Чтение онлайн

Степан Чичмарков, сложив руки на груди, упирался плечом в дверной косяк. Мускулы купца первой гильдии облегал зеленый халат, разрисованный полумесяцами, длинные каштановые волосы стягивала сеточка для сна. Бородка «по-мексикански» (без бороды в империи не могли обойтись даже вполне современные купцы) удивляла модной стрижкой, три из пяти пальцев каждой руки украшали золотые перстни. Глаза у Чичмаркова и то оказались эксклюзивными, разного цвета: левый – темно-карий, а правый – светло-золотистый. Участки мозга Алисы, отвечающие за материальное обеспечение, приятно вздрогнули.

«Потрясающий мачо, двадцать пять лет, и с таким баблом, – молнией пронеслось в ее голове. – Завидный жених, но… все бесполезно. Стоит начать совращение, подлец Каледин заколет его на дуэли, аки козу. Наследство достанется папе с мамой. Ох, как мне скучно жить!»

Каледин встретил Чичмаркова с настроем, далеким от дружелюбия.

– У меня полно работы, а я рассиживаюсь в твоем кабинете. Будь уверен – в следующий раз приеду к тебе в офис, если только сам император позвонит.

– А он и позвонит, – равнодушно сказал Чичмарков. – Ты не сомневайся.

Федор поднялся с дивана.

– Это ведь ты, – поинтересовался он, – тот самый купчина с вагоном понтов, что на собрании акционеров бросил знаменитую на всю страну фразу: «У кого сейчас нет миллиарда, тот может идти в жопу?»

– Я, – охотно подтвердил Чичмарков, подтянув пояс халата.

– Вот и отлично, – улыбнулся Каледин. – У тебя из-за кризиса его тоже нет. Специально в Инете сайт «Форбс» [257] посмотрел – девятьсот девяносто четыре «лимона» твое состояние. Сам дойдешь или требуется придать правильный маршрут?

Чичмарков отклеил себя от косяка. От купеческой невозмутимости не осталось и следа. Было заметно, слова Каледина достучались до его сердца.

– Федя, – всполошилась Алиса. – Пожалуйста, здесь НЕ НАДО.

– Почему? – спросил Каледин, не поворачивая головы.

– Стены будут в крови, – пискнула Алиса. – Это же Дольче и Габана!

Чичмарков внезапно расхохотался. Он смеялся столь искренне, широко открыв рот, что Каледин невольно разжал руку, сведенную в кулак.

– Извини, ваше благородие, – захлебывался смехом Чичмарков, утирая слезы. – Пресвятая Богородица, какие дворяне нервные! Ни за что не угадаешь, как на встрече с вами себя следует подать. На иных богатство и сибаритский вид зажравшегося нувориша классно действует – попадаешь, миль пардон, в нужную психологическую струю, и можно из человечка веревки-с вить.

– Я по статусу – высокоблагородие [258] , – поправил его Каледин. – Советую запомнить. Пока же, господин с Габаной, я бы на твоем месте переоделся. Дама в вечернем платье, вся утонченная – а ты в халате, как фрекен Бок.

…Купец внял совету. Уже через десять минут все трое чинно восседали на небольших диванчиках у круглого столика (в тон полу он был сделан из горного хрусталя) и пили шампанское. Млея от вкуса вина, Алиса разглядывала золотистый потолок с крылышками ангелов и тихо восхищалась огромными буквами D& G. Чичмарков, переодевшийся в костюм, чувствовал себя неудобно – он то и дело разглаживал складки.

Официант-кореец, кланяясь, разнес канапе с копченой форелью. Слуга выглядел злым и сонным – толкнув бокал Алисы, он даже не извинился.

– На всем приходится экономить, – сокрушенно вздохнул Чичмарков. – Неделю назад работал японец. Обнаглел, потребовал повысить жалованье. Уволил, заменил азиатом подешевле… отличия никакого, те же зенки узкие, хотя качество обслуги, конечно, хромает. Зачем я вас пригласил? Да-с, ты попал в самую точку, твое высокоблагородие. Нет у меня никакого миллиарда. Боюсь, и миллиона скоро не останется. Потребление по всему миру падает, магазины разоряются – реклама не работает, даже провокационная… снимешься голым – и то не будет всплеска продаж. Когда стоит вопрос: пожрать или пылесос, человек выбирает сугубо в смысле пожрать. Но даже в такое время людям нравится считать себя культурными. Я не скрою: аренда могилы Пушкина – мой запасной «аэродром» в кризис. По плану там собираются возвести казино «Пиковая дама», отель «Руслан и Людмила», сауну «Капитанская дочка»… Под носом у Святогорского монастыря возникнет новый Лас-Вегас, но с литературным уклоном. Контракты на строительство заключены, подрядчики собирались приступить к работам со дня на день… И тут нате – такая засада. Теперь я банкрот.

Каледин с аппетитом лопал канапе. Алиса была затянута в платье впритык, и оно потрескивало при каждом повороте. Ха-ха-ха, диета. Так ей и надо.

– А ты что ж ничего не кушаешь? – спросил Федор страдающую Алису.

– Берегу фигуру, – злобно сообщила та.

– О, это ценно, – поддержал Каледин. – Между тем, знаешь, вкуснятина. Особый стиль копчения, прекрасно гармонирует с лимоном… Жаль, что…

– Да пошел ты… куда без миллиарда. – Алиса уткнулась в бокал.

