с подводной лодки. Однако надеюсь, что Иосиф Виссарионович все же человек достаточно разумный и меня с этой работы с позором выгонит. Причем завтра же утром, в девять часов и одну минуту.

— Ну-ну… если что, то заходи в гости. Нино сегодня столько вкусного наготовила — на завтра чем тебе страхи твои заесть, с запасом останется. То есть ты в любом случае заходи, вместе поужинаем… и подумаем, как нам жить дальше. И надеюсь, жить мы будем хорошо…

Иосиф Виссарионович молча смотрел на Веру, которая удивительно спокойным голосом рассказывала ему… ничего нового в ее словах не было. И почему-то у него возникло странное ощущение: ему на несколько секунд показалось, что перед ним сидит не молодая женщина, а умудренная жизнью пожилая учительница, объясняющая нерадивому ученику известные каждому взрослому человеку истины. Очень спокойно объясняющая – потому что этим занимающаяся уже долгие годы и давно уже понявшая, что ученики – они вовсе не идиоты от природы, а еще просто жизни не нюхали и потому могут не понимать совершенно элементарные вещи. И волноваться из-за того, что ученики что-то еще не поняли, совершенно бесполезно, а единственный способ им какие-то знания дать – это спокойно, без надрыва и без тени раздражения рассказывать это снова и снова…

И сидящая перед ним девушка именно так, спокойно и методично, разве что с легкой ноткой усталости в голосе, говорила:

– Иосиф Виссарионович, вы же уже давно не мальчик. И вы – в отличие от того же, скажем, Валериана Владимировича, прекрасно знаете, что мне всего лишь двадцать лет. А назначать на такую должность двадцатилетнюю дуру – это, извините, далеко не самая лучшая идея. К тому же я – всего лишь химик, а стоящие перед НТК задачи… да я три четверти из них даже понять не смогу, в чем они заключаются. Конечно, я – в меру своих скромных сил – готова вам помогать на любых фронтах, но все же лучшее, что я могу сделать – это сидеть в какой-нибудь химической лаборатории, производя очередной вонючий препарат…

– Спасибо, Вера Андреевна, за то, что изложили мне свою точку зрения, – Сталин даже головой немного мотнул, как бы отгоняя наваждение, – однако у нас относительно вашего назначения мнение сложилось несколько иное. Единодушное, между прочим, мнение.

– И у вас что, собрались исключительно товарищи с мозговой дисфункцией? Назначить на такую должность… да ладно, пусть они даже думают, что мне уже двадцать шесть, но все же…

– Вера Андреевна, мы очень хорошо знаем, что вы успели сделать для страны в ваши двадцать лет. И даже если думать, что вам уже двадцать шесть, все равно иначе, как поразительными, ваши достижения назвать нельзя. Сейчас в стране… а давайте просто подсчитаем вместе? Заводы, которые вы – лично вы – невероятным образом купили у капиталистов и которые под вашим руководством были выстроены в СССР, сейчас выпускают почти семьдесят процентов советских автомобилей. А даже если не считать легковые, то все равно получается гораздо больше шестидесяти процентов. Больше половины тракторов, а если принять во внимание, что в Сталинграде трактора делаются с вашими двигателями…

– Не с моими, я всего лишь попросила комсомольцев в НТК скопировать германский дизель! И они это проделали без малейшего моего участия!

– Да, но попросили-то их вы. По вашей инициативе… я знаю, вы опять скажете, что все сделали другие люди – но что им нужно делать, именно вы и придумали, так вот, по вашей инициативе были предприняты беспрецедентные меры по предотвращению в стране голода два года назад. И, даже по вашим расчетам, мы спасли от смерти минимум несколько миллионов человек. Несколько миллионов, которые теперь должны денно и нощно вас за это благодарить!

– Но я…

– Я пока не закончил. На продаже вашей продукции – то есть продукции, которую придумали лично вы – СССР получает заметно больше половины валютной выручки. И, хочу обратить особое внимание, опять-таки лично вы придумали, как сделать эту продукцию столь востребованной за границей. Вы рассказали нашим энергетикам как изготовить сверхмощные турбины для электростанций, буквально заставили товарища Рамзина разработать и изготовить необходимые для этих турбин паровые котлы, потребляющие меньше топлива, чем котлы вдвое, даже втрое менее мощных электростанций. А на днях товарищ Тевосян мне сообщил, что вы предложили ему способ выплавки черных металлов, который тоже втрое экономичнее ныне существующих способов и при этом металлургическим заводам, работающим по предложенной вами методике, и рабочих требуется в десять раз меньше!