Чтение онлайн

– Подпустишь, подпустишь. Просто мы еще условия не обговаривали. Вот к Озерной подъедем, и подпустишь.

– Откуда такая уверенность?

– А как ты книгу отдавать пойдешь? Со знанием, что тебе ее нежить дала? И себя, и свою семью погубишь. Ты правда думаешь, что Римик не проверит твою голову? Да и условия у нас хорошие.

– Это какие?

– Усыпить вас всех и стереть память.

– Не слишком ли вы самоуверенны?

– Шучу. Хотя тоже вариант. Я бы так и сделал. Только вы ведь потом не догадаетесь, откуда книга. А условия такие. Мы разоружимся. Твои возьмут нас на прицел, а мы наложим плетение блокировки памяти. После того как очнешься, расскажешь своим о том, что помнишь. Без этого неразумно соваться к светлым.

– Какое-то зерно истины в твоих словах есть. Доедем до Озерной – видно будет. Так что там с войной?

– Расскажу, как только согласишься на блокировку. А то ведь тебя придется убить.

– Не зарывайся.

Лич зажег темный «огонек».

– Раз, и мы в стороны. Ровный, начинай думать. Мы и без того как няньки с вами. Честное слово. Учись доверять. Иногда даже тому, кому не можешь. И давай прекращай играть в освободителя девиц. – Лич уже подался было вперед.

– Спасибо, Саймол.

– За что именно?

– Да вы у нас как ангелы-хранители – и в трактире, и с сейшей, и в селе этом…

– А кто такие ангелы? – заинтересовался Нирт.

– Есть легенда одна, – вместо меня ответил Саймол, – почти как мы, только наоборот – светлые.

Личи поехали вперед.

От исварцев уходили три дня. Первая группа, приглашавшая на переговоры, оказалась не единственной. Всего разведка насчитала около трех сотен врагов. Эль Римик хмуро ехал в середине колонны, оглядывая уставших воинов. Обладающие искрой еще более-менее держались, а вот простые воины засыпали на ходу. Им явно не хватало двух-трех часов отдыха в сутки. Исварцы гнали грамотно. Гнали к реке. Римик понимал это. Очень уж подозрительной была численность преследовавшего отряда и их дислокация. Хотя какого отряда – армии!

«Надо было отпустить мамашу с выводком», – когда обгонял пленных, у которых на руках спали дети, пришла запоздалая мысль. Но в то же время Римик понимал, что в нормальных условиях он вряд ли отпустил бы их – слишком велико было желание изучить этих нелюдей. Ну а дети – вообще кладезь знаний о них. «Еще и дочь Верховного, – раздражение посещало последние сутки часто, – без нее лучше не возвращаться – Аргеен убьет, даже задумываться не станет». На опушке леса от начала колонны к Римику бодрой рысью направился Сог – десятник головного разъезда. Похоже, приехали.

– Магистр, впереди река, – подтвердил его опасения воин.

– Остановимся на холме справа. Отдохнем. Лагерь не разбивать. И десятников собери.

Сог хмуро развернул кобылу. Тоже все понимает.

– Ну что? Докладывайте. – Римик сидел на камне, обнаруженном рядом с местом стоянки.

– Вверх по реке, верстах в двух, – начал Руст, наверное, самый старый из десятников, тем не менее сохранивший стать и мощь, – заслон, человек с полста, насчет магов неизвестно, но по повадкам не зеленые юнцы. Можем пробиться. Только надо прямо сейчас выходить.

– Не завязнем?

Руст вздохнул:

– Ну если без обузы, то точно пройдем…

– Исварцы, – подбежал молодой воин, – с той стороны, откуда приехали. Десятка четыре – точно.

Исварцы не нападали, кружили по равнине на лошадях за пределом полета стрелы.

– Как вы их проморгали?

– Вернее всего, разъезд наш вырезали. Магистр, может, атакуем?

– Конными?

– Так пешими – время потеряем.

– Нет, Сог. У них должно быть как минимум три мага. «Лезвиями» ноги лошадей порежут и отойдут. Они не будут ввязываться, они основные силы ждут.

– Что, отряд повязки? – подъехал Савлентий.

Вопрос был задан без отрыва от вырезания узоров на деревянной палочке.

Сзади него хвостиком подтянулась внучка.

– Да. Все налегке, и лошади добротные. Похоже, они.

– Скармливать будешь?

– Не знаю пока.

– Отпустил бы нас. Легче уйти.

Магистр не ответил.

– Ну, как знаешь, – развернул лошадь Савлентий.

– А что значит – отряд повязки? – когда отъехали, спросила Яля.

– Когда крупный отряд надо задержать, посылают таких вот ребят на резвых лошадях. В бой они постараются не вступать, но будут тащиться сзади хвостиком и кусать, замедляя продвижение. Попробуешь галопом уйти – лошадей загонишь. Начнешь на них конными нападать, они уйдут и постараются навредить. Пешими начнешь гнать – станут медленно отходить.

– А что значит – скормить?

– Чтобы уйти основному отряду, надо напасть на них малым числом, они уведут людей подальше и, вернее всего, потом перебьют. Есть у них ряд уловок. Или мага где-то на обочине с жезлом оставят, или развернутся резко и ударят под прикрытием «щита». Вот и называется – скормить.

– Можно же не гоняться за ними, а просто оставить отряд сзади?

– Можно и так. Только обойти могут. Да и все равно – оставшиеся погибнут.

Мысли магистра текли размеренно, не привык он паниковать в сложных ситуациях, но спокойствие и хладнокровие не очень-то помогали в сложившейся ситуации. Множества вариантов не предусматривалось.

– Сог!

– Слушаю.

– Давай полсотни на них, но пусть сильно не торопятся, медленно отгонят немного в лес, а потом за нами, насколько смогут быстро. Пусть ведут вдоль реки.

– Засаду?

– Попробуем применить их же способы.

Исварцы вопреки ожиданию не стали бить по лошадям, а сначала медленно, но по мере приближения отряда все быстрее стали двигаться в обратную сторону.

– Уходим, – скомандовал магистр, когда преследователи почти достигли леса.

Основной отряд уже начал спуск с холма, когда Римик напоследок повернулся к отвлекающим. Исварцы не поехали в лес, они резко повернули около него и, проскакав около пятисот шагов, сгрудились. «Под «щит» прячутся», – промелькнула мысль у магистра.

– Руст! Обратно!

Но старый воин уже и так все понял и разворачивал десятки в сторону холма. Из леса в тыл его отряда вылетели три всадника и, вскинув жезлы, ударили. Было видно, как пара лошадей, споткнувшись, полетела кубарем, ломая кости не успевшим соскочить седокам. Магистр развернул жеребца и, сжав его бока ногами, погнал в хвост отряда.

– Вправо. Жезловым – спешиться, – нетерпеливо крикнул Римик, когда проехали с треть версты вдоль опушки елового леса. – Остальные – на двадцать шагов вглубь. Сог, выдели охрану пленным, пусть уведут подальше.