– Сорри-сорри, – повернулся к купцу Каледин. – Да, история в твоем изложении получилась трогательная. Но давай рассмотрим и другой вариант. А что, если ограбление тебе выгодно? Не удивлюсь, если пушкинские косточки застрахованы на солидную сумму… ну так, случайно совпало.

Чичмарков залпом выпил шампанское – словно водку.

– А вот не предусмотрел, – с досадой ответил он. – Покойник почти две сотни лет пролежал в могиле, никто не интересовался его скелетом. Кому нужны кости, пусть и великого поэта? Ни одна страховая компания не заключит со мной договор. Я уже сотню вариантов перебрал: кто, зачем и почему. Выкуп, господа хорошие, был бы правильнее всего. Но мне до сих пор не позвонили.

Алиса обрадовалась возможности отвлечься от форели.

– На самом-то деле разрекламированная теория о маньяке-одиночке, либо о группе механиков а-ля воры гроба Чаплина не выдерживает критики. – Она искоса посмотрела на Каледина, и тот застыл – изо рта свесился ломтик рыбы. – Уровень и профессионализм грабежей показывают: это дело рук всемирного синдиката вроде «Аль-Каиды». У них достаточно денег, чтобы нанять боевиков по всему миру, и умов-мастермайндов [259] , способных планировать такие операции. Со дня на день следует ожидать новые налеты. Скажем, я не удивлюсь, если завтра увижу в теленовостях: неизвестные коммандос штурмом взяли Вестминстер, битком набитый усыпальницами британских королей, взорвали мавзолей Омара Хайяма в Нишапуре, вытащили из ячейки в Каирском музее прах Тутанхамона. Резонный вопрос: для чего вообще нужны кости именитых покойников? Есть одна мысль…

Каледин проглотил форель. На его лицо вернулось сонное спокойствие.

«Он знает больше меня, – догадалась Алиса. – Но не хочет говорить. Сволочь».

– Барышня, – заныл купец, – скажите, а? Истомилась уже душенька.

– Ваш вывод, мсье Чичмарков, представляется незрелым, – самодовольно начала Алиса. – Моя основная версия – это именно выкуп. Скелеты великих людей – национальное достояние, ничуть не хуже золотых шахт или газовых скважин. Склепы селебритиз [260] являются туристической достопримечательностью: толпы народа стекаются, чтобы отдать поклон могилам святых, поэтов и героев. Любое государство без таких могил – просто фигня, мыльный пузырь. Вспомните, какой экстаз начался в Ватикане, когда обнаружили мощи апостола Павла! Это все равно что захватить поезд с бриллиантами. Я уверена – Франция легко выплатит 5 миллиардов евро за прах Наполеона, столько же можно потребовать и за Пушкина. Десяток покойничков – и безбедная старость целой группе людей обеспечена. Международный синдикат грабителей могил? Вполне реально. Скажите мне, на чем сейчас, учитывая кризис, можно сделать деньги?

– Да ни на чем, – кисло согласился Чичмарков. – За что ни возьмись, все тут же валится. Золото, мед, акции – падают. Вышел вчера на улицу – кирпич под ноги упал. Батюшка в церкви толкует – примета к удешевлению квартир.

– Оно бы и хорошо, – встрял в беседу Каледин. – Я вот по чьей-то милости фактически в корыте живу. Версия забавная, но у меня другая мысль. Согласно заключению полицейской лаборатории, смерть профессора наступила вследствие отравления неизвестным ядом высокой степени токсикации. Горло ему перерезали уже после смерти – просто для того, чтобы слить кровь… а уже потом над телом Мельникова потрудился профессиональный бальзамировщик. С головой у этого профи определенно странности… Хотя, если долго работаешь в сфере украшения трупов, это неизбежно. Можно предположить факт зашифрованного послания – маньяки обожают оставлять «открытки», чтобы следователь голову поломал. В истории криминалистики известны эстеты, придающие мертвецам позы с картин старых итальянских мастеров. Но это еще не все. Жандармское досье на Мельникова свидетельствует: профессор – единственный специалист в империи, осуществлявший в Сеуле эксперименты по к л о н и р о в а н и ю…

У Алисы и Чичмаркова вытянулись лица.

– Потрясающе, верно? – заложив ногу за ногу, королевствовал Каледин. – Таким образом, на сцене, прошу любить и жаловать, появляется свежий мотив. Представим, останки Пушкина и Наполеона, несмотря на приличный возраст косточек, содержат частицы их ДНК. Забудьте о своих ничтожных миллиардах – тут пахнет сумасшедшей прибылью. Рождение заново кумиров всего человечества! В открытую на это никто не осмелится… но кто запретит медицинскому светилу провести секретную операцию? Первый опыт клонирования человека был совершен в 2002 году докторшей Брижитт Буасселье в Канаде, и пошла писать губерния. Покойный Мельников – профессор-звезда, и он имел широкие планы – помню интервью о клонировании мамонта. Тут проще простого. Извлекаем ДНК Пушкина, оплодотворяем яйцеклетку, младенца вынашивает суррогатная мать, и ура – клон с бакенбардами пишет бестселлер всех времен: «Онегин II: возвращение Ленского». А вот потребность в Наполеоне ставит меня в тупик. В эпоху самолетов-невидимок, спутников и ракет с лазерным прицелом самый крутой полководец – и тот становится подставкой для принтера.